Информационные итоги недели, 28 июня

**Отход от рубильника**

Одно из самых обсуждаемых событий недели - прекращение существования вотчины Анатолия Чубайса РАО "ЕЭС России". Электроэнергетическая монополия распалась на 26 частных компаний, которые теперь будут самостоятельно заниматься генерированием, транспортировкой и сбытом всегда востребованного продукта. Закат РАО "ЕЭС" сторонники Чубайса называют логическим завершением масштабного реформирования всей электроэнергетики страны, по сути, единственной реформы из целого ряда ранее заявленных, которую удалось довести до конца благодаря именно административному гению Чубайса. В качестве главного плюса реформы называется получение средств, которые пойдут на капитальную модернизацию отрасли и строительство новых станций. Причем в качестве наглядного примера необходимости таких вливаний всегда можно показать обугленные останки трансформатора Чагинской подстанции, произведенного в 1947 году и пару лет назад оставившего без света половину Москвы.
Тем не менее, существует немало скептических оценок того, что сделал с энергоотраслью уже бывший глава РАО "ЕЭС". По мнению некоторых экспертов, вся реформа отечественной электроэнергетики на самом деле свелась всего лишь к банальной распродаже единой энергосистемы страны по расценкам, не отражающим ее реальной стоимости, и допуску к ней иностранцев. Безусловно, это вызвало приток жизненно необходимых инвестиций, однако, при этом даже не вспоминают об интересах конечного потребителя, с испугом ожидающего многоступенчатого повышения тарифов как следствия либеризации энергорынка страны.
Например, как считает бывший заместитель министра энергетики РФ Виктор Кудрявый, "метод, которым Чубайс получил свои 3 млрд., очень интересен. Он распродал основные фонды энергетики на порядок дешевле реальной стоимости. Это все равно что ради ремонта квартиры продать саму квартиру, оставив себе только туалет. То, что сделали с энергосистемой, реформой могут называть либо дебилы, либо лохи".
По мнению же губернатора Кировской области Николая Шаклеина, "отсутствие монополизма при отсутствии альтернативного энергоснабжения не дает ничего". А тема стратегической энергобезопасности державы вообще остается за кадром.
Так или иначе, но единая энергосистема страны до самого недавнего времени действительно оставалась одной из немногих недоприватизированных отраслей с огромным потенциалом роста. И учитывая все, что происходило в нашей стране в последние годы, было ясно, что дальше так продолжаться не может. Чубайс, ворвавшийся в политику с идеей "приватизации всея страны", сделал ровно то, что и должен был сделать. И сегодня уходит из российской энергетики, как обычно говорится в таких случаях, "с чувством выполненного долга". Только вот долга перед кем?
Некоторые злые языки утверждают, что по большому счету, вся грандиозная реформа ЕЭС свелась к ритуальной продаже Чубайсом своего служебного кресла с аукциона за более чем 1,5 млн. рублей. Несмотря на то, что сразу было объявлено о передаче денег в детский дом, у наблюдателей возник вполне резонный вопрос: кресло-то все-таки было казенное, с инвентарным номером, так что не злоупотребил ли экс-глава РАО, по данным СМИ заработавший в прошлом году более 27 млн. долларов, своим служебным положением, пусть и в интересах сирот?
Впрочем, свое почетное место в истории России бывший глава РАО "ЕЭС" давно уже занял. Как тонко подметил один из известных российских режиссеров, "даже если лет через тридцать в нашей стране что-то случится, то виноватым будет все равно Чубайс".

