Григорий Гриценко: Нерезервная валюта

Григорий Гриценко

В своем выступлении на XII Петербургском международном экономическом форуме Дмитрий Медведев сделал много интересных и неожиданных заявлений. В отличие от большей части предложений президента, пожелание превратить российский рубль в одну из ведущих региональных резервных валют относится скорее ко второй группе. Хотя тема создания региональных валют сейчас считается одной из самых актуальных (нам уже приходилось об этом писать), тем не менее, в приложении к нашей стране эта идея выглядит не слишком перспективной. Чтобы разобраться в этом, рассмотрим историю появления и механизм функционирования резервных валют.

Начнем с того, что резервные валюты появились в первой трети двадцатого века как реакция на неудобства, причиняемые внешней торговле использованием в качестве мирового расчетного и платежного средства драгоценных металлов – золота и серебра. Львиная доля кризисов мировой и региональной торговли была вызвана именно использованием драгметаллов, хотя их функция мировых денег никем никогда не оспаривалась. Но одно дело – теоретические соображения, а другое – хозяйственная практика. А эта практика, к сожалению, была очень печальной. Если в качестве условного примера взять две страны, постоянно торгующие друг с другом и оплачивающие поставки товаров золотом, то кризис в их отношениях возникал сразу же после того, как одна страна начинала ввозить товаров из другой страны больше, чем сама в нее поставляла. То есть, у нее появлялся отрицательный результат, или дефицит, во внешней торговле. Подобного рода дефициты были постоянным явлением, так как торговые сделки заключались сотнями независимых фирм этих стран, которые, естественно, не могли знать, каков будет общий результат их взаимодействия. Каждая из этих фирм стремилась заключить выгодный для себя экспортный или импортный контракт, а то, что в результате исполнения этих контрактов у какой-то из стран появиться дефицит во внешней торговле, они совсем не учитывали, да и не могли учесть.

Однако дефицит во внешней торговле появлялся, и приводил к очень неприятным последствиям, которые захватывали уже всю экономику страны. Поскольку внешнеторговые сделки оплачивались золотом, то дефицит (или пассивный торговый баланс) приводил к его оттоку за границу и автоматически сокращал внутреннее денежное обращение страны. То есть для оплаты товаров, потребляемых внутри страны с дефицитной внешней торговлей, денег становилось меньше, а это приводило, в свою очередь, к сокращению спроса и падению цен.

Другим последствием оттока золота было возникновение дефицита на внутреннем рынке капиталов. Уменьшение количества золота, находившегося во внутреннем обращении, приводило к его нехватке не только для реализации уже готовых товаров, но и для финансирования новых инвестиционных проектов, а так же кредитования уже имеющихся производств. Превышение спроса на капитал над его предложением приводило к повышению процентной ставки и удорожанию кредита для производителей.

Таким образом, одновременное падение цен и рост процентных ставок снижало прибыль производителей, и делало для них невыгодным продолжение производства. Дальнейшее развитие событий хорошо известно. Невыгодность производства приводила к закрытию предприятий, увольнению персонала, массовой безработице и тому подобным прелестям, которыми был богат и весь XIX век, и первая половина XX века.

Естественно, экономическая теория и практика не могли пройти мимо этих негативных явлений, тем более, повторяем, такого рода кризисы постоянно повторялись и были очень разрушительными. Поэтому очень большие усилия оказались направлены на решение этого вопроса. Они увенчались успехом, хотя и не сразу. В рамках статьи мы не имеем возможности излагать все перипетии этого процесса, однако скажем, что основным условием преодоления кризисных явлений в мировой торговле стало лишение привязки национальных валют к золоту и отказ от его использования в качестве мирового расчетного и платежного средства. После отхода от использования золота в международных расчетах кризисы, конечно, не прекратились, но стали гораздо менее глубокими и разрушительными. И основную роль в этом сыграла замена золота на национальные бумажные деньги.

Каким образом замена полновесных денег на неполноценные денежные знаки смогла снизить остроту торговых кризисов? Схема платежей и расчетов во внешней торговле, которую разработали экономисты, выглядела следующим образом. Если во взаимной торговле двух стран у одной страны будет дефицит, то есть она ввезет товаров больше, чем вывезет, то этот дефицит не будет покрываться поставками золота, так как никакого золота ни во внутреннем, ни во внешнем обращении уже нет. Вместо золота дефицит будет покрываться бумажными деньгами страны с дефицитным торговым балансом. Это означает, что страна с профицитным балансом должна принимать в уплату иностранные бумажные деньги. Понятно, что иностранные деньги ей особо не нужны, но большого выбора у нее нет. Или фирмы этой страны будут без лишних препятствий продавать свою продукцию за границу, или ее экономика будет время от времени впадать в кризисное состояние. Таким было первое соображение, которое заложили в новую схему международных расчетов.

Другое соображение состоит в том, что дефицит и профицит постоянно меняются местами. В некотором году одна страна имеет профицит в торговле с другой страной, а в следующем году страна из профицитной может превратиться в дефицитную. Соответственно, иностранные деньги, которые страна получила в прошлом году в уплату за свои товары, могут быть использованы для погашения дефицита следующего года. Если ее торговый баланс будет оставаться дефицитным и дальше, то она сможет использовать свои национальные деньги для покрытия этого дефицита, а страна-контрагент будет обязана принять эти деньги в качестве оплаты за свои товары. Таким образом, равновыгодность интересов торгующих стран в этой схеме соблюдается полностью. Сначала одна страна кредитует другую, принимая в уплату за поставленные товары ее национальные деньги, а потом другая страна кредитует первую, получая в погашение сальдо торгового баланса ее национальные деньги.

