Нашли место и время

Дмитрий Медведев и Николя Саркози рассказали в Эвиане, как спасти мир от кризисов и войн

Пользуясь случаем -- глобальными потрясениями на мировых финансовых рынках, президент России Дмитрий Медведев решил продемонстрировать миру готовность своей страны стать равноправным конструктором нового мирового экономического и политического порядка. Он предложил пять принципов выхода из мирового экономического кризиса и три принципа, на которых могла бы базироваться новая система коллективной безопасности. А главное, призвал исключить войну в качестве инструмента политики, что на фоне последних событий на Кавказе звучало особенно актуально.

Свое выступление на закончившейся вчера международной конференции в курортном французском городке Эвиане (он знаменит своей минеральной водой и тем, что в 2003 году принимал саммит "большой восьмерки") г-н Медведев начал с комплиментов в адрес ее организатора, президента Французского института международных отношений Тьерри де Монбриаля, а также в адрес французской прозорливости. Мол, хозяева знали, что именно на эти октябрьские дни придется наиболее острая фаза мирового финансового кризиса.

Как говорится, в каждой шутке есть доля шутки, но истина в том, что Эвиан стал первым крупным международным форумом, где в самый разгар кризиса были предприняты попытки найти пути выхода из него. Причем речь не только о финансовом кризисе, но и о геополитическом, кризисе всей системы международных отношений.

В каком состоянии находится сегодня мир, куда он движется и что надо сделать, чтобы мир стал лучше? Именно на эти три вопроса в течение трех дней, с 6 по 8 октября, пытались ответить участники конференции, среди которых было около 20 глав государств и правительств, а также бывших государственных лидеров. Одним из российских участников был экс-министр иностранных дел России Игорь Иванов, по-прежнему пользующийся немалым авторитетом среди коллег. Он рассказал «Времени новостей», что, если не считать нескольких выступлений, в частности президента Эстонии Томаса Хендрика Ильвеса, общая атмосфера конференции была весьма благожелательна к участию России в решении мировых проблем. Г-н Ильвес явно выбивался из общего тона дискуссии, в частности, заявлением, что "не следует ожидать быстрой нормализации отношений с Россией после того, что произошло с Грузией".

Дискуссия в Эвиане показала, что согласие Дмитрия Медведева приехать в Эвиан было прагматичным решением, поскольку отвечало стремлению лидеров западного общественного мнения обсуждать проблемы лицом к лицу, а не продолжать конфронтационную риторику, не выезжая из своих столиц, обращенную в первую очередь к внутренней аудитории.

Конечно, получасовые речи президентов России и Франции стали апофеозом трехдневной конференции. Заметим, что среди ее участников президенты Медведев и Саркози были единственными лидерами стран "большой восьмерки". И совсем не было видно американских VIP-персон. Забегая вперед, отметим, что не было здесь и гостей из Грузии, которую тем не менее часто упоминали.

Дмитрий Медведев сосредоточился на трех темах: преодолении экономического кризиса, ситуации на Кавказе и созыве новой конференции по международной безопасности. Он постарался совместить в своей речи жесткую отповедь «правящему режиму довольно небольшой страны, в данном случае Грузии», решившемуся на «безответственные авантюрные действия», «национальному экономическому эгоизму» и стремлению «быть мировым мегарегулятором» -- слушателям было очевидно, что тут имеются в виду США -- с конкретными предложениями как политического, так и экономического характера.

Г-н Медведев в очередной раз ругал «односторонние действия» США, «не согласованные ни с ООН, ни даже с рядом американских партнеров», что сорвало возможность преодолеть раскол в мире после окончания «холодной войны». А эта возможность, по мнению президента РФ, наметилась после 11 сентября 2001 года, когда «Россия, не задумываясь, протянула руку солидарности американцам». Однако затем российский президент постарался уйти от эскалации «упреков и претензий», заявив, что Россия абсолютно не заинтересована в конфронтации. «Мы открыты для сотрудничества и намерены действовать ответственно и прагматично», -- сказал он. И в качестве примера привел взаимодействие в последние месяцы между Россией и Евросоюзом по урегулированию кавказского кризиса. Тут Дмитрий Медведев выделил «смелые, ответственные действия Николя Саркози, как президента Франции и председателя ЕС». Более того, Дмитрий Медведев сравнил, с одной стороны, конструктивность Парижа и, с другой, «советологию, как и паранойю, эти опасные болезни», которыми, к сожалению, «по сей день страдает часть администрации США». В этот момент российский президент отвлекся от текста речи и весьма эмоционально призвал «изучать новую Россию, а не фантомы Советского Союза».