**Над мздоимцем тучи ходят хмуро...**

На днях президент Дмитрий Медведев представил Совету законодателей при Совете Федерации национальный план борьбы с коррупцией. О необходимости планомерной борьбы с этим злом заявлялось давно, часто и громко, но впервые устные декларации обрели, наконец, форму законодательной инициативы. В качестве первой меры предлагается разработка закона о противодействии коррупции. Сам президент называет коррупцию "одной из кричащих проблем" и признает, что "мы, к сожалению, мало что сделали за истекшее время для того, чтобы справиться с этой проблемой".
В представленном плане есть ритуальный набор инструментов для борьбы с госчиновниками-оборотнями. Это и осиновый кол уголовного преследования, и серебряные пули конфискации имущества, и чеснок лишения права в дальнейшем занимать госдолжности. Нет только главного - четкого определения критериев самой коррупции. Ведь тот срез явления, который нам постоянно демонстрируют, непостижимым образом почему-то ограничивается взятками гаишнику, военкому и столоначальнику администрации, реже - мэру города или депутату, еще реже - губернатору или заму министра. Иллюстрируя факты коррупции, СМИ говорят о "подарках", конвертах, "откатах" и услугах. Помнится, описывался даже случай, когда бывший премьер Виктор Зубков, будучи еще главой Росфинмониторинга, решительно отодвинул преподнесенную ему по случаю какого-то праздника коробку шоколадных конфет: "Коррупция!". Таким образом, портрет коррупции, предъявляемый обществу, имеет вполне конкретные рамки, за которыми остается еще много того, о чем можно лишь гадать, хотя в той же Европе все эти закадровые для нас нюансы классифицированы весьма подробно и влекут за собой реальные меры наказания.
Например, можно ли считать коррупцией факт многолетнего совмещения обязанностей губернатора, по определению являющегося госслужащим, с успешной деятельностью бизнесмена, входящего в золотую сотню миллиардеров по версии журнала "Форбс"? Или получение одной из крупнейших сырьевых госкомпаний практически всех перспективных месторождений без приличествующего для таких случаев конкурса? Можно ли считать коррупцией назначение на руководящие посты в крупнейших банках и компаниях страны отпрысков высокопоставленных госчиновников? Или действия министра, за один день согласовавшего кипу документов на выделение из госбюджета миллиарда долларов одной из отечественных компаний, хотя подобные согласования обычно длятся месяцами?
Самая главная проблема предлагаемого плана состоит в том, что бороться с коррупционерами предлагается самой бюрократической системе, как раз и пронизанной коррупцией. Можно не сомневаться, что мы еще будем свидетелями многих новых громких дел, организованных по этому плану и отмашке тех, кто за этот план будет отвечать. По оценкам наблюдателей, пресловутый план не способен изменить главного - самой среды существования российской власти. Пока будут действовать законы, открывающие самое широкое поле для злоупотреблений со стороны чиновников, коррупцию не искоренить. Как считает известный публицист Дмитрий Быков, коррупция сегодня является единственной реальной формой спасения народа от государства. По Быкову, "это нормальная мзда, которую народ платит государству за невмешательство в его дела. Взятку ведь дают не за какие-то особые преференции, а просто за то, чтобы государство не мешало работать малому бизнесу, не лезло в области, в которых ничего не понимает, и не отрывало молодых людей от работы ради плохо организованной армейской службы".

**Роман с Чукоткой завершен**

Новость об отставке губернатора Чукотки Романа Абрамовича "по собственному желанию" оказалась неожиданностью для всех. Разумеется, было известно, что "начальник Чукотки" уже давно просит президента его отпустить, но того, что это произойдет именно сейчас, не ожидал никто. Между тем, как полагают некоторые наблюдатели, для отставки Абрамовича было выбрано самое удобное, с точки зрения пиара, время. В СМИ уже появились умозаключения на тему "отставка Абрамовича - окончательный закат ельцинской эпохи". И действительно, в восприятии российского обывателя губернатор Чукотки четко ассоциировался с "семьей" и всем, что имело к ней отношение. Поэтому сегодня, подписав губернаторское заявление, президент Медведев как бы наглядно продемонстрировал свою решимость обновить вертикаль власти, желание работать с новой, именно своей командой на местах.
На самом же деле, как предполагают эксперты, здесь налицо просто полное совпадение желаний губернатора и возможностей Кремля. Абрамович, уже давно тяготившийся своей государственной должностью, прекрасно понимал всю глубину ее искусственности. Чукоткой управляла нанятая им команда менеджеров, а сам он в Анадыре отсутствовал годами, предпочитая заснеженному краю российской земли свою лондонскую резиденцию и палубу собственной яхты. Он даже как-то признавался, что климат на Чукотке для него "слишком суховат". Безусловно, личные деньги Абрамовича сделали свое дело: почти в четыре раза выросли доходы населения, доля дотаций федерального центра снизилась с 75% до 47,2%. Таким образом, отставка Абрамовича могла быть принята только при гарантии сохранения достигнутых темпов развития. Можно не сомневаться, что уходящий губернатор такие гарантии дал. Как заявил официальный представитель Абрамовича Джон Манн, "миссия выполнена, но это не значит, что он бросает свою работу там", напомнив, что у бизнесмена в регионе есть два благотворительных фонда.
Роман с Чукоткой у Абрамовича начинался в те времена, когда идти во власть было модно. Даже "никелевый" Михаил Прохоров однажды признался журналистам, что хотел бы тоже попробовать "поднять" какой-нибудь депрессивный регион. Теперь, судя по всему, эта мода проходит. У человека, отягощенного большими деньгами, хватает забот более важных, чем дела далеких аборигенов.