Итоги специально для The New Times подводит известный телеведущий, который был лицом прежнего, старого НТВ — Евгений Киселев
Эх, давно мне не писалось так трудно, как сейчас, когда я вроде бы сам вызвался что-нибудь сочинить к полукруглой дате — 15-летию телекомпании НТВ, а потом вдруг задумался: про что говорить-то?!
Есть такой старый анекдот. Дело происходит в брежневское время, маразм крепчает, в один прекрасный день на Красной площади какой-то прохожий вдруг вытаскивает из-за пазухи пачку листовок и начинает их разбрасывать. На него, понятное дело, со всех сторон тут же набрасываются крепкие ребята в штатском, крутят руки, кто-то подхватывает крутящуюся в воздухе листовку — и удивляется искренне:
— Но тут же ничего не написано!
На что задержанный замечает:
— А чего писать-то?! И так все ясно!
Вот и мне сейчас кажется довольно бессмысленным рассказывать о том, что и так, помоему, давно очевидно:
— что когда «Газпром» отбирал НТВ у его основателя и прежнего владельца Владимира Гусинского, это был никакой не «конфликт хозяйствующих субъектов», а спецоперация по установлению контроля Кремля над одним из общенациональных телеканалов;
— что правы оказались те, кто предсказывал:
НТВ — это только начало, скоро в России почти не останется независимого телевидения;
— что нынешнее НТВ к прежнему, или, как часто говорят, «старому» НТВ никакого отношения не имеет — как любит грустно шутить один мой знакомый, есть только чучело НТВ, а внутри совсем другая начинка;
— что сегодня телевизионщики промеж собой называют его с легким пренебрежением «Криминал-ТВ».
Бизнес-максимум
Между прочим, их ирония напрасна, если вспомнить, что телевидение — это еще и бизнес. Так вот, если по бизнесу, то нынешние руководители НТВ на самом деле приняли верное решение: не топтаться на одной площадке с двумя другими большими каналами «широкого профиля» — Первым и «Россией», где конкуренция невероятно высока, а переформатировать канал, увести его в свободную нишу, сделать его в духе новейших веяний на телевизионном рынке каналом узкого профиля.
Поучительная история из недавнего прошлого. Несколько лет назад в Москве был выставлен на продажу один из дециметровых каналов. Его покупкой заинтересовался некий крупный российский бизнесмен — из тех, что в самой верхней части списка «Форбс». Олигарха сдерживало одно: он подходил к покупке как сугубо бизнес-проекту, который должен достаточно быстро дать финансовую отдачу, но никак не мог понять, как этого добиться, как сделать канал конкурентоспособным, какой продукт предложить зрителю. Один опытный телевизионщик дал олигарху циничный совет: на совершенно разных каналах одинаково хорошо работают, собирают большую долю аудитории всевозможные программы криминального содержания. Так почему не сделать чисто криминальный канал: фильмы и сериалы про наших ментов и их копов, побольше стрельбы, крови, погонь, трупов, «расчлененки », всяких документальных фильмов и передач про уголовный мир, про расследование громких преступлений, криминальные новости, ток-шоу на все эти темы — и народ за уши от вашего канала не оторвешь. Олигарх к совету отнесся скептически, сделка не состоялась, а идея была успешно реализована на НТВ, как бы ни раздражал кого-то новый облик канала идеологически и эстетически.
Это может нравиться или не нравиться, но факт остается фактом: еще недавно молодые журналисты НТВ старались подражать фирменным интонациям Леонида Парфенова, а теперь законодатель моды на канале — кричащий ведущий программы «Максимум».
Но вот что интересно: многие ли помнят, что в свое время именно из-под пера бывшего криминального хроникера Глеба Пьяных в газетах и журналах Издательского дома «Коммерсантъ» с завидной регулярностью выходили «заряженные» статьи против прежних владельцев и руководителей НТВ? При этом поговаривали, что Пьяных вел своего рода «спецпроект» и ни один из редакторов «Ъ» не мог на него повлиять.
Кстати, любопытно, что после разгрома «старого » НТВ на телевизионном небосклоне зажглась не только новая звезда Глеба Пьяных, но еще несколько звезд разной степени яркости или, если угодно, тусклости, которых объединяло одно: все они были вчерашними газетчиками, имевшими очевидные заслуги перед Кремлем по части оправдания действий власти против телеканала.
