На радио «Эхо Москвы» пришло письмо — на мое имя. Прочтя его, первым делом уточнил у девочек-референтов, не розыгрыш ли… Но вроде не розыгрыш: герб на письме, печать на конверте — все настоящее. И корреспондент, стало быть, реальный (даже, я бы сказал, конкретный) — депутат Государственной думы Сергей Абельцев
Этот сокол Жириновского в последние годы входил в число самых надежных моих клиентов. Почти всякий раз, когда он открывал рот, сказанное годилось для программы «Плавленый сырок». Иногда, правда, приходилось «запикивать» депутатский мат: будучи человеком чрезвычайно искренним, Сергей Николаевич не считал нужным фильтровать базар даже в эфире. В последний раз я брал в рот эту фамилию в июне этого года…
Из программы «Плавленый сырок» (14.06.2008)
Диктор. Руководитель Московской Хельсинкской группы Людмила Алексеева и лидер движения «За права человека» Лев Пономарев были забросаны яйцами во время пресс-конференции в Москве, посвященной пыткам и убийствам заключенных в Челябинской колонии. Нападение на правозащитников устроила группа молодежи под руководством депутата Госдумы от ЛДПР Сергея Абельцева.
Шендерович. Вы лицо депутата Абельцева себе представляете? А Людмилу Михайловну Алексееву? Ну, то-то. И как приятно знать, что наша законодательная власть — это именно Абельцев и еще четыре с половиной сотни таких же йеху, а не восьмидесятилетняя маргиналка Алексеева, у которой ни значка с триколором, ни машины с мигалкой, ни бюджетного финансирования… Так вот, кстати, о наших йеху с Охотного Ряда. Хамское нападение на двух немолодых людей животное Абельцев соорудило во вторник — наверное, уже в среду его осудила ихняя комиссия по этике… Нет? Тогда, может быть, в четверг? Ну, в пятницу — точно осудила! Нет? Вообще ни слова? Надо же. Стадо йеху. Читайте Свифта, а мне больше добавить нечего.
И вот — мечта журналиста: обратная связь, письмо из Госдумы! Писал его, разумеется, не сам г-н Абельцев, а кто-то из его помощников — текст, тяготеющий к логорее, густо насыщен заумью, да и синтаксис выходит далеко за размеры головы Сергея Николаевича (см. фото). Но коли герб, печать и подпись внизу несомненны, то судьба мне пойти путем взаимной переписки…
Письмо депутата Абельцева журналисту Шендеровичу *
Уважаемый Виктор Анатольевич! 14.06.2008 года Вы угощали своих постоянных и, видимо, уже прикормленных этим не самым изысканным блюдом, слушателей, очередным «Плавленым сырком». Видимо для того, чтобы несколько улучшить «пищевые» свойства и удобоваримость этого продукта, Вы решили освежить его вкус, эдак «задать перцу», щедро пересыпав текстовки жаргонизмами, междометиями, просторечными, блатными и оскорбительными словами и словечками.
Вам как радиожурналисту, представителю особой лингвокультурной общности, по определению являющемуся экстравертной фигурой коммуникации, следует осторожнее, я бы сказал, бережнее относиться к вербальным формам и содержанию своей коммуникации. (…)
А как оценивать Ваши эскапады в адрес россиян, недвусмысленно характеризующие наш народ как алкоголиков и беспамятных слабоумных, ничего не знающих и не помнящих? Однозначно, как оскорбительные и унижающие, циничные и глумливые. Над кем глумитесь, Шендерович? Над Россией и российским народом глумитесь. Пойдем далее. Сами то Вы разве присутствовали на той самой пресс-конференции в Москве, о которой с такой уверенностью и безапелляционностью рассуждали в ходе радиопередачи? Вы были очевидцем того, что «на правозащитников устроила нападение группа молодежи под руководством депутата Госдумы от ЛДПР Сергея Абельцева»? (…)
Странная реминисценция — отождествление российских парламентариев с йеху — отвратительными человекоподобными существами, на которых свифтовские благородные лошади возили воду, а те только и делали, что постоянно испражнялись, избрав это действо своим единственным способом коммуникации.
