"НАТО -- это не неприступная крепость"

Накануне открывающегося сегодня в Бухаресте саммита НАТО министр обороны Румынии Теодор МЕЛЕШКАНУ рассказал «Времени новостей», чем важно это мероприятие и как альянсу надо выстраивать отношения с Россией. 67-летний Теодор Мелешкану занимает пост военного министра с апреля 2007 года. Ранее, в 1992--1996 годах, он был министром иностранных дел, затем сенатором в парламенте. Он также является вице-председателем правящей Национал-либеральной партии.

-- Почему этот саммит в Бухаресте члены НАТО называют «историческим»?

-- Это самый большой саммит по числу участников. Помимо встреч 26 стран -- членов альянса пройдут встречи с партнерами НАТО, а также специальные встречи в рамках советов НАТО--Россия и НАТО--Украина. Так что этот форум будет историческим и для России -- ведь впервые после 2002 года российский президент участвует в работе натовской встречи в верхах. Россия имеет собственную точку зрения по многим проблемам безопасности, таким, как расширение НАТО, противоракетная оборона, энергетическая безопасность или Договор об обычных вооруженных силах в Европе. Саммит позволит России выразить эту свою позицию, отражающую национальные интересы вашей страны.

-- Может ли Румыния стать мостом между альянсом и Россией, учитывая вековые традиции российско-румынского сотрудничества?

-- Россия, без сомнения, один из самых важных партнеров Североатлантического альянса. Отношения между НАТО и Россией должны быть основаны на диалоге, прозрачности и сотрудничестве. Румыния -- одна из тех стран, что выступают за это. Вместе с Болгарией и другими странами, принятыми в НАТО не так давно, мы можем внести свой вклад в развитие альянса, играя роль связующего моста между Россией и расширенным НАТО или расширенным Евросоюзом. Это же касается Украины и других постсоветских государств. Но Россия играет особо важную роль для нашей национальной безопасности и для международной безопасности в целом. Сотрудничество между Россией и НАТО в операциях в Средиземном море или в борьбе с терроризмом в Афганистане доказывает, что при прагматическом подходе могут быть найдены темы, представляющие взаимный интерес.

-- У наших стран давние традиции военного сотрудничества. Достаточно вспомнить роль генерала Павла Киселева в создании румынской армии -- в 1829--1834 годах он возглавлял русскую военную администрацию в Валахии и Молдавии, руководил разработкой Органического регламента -- первой конституции для двух дунайских княжеств, объединившихся позже в государство Румыния...

-- Знаю из истории реальный случай, связанный с Киселевым. По окончании его миссии в Румынии по народной подписке были собраны деньги на то, чтобы установить ему статую в Бухаресте. Инициативный комитет отправился к генералу Киселеву, который готовился к отъезду, чтобы спросить, есть ли у него какие-либо пожелания в отношении места, где должен бы стоять памятник. Генерал сказал слова, которые вошли в румынскую историю: «Если уж вы собрали деньги, то вместо памятника -- кто знает, какая его постигнет судьба, -- предлагаю вам на эти деньги построить бульвар в вашей столице и, если румыны действительно хотят как-то помнить обо мне, окрестите его моим именем...». Так родилось шоссе Киселева, которое ныне является одной из самых известных артерий столицы -- у нас ее часто любят называть бухарестскими Елисейскими Полями, потому что и бульвар, и Триумфальная арка потрясающе напоминают Париж... Этот пример свидетельствует, что у нас крепкий фундамент для двусторонних отношений.

Теперь наши отношения с Россией, в том числе в военной области, следует рассматривать в новом контексте: Румыния -- член НАТО и Евросоюза. (Румыния вступила в НАТО в марте 2004 года, а в Евросоюз -- 1 января 2007 года. -- Ред.).

-- Тем не менее сохранились возможности для прямого сотрудничества?

-- Конечно, существуют возможности для прямого сотрудничества. Рамочное соглашение о сотрудничестве в военной области от 1994 года дает юридическую основу для этого. Мы могли бы создать более структурированную систему консультаций по общим стратегическим вопросам. Ведь и роль России, и роль НАТО, куда мы входим, велики. Также велика их заинтересованность в решении конфликтных ситуаций на пространстве бывшего Советского Союза, в других нестабильных регионах -- на тех же Балканах, где и Россия имеет прочные позиции. Другие возможные темы для консультаций -- гражданский контроль над армией, проблемы подготовки кадров. Еще у меня есть идея -- сотрудничество в области военной медицины, это важное и взаимно полезное направление...

-- В Бухаресте только что побывала российская военная делегация. О чем шла речь?

-- Это были консультации о военно-техническом сотрудничестве. У нас есть проблема, которую мы унаследовали со времен Варшавского договора, -- проблема советских лицензий и экспорта Румынией военной техники, изготовленной по этим лицензиям, в третьи страны. Из дискуссий, которые прошли в Бухаресте, прорисовывается возможность заключения соглашения, которое бы содержало положения об охране авторских прав в отношении военной техники. Это важная тема. Румынии и России следует приложить все усилия и найти решение проблем, которые мы унаследовали из прошлого. За них не несем ответственности ни мы, находящиеся сейчас у власти в Бухаресте, ни те, кто находится у власти в Москве.

