Пичугин заявил в суде, что Невзлин никого ему не "заказывал", а следователи его пытали и требовали дать ложные показания

В Мосгорсуде второй месяц продолжается заочный процесс по делу бывшего топ-менеджера ЮКОСа, гражданина Израиля Леонида Невзлина. Но со свидетельскими показаниями у гособвинения дело обстоит неважно - за месяц из намеченных 500 свидетелей в суд явились лишь около 30, и никто из них так и не дал убедительных доказательств причастности Невзлина к преступлениям.

Сегодня на заочном рассмотрении дела Леонида Невзлина в Мосгорсуде должен был дать показания привезенный из спецколонии "Черный дельфин" экс-глава службы безопасности ЮКОСа Алексей Пичугин. Но Пичугин, осужденный на пожизненное заключение, заявил на суде, что не получал от Невзлина никаких указаний на совершение преступлений. "Никто никогда не обращался ко мне, включая господина Невзлина, о котором здесь идет речь, с просьбой или указаниями на производство каких-либо противоправных действий", - заявил Пичугин в Мосгорсуде.

По его словам, он никогда не совершал преступлений, передает "Интерфакс". Он заявил, что следователи Генпрокуратуры РФ неоднократно обращались к нему с предложением пойти на сделку - дать показания на руководителей ЮКОСа. "Со мной не единожды беседовали сотрудники Генпрокуратуры и склоняли меня к даче ложных показаний на руководителей компании, в частности, в отношении Невзлина Леонида Борисовича", - сказал Пичугин.

Пичугин заявил, что во время допросов к нему применяли так называемую "сыворотку правды". Так, 14 июля 2003 года его около шести часов подряд допрашивали с использованием подобного спецсредства. Он сообщил, что был в этот день вызван на допрос и ему предложили кофе, который он выпил. Об этом Пичугин рассказал следователю, но тот не внес это в протокол допроса по делу Невзлина.

"На 6 часов я потерял сознание. Мои сокамерники, один очень известный человек Игорь Сутягин, потом мне рассказывали, как я попал в камеру", - сказал Пичугин. "Единственное, что я помню, это то, что вопросы, которые мне задавали, касались Ходорковского, Касьянова и финансовых потоков между этими лицами и ЮКОСом", - сказал экс-глава службы безопасности компании.

- Помощник Невзлина надеется, что "телефонное правосудие" в России не восторжествует
- Свидетель обвинения по делу Невзлина не стал давать против него показаний
- Свидетели: о преступлениях Невзлина мы узнали со слов следователей и оговорили его
- Другой свидетель указал, что все началось с Путина

По его мнению, он "был осужден незаконно Мосгорсудом по сфабрикованному делу Генпрокуратуры". Поясняя предложения со стороны следствия о сделке, Пичугин сказал, что впервые "такое прямое предложение о даче ложных показаний поступило от следователя Банникова в кабинете N8 СИЗО "Лефортово" в апреле 2004 года".

Пичугин отметил, что в то время знакомился с материалами дела, однако следователь явился только после ухода адвокатов. "Он заявил, что знакомиться с этим "мусором" (материалы дела) не имеет никакого резона, и я как бывший сотрудник органов должен это понимать. Он сказал, что я лично никого не интересую и дело политическое, а интересуют другие люди - Невзлин, Ходорковский и другие совладельцы нефтяной компании", - сказал Пичугин.

Экс-сотрудник ЮКОСа заявил, что ответил отказом на предложение, однако спустя год поступило от следствия аналогичное предложение. "Перед этим была еще одна беседа с начальником управления Генпрокуратуры по расследованию особо важных дел господином Лысейко - в конце марта 2005 года. Господин Лысейко уже требовал от меня дать любую негативную информацию на Невзлина, Ходорковского, Брудно и других руководителей компании. В противном случае, он сказал, что меня ждет пожизненное заключение, а в случае согласия меня вывезут за границу и будут охранять, включат систему защиты свидетелей", - сказал Пичугин.

Он подчеркнул, что никогда не совершал преступлений, а также не располагает информацией о том, кто мог совершить эти преступления, "зачем и почему".

После сказанного Пичугин воспользовался статьей 51 Конституции, однако судья, разъясняя статью 56 УПК РФ, отметил, что против себя свидетель может не свидетельствовать, однако давать показания в отношении других лиц обязан. "В противном случае, я вам разъяснил, что за отказ от дачи показаний и за ложные показания можно быть привлеченным к уголовной ответственности", - отметил судья.

На это Пичугин пояснил: "За пять лет я привык к тому, что все, что я скажу, оборачивается против меня".

Впоследствии на все вопросы прокурора по делу Невзлина Пичугин отвечал: "Статья 51 Конституции".

Помощник Невзлина надеется, что "телефонное правосудие" в России не восторжествует

Помощник Леонида Невзлина Эрик Вольф в интервью NEWSru Israel прокомментировал заявления Алексея Пичугина как ожидаемые.

"Мы не ожидали от него других показаний, поскольку Невзлин никаких преступлений никогда не совершал. Мы понимали, что Пичугин, как честный человек, который никогда не давал ложных показаний, и на этот раз не сломается. При этом должен отметить, что он был поставлен в ужасные условия", - заявил Вольф.