Очевидно, что аудитории импонировал такой призыв. Но сидящие рядом коллеги из "Файнэншл таймс" заметили, что это попытка вбить клин между Европой и Америкой. А французские журналисты - что такие «фантомы» трудно не обнаружить в масштабных военных учениях, которые в течение октября Россия проводит на море и в воздухе.

Затем Дмитрий Медведев предложил пять принципов выхода из мирового финансового кризиса. Во-первых, упорядочить и привести в систему как национальные, так и международные институты регулирования. Во-вторых, избавиться от серьезного дисбаланса между объемом выпускаемых финансовых инструментов и реальной доходностью инвестиционных программ. По его мнению, конкурентная гонка приводит к образованию финансовых "мыльных пузырей", а ответственность публичных компаний перед акционерами размывается".

В-третьих, президент РФ призвал укрепить систему управления рисками: "Свою долю риска и ответственности должен с самого начала нести каждый участник рынка. И не должно быть иллюзий по поводу возможности бесконечного роста любого вида активов". В-четвертых, надо способствовать максимально полному раскрытию информации о компаниях, ужесточать надзорные требования, усиливать ответственность рейтинговых агентств и аудиторских компаний. И наконец, в-пятых, необходимо сделать доступными для всех выгоды от снятия барьеров в международной торговле, от свободы перемещения капиталов.

Президент Медведев сформулировал также принципы, на которых должна основываться новая система международной безопасности. "Здесь надо следовать трем "не": не обеспечивать свою безопасность за счет безопасности других, не допускать в рамках любых военных союзов или коалиций действий, которые ослабляют единство общего пространства безопасности, и, в-третьих, не позволять, чтобы развитие военных союзов осуществлялось в ущерб безопасности других участников договора", -- сказал г-н Медведев. Кроме того, он предложил подтвердить в договоре, что "ни одно государство и мировая организация не могут иметь эксклюзивных прав на поддержание мира и стабильности в Европе". "В полной мере относим это и к России", -- заявил российский президент.

Он поддержал предложение Николя Саркози провести многостороннюю встречу для рассмотрения финансовых проблем. По словам президента Франции, г-н Медведев также поддержал его предложение провести внеочередной саммит расширенной "большой восьмерки" (с участием Мексики, Бразилии, Индии, Китая и ЮАР) еще до конца нынешнего года. Более того, Николя Саркози прибег к формулировкам, которые способны найти отклик в сердце любого российского политика и дипломата. "Создается ощущение, - сказал он, - что нынешний мир движется без руля и без ветрил. Однополярный порядок, по которому должен был бы соорганизоваться мир, не выдержал многочисленных кризисов и развития многочисленных вызовов". Французский президент также считает разумным до конца 2009 года провести саммит ОБСЕ для обсуждения идеи Дмитрия Медведева о создании новой системы европейской безопасности.

Николя Саркози был также весьма комплиментарен по отношению к российскому коллеге, стремясь продемонстрировать, что его приезд есть свидетельство правильности французской политики, отвергнувшей призывы ввести санкции против России после кавказской войны. Г-н Саркози уверен, что Россия могла бы стать привилегированным партнером ЕС в области обороны и безопасности.

При этом г-н Саркози не оставил без внимания те пассажи в речи российского президента, где тот противопоставлял конструктивность Европы политике Соединенных Штатов. «Мы друзья и союзники, -- сказал г-н Саркози, -- и никто из нас не является агентом друг друга, а евроатлантическая солидарность остается непреложной действительностью».

Президент Франции всем своим видом стремился показать, что взаимопонимание между Парижем и Москвой сегодня как никогда глубоко. А потому обратил внимание российского президента, что одним лишь обеспечением баланса сил безопасности в мире не достичь. Добиться этого, сказал он, можно только на основе демократии и прав человека.

Говоря на «грузинскую» тему, французский президент напомнил «другу Дмитрию» (именно так, по имени, постоянно называл г-н Саркози своего визави) о «необходимости избегать провокаций в зоне конфликта» и «больше уважать позиции друг друга».

Расставались президенты Медведев и Саркози весьма довольные друг другом. Эвиан был их совместным бенефисом.

Аркадий ДУБНОВ, Эвиан