Неужели Вы, как Гулливер, прониклись осознанием величия расы гуигнгнмов и теперь в людях начали видеть ужасных йеху? Испытывая сострадание к каждому человеку, хочу предостеречь и Вас, Шендерович, напоминанием, что, поняв, что лошади никогда не возьмут всю власть, Свифт впал в глубокую депрессию и сошел с ума.
Лично меня, просто как нормального человека, от всего этого коробит. А как депутат Государственной Думы считаю приведенное Вами определение российских парламентариев оскорбительным, развращающим общественную нравственность, недостойным культуры русской речи и, соответственно, предосудительными, то есть достойными осуждения и порицания. (…)
На каком основании и по какому праву в своем выступлении Вы употребили следующее выражение: «... животное Абельцев ...»? (…) Толковый словарь В. Даля следующим образом трактует слово «животное» в бранном смысле: «скотина, недостойный имени человека». (…)
Так называемые борцы за демократию в России всегда требовали расправы над своими противниками, вот почему объектом Вашей критики стали депутаты Государственной Думы. Между прочим, не просто некие гражданские лица, а люди на государственной должности, статус которой прописан в Конституции и требует соответствующего отношения граждан.
Вы и прочие могут только поливать грязью, поскольку это Ваш жанр, давать советы, играть роль общественных поводырей. Но обратись к Вам с просьбой написать о своей стране что-то хорошее, сделать конкретное полезное дело — не сможете. Разучились за годы реформ и полной безнаказанности. (…)
Я не в обиде на Вас, Шендерович. Я Вами оскорблен. Как говориться, почувствуйте разницу. Вы меня оскорбили, совершили речевой акт вербальной агрессии, в котором реализовали свой побудительный мотив оказать коммуникативное давление на адресат речи, то есть на меня. (…)
Российскими судами уже неоднократно употребление зоосемантических метафор, в том числе слово «животное», для подчеркивания отрицательных свойств человека, тем более в публичном выступлении, квалифицировалось как «оскорбление». (…)
Поэтому, возвращаясь к делам земным, настоящим хочу уведомить Вас, что расцениваю данное в мой адрес «определение», как унижающее мои честь и достоинство. А будучи к тому же высказанными в неприличной форме — уголовно наказуемым деянием — оскорблением, обнародованным в средствах массовой информации.
Это дает мне полное право обратиться в правоохранительные органы с требованием о привлечении Вас к уголовной ответственности за преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 130 Уголовного кодекса Российской Федерации, а также требовать в порядке гражданского судопроизводства возмещения причиненного мне морального вреда.
Также извещаю Вас, что мной принято решение сообщить о Ваших действиях в Министерство связи и массовых коммуникаций Российской Федерации и в Министерство юстиции Российской Федерации. С. Абельцев
* В сокращении; полностью письмо можно прочитать на официальном сайте депутата; сохранены грамматика и стилистика подлинника.
Письмо журналиста Шендеровича депутату Абельцеву
Уважаемый Сергей Николаевич!
Первым желанием по прочтении Вашего письма было — передать его приватным образом в коллекцию моего друга, врача«мозговеда» Андрея Бильжо, а самому забыть, как страшный сон. Но по размышлении я отказался от этого легкомысленного плана, ибо предмет нашего спора показался мне чрезвычайно важным.
Животное ли Вы, Сергей Николаевич?
Этот пункт, несомненно, требует окончательного прояснения, но прежде позвольте прояснить несколько вопросов, затронутых в Вашем письме.