-- Накануне бухарестского саммита проблема членства в НАТО Грузии и Украины вызвала разногласия в альянсе. Почему Румыния подыгрывает США, поддерживающим принятие этих двух стран в альянс, несмотря на возражения России?

-- Как недавний член НАТО мы отдаем себе отчет в той важной роли, которую может играть в демократической эволюции страны постановка цели вступления в НАТО или ЕС. Как бывший министр иностранных дел в не очень отдаленный, но начальный период этих преобразований, положа руку на сердце, могу сказать: я не убежден, что темп преобразований в Румынии, в том числе в военной области, был бы таким же, если бы Румыния не ставила себе эту цель. Мы не считаем, что НАТО -- это неприступная крепость, которая защищала бы себя от всех, кто находится вне ее стен. Такая крепость и такие стены не должны существовать.

Надо, чтобы существовали формулы сотрудничества со всеми, кто хочет присоединиться к демократическим ценностям и предпринять усилия по их достижению, обладая разными статусами: одни хотят интегрироваться, другие -- только сотрудничать, как Россия, третьи -- иметь глобальное партнерство, как Австралия, Новая Зеландия, Япония и другие. Мы хотим избежать идеи строго установленных границ НАТО как группы стран, которые имеют определенную степень благосостояния и защищают себя от всех прочих. Нет, как для страны, находящейся в этом регионе, для нас очень важно, чтобы безопасность, которую распространяет НАТО, была расширена и на два чрезвычайно важных для нас региона -- Балканы и Причерноморье. Для нас важно, чтобы Украина, Грузия, Турция, Россия и другие причерноморские страны вели диалог и могли работать на достижение совместной цели -- обеспечение региональной безопасности.

Мы поддерживаем приглашение Хорватии, Албании и Македонии присоединиться к организации, расценивая это как четкий сигнал об открытости альянса в адрес еще трех стран региона -- Сербии, Черногории, Боснии и Герцеговины. Румыния как страна, принятая в НАТО одной из последних, имеет все основания сказать в полный голос, что наше вступление в НАТО не представляло угрозы для России -- напротив, оно способствовало росту безопасности и сотрудничеству.

Но не все страны альянса согласны с началом переговоров с Украиной и Грузией, а ведь подобные решения в НАТО принимаются только на основе консенсуса. Если консенсус не будет достигнут, эти проекты останутся в силе как общая политика открытых дверей НАТО, с тем чтобы их осуществление во времени имело другой календарь -- не такой быстрый. Ведь должна быть политическая воля и народная поддержка в этих странах, а также план реформ, где соблюдались бы критерии присоединения к НАТО...

-- Как видится Румынии развитие американской системы противоракетной обороны (ПРО) в Европе? Против кого направлен этот щит?

-- Установка противоракетных средств в Польше и Чехии основано на двусторонних отношениях между США и этими двумя странами. У этой инициативы есть недостаток -- она не покрывает в равной мере территории всех стран -- членов НАТО. Альянс должен принять меры на политическом и на научно-техническом уровне, обсудив возможности обеспечения безопасности для всех членов -- в том числе Румынии, Болгарии, Турции и Греции. На саммите мы могли бы принять политическую декларацию относительно противоракетного щита, подчеркнув принцип неделимости безопасности. Это дало бы возможность альянсу на уровне экспертов проанализировать, какие существуют возможности объединить наши средства и какие возможности вытекают из сотрудничества США и России по этой проблеме, чтобы предотвратить возможную атаку против территорий наших государств. Мы не считаем, что противоракетный щит должен быть направлен против кого-то. Это чисто оборонительное средство.

-- С 2007 года Румыния размещает на своей территории военные структуры США. В какой стадии находится этот процесс, каков смысл их пребывания в Румынии?

-- Уточню -- вооруженные силы США не размещают военных баз в Румынии. На основе имеющегося соглашения мы разрешили США использовать некоторые военные объекты и полигоны, где проходят совместную подготовку американские и румынские военнослужащие. Насколько я знаю, аналогичная ситуация и в Болгарии. Хочу подчеркнуть, что стратегия НАТО изменилась: вместо крупных военных баз, готовых к действиям - будь то база в Германии или морская база в Италии, -- у нас созданы центры совместной военной подготовки. Для нас очень важно иметь доступ к другим методам подготовки, познакомиться с техническими средствами, которыми располагает американская армия -- одна из самых оснащенных. Речь ни в коем случае не идет о постоянном присутствии войск на каких-то базах, готовых к использованию в случае необходимости. Это лишь совместная военная подготовка и возможность в случае кризиса сотрудничать с другими союзниками, включая США, в акциях по обеспечению безопасности на международном уровне.

Беседовал Вячеслав САМОШКИН, Бухарест