Люди канала
Но это все — «неюбилейные» заметки. А что про юбилей? Не пересказывать же в очередной раз историю о том, как в один прекрасный майский день 1993 года два тогдашних друга и единомышленника, Олег Добродеев и Евгений Киселев, смутно одолеваемые мыслью о том, что работа на государственном телевидении — это тупик, стали искать встречи с банкиром Владимиром Гусинским, который выделялся среди своих коллег интересом к медиабизнесу, добились этой встречи на удивление легко и быстро и уже в конце того самого дня вышли из кабинета Гусинского на 21-м этаже здания московской мэрии на Новом Арбате в совершенном возбуждении — им было предложено начать работу над созданием нового частного телеканала. Об этом даже и говорить как-то неловко — хотя бы потому, что Олег Борисович Добродеев уже девятый год работает фактически министром российского государственного телевидения, имеет колоссальное влияние на российское телевидение вообще, и в значительной степени благодаря его неустанным трудам оно нынче такое, какое есть. Ему, возможно, неприятны лишние напоминания о своей роли в создании «старого» НТВ, о совместной работе с Гусинским, Киселевым, Малашенко...
Вот о чем, точнее, о ком действительно нужно сказать в день 15-летнего юбилея НТВ. Многие люди участвовали в создании телекомпании. Но без Игоря Малашенко — первого президента НТВ — она не состоялась бы, это точно. Он был, возможно, самым лучшим топ-менеджером в истории современного российского телевидения. В первые месяцы, когда компания только создавалась, он был фактически единственным ее сотрудником, работавшим с утра и до позднего вечера, без праздников и выходных. Он занимался составлением бюджета, бизнес-плана, штатного расписания, приемом людей на работу, закупками техники, арендой помещений, студий и прочая, и прочая...
Те, кто работал на НТВ в самом начале и был вхож в кабинет Малашенко, помнят — на столе у Игоря всегда лежал большой желтый блокнот, что в Америке называется legal pad, в котором размашистым почерком были записаны дела на каждый день. Он методично вычеркивал пункт за пунктом и не уходил с работы, пока все пункты не были вычеркнуты.
Он придумал и внедрил на канале практически все, что с самого начала отличало НТВ от конкурентов.
Малашенко лично занимался закупками фильмов, сериалов, телевизионных программ, ездил на переговоры с «мейджорами» — обладателями прав на телевизионный показ голливудских блокбастеров — в Лондон и на кинорынки в Канны. Когда канал начал выходить на «четвертой кнопке» в январе 1994 года, он сразу потряс воображение зрителей — каждый день на НТВ можно было смотреть первоклассное иностранное кино, которое до этого в основном смотрели на пиратских видеокассетах с чудовищным качеством изображения и перевода.
Малашенко добился того, что сетка вещания НТВ версталась по принципу «часовых линеек», чтобы приучить зрителя к тому, что в начале каждого часа на канале стартует какая-то новая передача, а со временем и газета с программой передач оказалась бы не очень-то и нужна телезрителям, уже наизусть заучившим, когда на НТВ — новости, когда — документальное кино, а когда — сериал. Сегодня так верстается сетка вещания всех телеканалов, и трудно поверить, что когда-то было иначе, сплошь и рядом передачи могли начинаться в 19.20, 20.40 или 21.50.
Те, кто ушел
Точно так же невозможно представить себе, что когда-то на каналах был полный разнобой по части электронной «одежды» программ. Каждый режиссер или продюсер заказывал для своей программы компьютерную графику на собственный вкус, а в результате на экране было ощущение полного хаоса.
НТВ первым стал «одеваться» по-настоящему модно и стильно. Много лет электронную одежду для канала делал Семен Левин, гениальный телевизионный дизайнер, художникграфик, который придумал саму концепцию оформления канала в одном стиле, от начала и до конца. Именно он нарисовал знаменитый зеленый шарик НТВ.
Иных уж нет, а те далече...
Нет Семена Левина.
Нет бесподобной Елены Курляндцевой, лучше которой, кажется, никто уже больше никогда не сможет делать репортажи о событиях в мире культуры и искусства.
Нет Алексея Буркова, балагура и весельчака, когда-то создававшего спортивную редакцию НТВ, из которой теперь вырос целый букет спортивных телеканалов.
Нет Ильи Зимина — репортера от бога.
Все они — и ушедшие, и ныне живущие, работающие большей частью на других каналах, — 15 лет назад начали устанавливать планку качества современного российского телевидения на небывалом тогда уровне, который и теперь часто представляется недосягаемым. Вот это — главное.
Но срок жизни телевизионной команды, как срок жизни театральной труппы, отмерен — 10 лет. Он давно позади. Грустить о прошлом не надо. Печально другое — пока не видно будущего. Впрочем, это отдельная тема.