По мнению Вольфа, на Пичугина оказывалось давление. "Его пытались добить всеми правдами и неправдами. Мы знаем, что Алексею Пичугину вводили психотропные средства. Мы знаем, что его шантажировали, предлагая ему взамен на лжесвидетельства против руководителей ЮКОСа лучшие условия, и угрожали ему все время пожизненным заключением. Его несколько раз судили. Когда суд присяжных был готов его оправдать, был устроен пересуд. Приговор Пичугину явился ярким примером "телефонного правосудия" в России", - заявил помощник Невзлина.

Вольф надеется, что открывшиеся факты сделают возможным повторное рассмотрение дела Алексея Пичугина, и что появится надежда на смягчение для него наказания или на отмену приговора. "Если этого не случится, если по-прежнему будет торжествовать "телефонное правосудие", то мы рассчитываем на справедливое разбирательство в Европейском суде по правам человека", - заключил Вольф.

Дело Невзлина-Пичугина

В 2004 году Леонид Невзлин был объявлен Генппрокуратурой России в федеральный и международный розыск.

Приговор к пожизненному заключению был вынесен Алексею Пичугину Мосгорсудом 6 августа 2007 года.

Пичугин был признан виновным в том, что в 1998 году совместно с другими осужденным организовал убийства главы ТОО "Торговая фирма "Феникс" Валентины Корнеевой и мэра Нефтеюганска Владимира Петухова. В приговоре отмечалось, что деятельность мэра Нефтеюганска "по возврату налогов противоречила интересам ЮКОСа.

Суд установил, что "Пичугин организовал покушение на Рыбина - управляющего компании "Ист Петролеум", иски которого о возмещении ущерба были поданы к компании ЮКОС. При этом, осуществляя преступления, как указывается в решении суда, Пичугин "вступил в сговор с лицами из числа руководящего состава ЮКОСа. Аналогичные обвинения в заочной форме были предъявлены и Невзлину.

По версии следствия, за период с 1998 по 2002 год членами организованной группы по указанию Невзлина были совершены убийства директора ТОО "ТФ "Феникс" Валентины Корнеевой, главы администрации Нефтеюганска Ханты-Мансийского автономного округа Владимира Петухова (при этом был ранен его охранник Вячеслав Кокошкин), а также водителя управляющего компании "Ист Петролеум Хандельсгез м.б.Х" Евгения Рыбина - Николая Федотова.

Якобы этими же людьми из "группы Невзлина" были совершены покушения на убийства начальника управления по общественным связям мэрии Москвы Ольги Костиной, управляющего делами ЗАО "Роспром" Виктора Колесова, управляющего компании "Ист Петролеум Хандельсгез м.б.Х" Евгения Рыбина и его охранников Алексея Иванова и Евгения Филиппова", - говорится в сообщении Генпрокуратуры.

Согласно этому документу, "ранее установленные соучастники преступлений Невзлина - Пичугин и ряд других лиц - уже осуждены Московским городским судом и приговорены к различным срокам лишения свободы".

Но в минувший понедельник в ходе допроса судом свидетели - осужденные по делу Пичугина Геннадий Цигельник и Евгений Решетников - назвали оговором собственные показания о том, что заказчиками преступлений являются Невзлин и Пичугин.

СПРАВКА: "Cыворотка правды"

Термин "сыворотка правды" является популярным обозначением некоторых наркотиков, применяемых для "детекции лжи".

Теоретически предполагается, что под влиянием наркотика происходит расторможение сдерживающих центров, и у допрашиваемого в это время отсутствует способность правильно рассуждать и лгать, тогда как память о событиях, имевших место в прошлом, остается у него ненарушенной.

Большинство ученых считает, что в настоящее время не существует фармацевтического состава, который вызывает четкий, а главное предсказуемый эффект с точки зрения правдивости.

Самое известное из исследований сыворотки правды - проект ЦРУ MK-ULTRA. Он был начат в 1953 году, когда ЦРУ стало изучать влияние на поведение нескольких наркотиков. Изучался их эффект при ведении допросов. Многим людям эти вещества давали без их ведома или согласия. К примеру, после приема галлюциногена ЛСД Фрэнк Олсон выпрыгнул из окна отеля, разбившись насмерть. Программа была закрыта в конце 1960-х. Допущенные в ходе ее осуществления нарушения (многие из которых стали известны на слушаниях в конгрессе США в 1977 году) создали разведывательному управлению дурную репутацию.

Официально пресс-службы Медицинской службы вооруженных сил, Управления перспективных исследовательских программ в области обороны и ЦРУ заявляют, что разработка "сыворотки правды" в настоящее время не ведется.

Неопределенный статус с точки зрения закона и прогресс в неврологии заставляют некоторых подозревать, что в истории сыворотки правды наступила новая стадия. "Существует множество рефлекторных дуг, которыми мы можем манипулировать на практике. Они управляет такими состояниями, как страх, тревога, ужас и депрессия", - говорит Марк Уилис, ученый из Калифорнийского университета Дэвиса, занимающийся историей химической и биологической войны. "У нас нет способов управлять ими, но потенциал виден невооруженным глазом, - говорит он. - Я буду весьма удивлен, если мы не найдем различные фармацевтические средства, которые окажутся весьма полезны при допросах".

Сегодня различные виды "сывороток правды" если и используются, то не в криминалистике, а в медицине - для диагностики истерии.