И третье соображение, которое учитывалось при разработке данной схемы международных расчетов, состояло в том, что фирмам, торгующим с заграницей, иностранные денежные знаки сами по себе в общем-то не нужны. Им нужна национальная валюта, а иностранную валюту они принимают только потому, что им надо продавать свои товары, и как можно больше, а для этого они готовы принимать в оплату любые денежные знаки, имеющие хотя бы минимальную гарантию обеспеченности.

Чтобы разрешить это противоречие, центральные банки торгующих стран пришли к соглашению, что они будут покупать у своих фирм, торгующих с заграницей, полученные ими иностранные деньги. Торговые фирмы получат от центральных банков валюту своей страны, а купленная у них иностранная валюта поступит в резерв центральных банков. Соответственно, когда у одной страны появиться профицит, и торговые фирмы будут иметь на руках выручку в иностранной валюте, которую они не смогут полностью использовать, они продадут ее своему Центральному банку за национальную валюту и, таким образом, завершат свои торговые обороты. Если с течением времени профицитная страна станет дефицитной, то для оплаты превышения импорта над экспортом Центральный банк продаст торговым фирмам своей страны иностранную валюту из своего резерва, и дефицит во внешней торговле будет покрыт.

Эта схема международных расчетов полностью и окончательно утвердилась во второй половине 70-х годов XX века и успешно работает до сих пор. Как хорошо видно, она обладает гораздо большими преимуществами, чем схема с использованием золота. Дефициты во внешней торговле не приводят к кризисам внутри страны, так как вместо золота в уплату за импортируемые товары принимаются национальные бумажные деньги, а этих денег, в отличие от золота, может быть выпущено неограниченное количество. Ну, а если, несмотря на дефицит во внешней торговле, внутреннее денежное обращение не сокращается, падения цен и роста процентных ставок не происходит, то внутреннее производство продолжает спокойно развиваться, и никакой остановки предприятий и увольнений персонала не происходит.

Дополнительным преимуществом данной схемы расчетов было еще то, что в роли международного платежного и расчетного средства могла выступать валюта любой страны, вне зависимости от уровня ее экономического развития. В самом деле, какая разница, развитая страна имеет дефицит торгового баланса или слаборазвитая? Главное, чтобы даже слаборазвитая время от времени добивалась активного сальдо торгового баланса и таким образом получала возможность погасить ранее полученные кредиты от ее основных торговых партнеров. Если, конечно, торговые партнеры согласны принимать ее национальную валюту в качестве резервной.

Теперь вернемся к предложению о превращении рубля в региональную резервную валюту. На первый взгляд, тут никаких проблем нет, так как в принципе любая валюта может быть резервной. И рубль здесь не является исключением. Но если посмотреть на текущую хозяйственную ситуацию, то сразу станет понятно, что данное предложение еще не скоро может быть реализовано, если сможет быть реализовано вообще. Хорошо известно, что сейчас у России просто прекрасное внешнеэкономическое положение, уже много лет экспорт больше импорта, и почти со всеми странами, с которыми Россия торгует, она имеет активное сальдо торгового баланса. А это значит, что не страны - торговые партнеры финансируют Россию, а наоборот, Россия финансирует своих торговых партнеров, чтобы они могли без проблем покупать российские товары. И рост этого финансирования выражается в том числе в гигантском объеме валютных резервов Центрального банка РФ.

При этом, однако, надо отметить, что резервы эти сформированы в долларах и евро, и там нет ни украинской гривны, ни белорусского рубля, ни какой-нибудь еще валюты стран СНГ. И понятно почему: российские торговые компании и российский Центробанк не хотят принимать в уплату за свои товары национальные деньги этих стран, а предпочитают получать конвертируемую валюту. То есть одно условие использования резервных валют уже нарушается – Россия не согласна принимать валюту стран СНГ в расчеты, платежи и резервы.

Но, может быть, будет выполнено другое условие – страны СНГ будут принимать рубль в качестве расчетного, платежного и резервного инструмента? Может быть, однако для выполнения этого условия необходимо, чтобы у России был отрицательный результат в торговле со странами СНГ, и чтобы страны СНГ были согласны принимать в свои резервы российский рубль. Мы точно не знаем, согласится ли Национальный банк Украины или Национальный банк Белоруссии принимать рубли в свои резервы, но вот версию об отрицательном результате торговли России с Украиной и Белоруссией придется отвергнуть сразу. Эти страны еще долго (если не всегда) будут иметь пассивное сальдо торгового баланса с Россией, и понятно почему. Стоимость товаров, импортируемых из России, постоянно растет, особенно благодаря росту стоимости энергоносителей, а потому шансов переломить ситуацию в свою пользу у этих стран нет. А если у России сальдо будет активное, то использовать рубль в качестве резервного средства будет просто физически невозможно. Поэтому увлекательная на первый взгляд идея о придании российскому рублю статуса региональной резервной валюты выглядит в нынешних условиях не вполне уместной.

См. также:

• Гриценко. Новая политика российского Центробанка
• Гриценко. Конец агфляции
• Гриценко. За страницами прогноза
• Гриценко. Инфляционные ожидания
• Гриценко. Инфляция в результате роста
• Гриценко. Инфляционный стимул забастовочного протеста
• Гриценко. Мнимое таргетирование российской инфляции