Первое. Я никогда не характеризовал российский народ «как алкоголиков и беспамятных слабоумных, ничего не знающих и не помнящих» — как минимум потому, что не считаю понятие «народ» единицей измерения. Внутри этого народа есть, например, Людмила Михайловна Алексеева, а есть, например, Вы. «Как говорится, почувствуйте разницу». (Кстати, передайте вашему референту: «как говорится» — пишется без мягкого знака. Или уж через два «ц»).
Второе. О том, что организатором подлого нападения на г-жу Алексееву и г-на Пономарева были именно Вы, сообщалось в нескольких СМИ — и, заметьте, Ваша репутация никому не помешала в это поверить. Впрочем, репутация репутацией, а есть и прямые свидетельства того, что перед той прессконференцией Вы общались с подонками, впоследствии совершившими нападение.
Третье — насчет культуры и нравственности. Этот пассаж в Вашем письме меня не удивил: как раз господа вроде Вас, в промежутке между бытовым хамством и политическими провокациями, любят порадеть о таких материях. Было бы странно, если бы депутат вроде Вас не потерся спиной об эту пальму.
Четвертое. За сравнение российских парламентариев с человекоподобными йеху, описанными у декана Свифта, я готов просить прощения, но у йеху. По здравом размышлении следует признать: они далеко не так опасны, как депутаты Государственной думы Российской Федерации. По свидетельству доктора Гулливера, йеху были весьма агрессивны, однако ж не воровали в особо крупных размерах, не разыскивались за рэкет и не были замешаны в заказных убийствах, как отдельные депутаты Госдумы разных созывов от фракции ЛДПР. Все это заставляет меня пожалеть о неосторожной метафоре.
Что же касается горестной судьбы декана Свифта, то он действительно был невысокого мнения о человечестве, и это серьезно отравляло его существование. По счастью, Свифт недожил до встречи с Вами, г-н Абельцев: если бы ему показали такого парламентария, он бы точно спятил.
Пятое. Будучи приверженцем закона, расправы над Вами я не требую — и даже не предлагаю спустить на Вас и Ваших соратников стаю «бешеных собак, бл…», как предлагали Вы в эфире радио «Эхо Москвы» в отношении меня и других участников «Марша несогласных» (см. «Плавленый сырок» от 14 апреля 2007 года). Но как минимум на пятнадцать суток, по эпизоду с нападением на Алексееву, Вам бы присесть не помешало.
Там, в изоляторе временного содержания, у Вас появился бы шанс понять наконец, что объектом критики в демократических странах не могут быть «некие гражданские люди» (о которых Вы упомянули с плохо скрываемым презрением) — таким объектом для журналиста являются в первую очередь институты власти и их представители. И это не «поливание грязью», Сергей Николаевич, а общественная гигиена. Если этого не делать, начинает плохо пахнуть.
(Кстати. Статус депутата Государственной думы действительно прописан в Конституции, но про «соответствующее отношение граждан» там не сказано ни слова, это Вам почудилось. Отношение граждан надо заслужить своей работой, и вы его заслужили именно соответствующее — вот какое есть).
И наконец, последнее и главное: насчет той дефиниции из словаря Даля. С радостью извещаю Вас, что по этому пункту у нас с Далем разночтений нет. Слово «животное» для Вашей краткой характеристики я применил в том самом, процитированном Вами значении: «скотина; недостойный звания человека».
Правильно ли я Вас понял, что Вы с этим не согласны? Не ослышался ли я? Если не ослышался, то настоятельно прошу Вас — не пренебрегайте своим правом обратиться в правоохранительные органы с требованием о привлечении меня к уголовной ответственности за преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 130 Уголовного кодекса Российской Федерации! Истина превыше всего. Давайте же перестанем размазывать белую кашу по чистому столу, Сергей Николаевич, и как можно скорее, с соблюдением всех формальностей, приступим к исследованию в судебном заседании вопроса о том, является ли депутат Абельцев животным.
Обещаю принять в этом исследовании самое живое участие.
