Ничего невозможного нет

В Петербурге состоялась выставка «Культурное наследие: сохранение, реставрация, реновация»

Ежегодную выставку, посвященную сохранению исторических памятников, организовали петербургский комитет по культуре, управление «Росохранкультуры» по Северо-Западному федеральному округу и журнал «Реликвия». Выставка проходит второй раз и в будущем претендует на роль крупного международного форума в этой сфере, подобно своему итальянскому партнеру -- выставке Restauro, существующей уже 16 лет и привлекающей специалистов со всего мира. Впрочем, пока масштабы питерской и феррарской выставок никак не сопоставимы -- ни по числу участников, ни по охвату тем, ни по уровню презентации.

Подавляющее большинство участников составили петербургские реставрационные организации, как государственные, так и коммерческие, и фирмы -- производители применяемых в реставрации материалов и техники. Экспозиции были в основном посвящены технологиям реставрации, многие из которых просто поражают воображение. С помощью лазера, например, сегодня возможно практически все: и смоделировать исторические планировочные структуры, и воссоздать по сохранившимся фрагментам утраченные детали архитектурного облика зданий, и очистить до первозданного состояния мраморные скульптуры. Среди других технических новинок заслуживает внимания разработанная на факультете филологии и искусств Санкт-Петербургского университета методика использования цифровых фотокамер для реставрационных исследований. С помощью цифрового фото можно не только увидеть на старых стенах наслоения различных эпох, но и абсолютно точно определить и восстановить колористику памятника.

Надо заметить, что уровень представленных исследований ни в какое сравнение не идет с уровнем их презентации. Большинство стендов с традиционными для реставраторов фотографиями «до» и «после», таблицами и диаграммами не были предназначены для тех, кто не входит в круг потенциальных заказчиков. Таким образом организаторы и участники непреднамеренно сузили масштаб того явления, которое называется культурным наследием. Ни один стенд не рассказывал серьезно о том, ради чего демонстрируется весь этот технический арсенал. Не было ни художественных фотографий русских усадеб, храмов, кремлей, исторических городов, ни живописных произведений на эти темы -- а ведь именно эмоциональная составляющая была бы способна сделать выставку общественным событием и в конечном счете привлечь в сферу реставрации новые средства и новых заказчиков.

Гораздо более широко взглянули на вещи организаторы семинара, проходившего все четыре дня выставки. Известно, что в Петербурге дела с наследием обстоят более благополучно, чем в остальной России. Одна из причин в том, что в городе есть общественное мнение, которое уделяет этой теме очень много внимания. Сопредседатель совета Санкт-Петербургского отделения Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры Маргарита Штиглиц рассказала о проблемах сохранения индустриального наследия Санкт-Петербурга. Заводы сократили производство или закрылись и сдали в аренду свое имущество, среди которого есть прекрасные здания -- особняки и даже дворцы, где когда-то находились заводские конторы, жили управляющие и владельцы. И если в Москве индустриальные памятники по большей части сносятся или превращаются в офисы и клубы, то в Петербурге --тихо приходят в упадок.

И настоящим событием, ради которого стоило приехать на петербургскую выставку, стал доклад Сергея Гришина, заведующего кафедрой реставрации и реконструкции архитектурного наследия СПбГАСУ об исторической и культурной составляющей в наследии. Автор задается вопросом: что важнее -- сохранить древние стены или возродить то, что в них когда-то существовало? Случаи, когда эти потребности вступают в противоречие, достаточно часты. Общепринятый у нас подход к реставрации, основанный на принципах итальянской школы, по сути, предполагает консервацию подлинника. «Европейцы предпочитают любоваться древними руинами, в то время как в Юго-Восточной Азии преобладает совсем другой подход -- там сохраняется культурная составляющая памятника». Во Вьетнаме из-за особенностей климата деревянные постройки не живут более полувека -- и их копируют, создавая точно такие же, но из нового дерева, и таким образом возрождают памятник, который продолжает исполнять свою первоначальную функцию, будь то храм или общественно-культурный центр. Многие русские усадьбы сегодня находятся в полуразрушенном состоянии. Кому интересна консервация этих руин? Другое дело -- возрождение этих мест в виде современных усадеб, такая потребность в обществе есть и, взяв за основу культурную, а не историческую составляющую, можно реально сохранить многие памятники золотого века русской усадьбы.

Хотя подобный подход в наших российских условиях таит в себе много опасностей, таких, как поголовный, ничем не обоснованный снос и новоделы, он заслуживает самого внимательного к себе отношения. Хотя бы потому, что требует ответа на главный вопрос любой реставрационной деятельности -- чем ценен для нас тот или иной памятник и почему его необходимо сохранить или воссоздать заново. Возможно, это и есть самое сложное, и отсутствие таких ответов в отношении каждого погибающего памятника не дает пока возможности сдвинуться с мертвой точки. А все остальное -- дело техники и технологий.

Александра ТОЛСТИХИНА