Система, построенная Путиным, держится на институте «суда», который больше напоминает брокерскую контору. Кто больше дал — тот и на коне. У кого круче кресло и есть первая «вертушка» — тот и командует судебными решениями. Судебная реформа стала политическим знаменем нового президента — для него это, пожалуй, единственный способ сколотить свою команду и освободиться от влияния предшественника. Вопросы решаются на бирже, где цену товара определяют большие финансы и большие должности. Но важнее содержательная сторона реформы. Суд присяжных выносит спорные вердикты, судьи грешат обвинительным уклоном, профессиональная квалификация судей крайне низка. Главная же проблема — зависимость судов и судей. От исполнительной власти, от телефонного права, от денег, с помощью которых власть покупает лояльность, а физические и юридические лица покупают решения и вердикты. Как исправить ситуацию? Специалисты и чины, принимающие решения, как это ни банально, едины в одном: изменения должны быть направлены на обеспечение независимости и повышение квалификации судей. Но, кажется, пока это утопия — надо что-то в «консерватории» поправить, то есть в самом политическом режиме. The New Times попытался заглянуть за кулисы судебной реформы.
