Сессия ПАСЕ рассмотрела вопрос о гуманитарных последствиях войны между Россией и Грузией

Программу ведет Андрей Шарый. Принимает участие корреспондент Радио Свобода в Страсбурге Данила Гальперович.
Андрей Шарый: На сессии Парламентской Ассамблеи Совета Европы сегодня обсуждались последствия вооруженного конфликта между Россией и Грузией в августе прошлого года.

Данила Гальперович: Последствия российско-грузинской войны обсуждались сегодня на сессии ПАСЕ в два этапа: сначала был представлен доклад о том, как Грузия и Россия выполняли те резолюции, которые с осени прошлого года принимала Ассамблея по этому вопросу, а потом депутаты ПАСЕ обсудили гуманитарную ситуацию в зоне конфликта. Докладчик Ассамблеи по первому вопросу, бельгиец Люк Ван ден Бранде делает вывод: если Грузия выполнила не все требования Совета Европы, то Россия отказалась от выполнения большинства из них, причем самых важных.

Люк Ван ден Бранде: Фактически мы ясно подтверждаем, что институциональная позиция Российской федерации относительно двух сепаратистских регионов остается для нас неприемлемой. Очень небольшой прогресс, по нашей оценке, был достигнут как в смысле безопасности в регионе, так и в допуске наблюдателей от Европейского Союза, ООН и ОБСЕ. И мы недовольны тем, что большинство из обязательств Российской Федерации не были ею соблюдены.

Данила Гальперович: В другом докладе - о гуманитарных последствиях войны между Россией и Грузией - его автор, председатель Комитета ПАСЕ по миграции и беженцам Кориен Йонкер отмечает, что осетины, бежавшие от конфликта, в основном вернулись в свои дома, а грузины - в основном нет, так как большинство грузинских домов сравняли с землей.

Кориен Йонкер: Грузинских деревень больше не существует. Там в основном только развалины, и нет следов какого-либо имущества, принадлежавшего тем, кто там жил. В очень редких случаях я замечала отдельные дома, в которых кто-то еще живет, в основном старики и смешанные семейные пары. Систематическое уничтожение большинства домов - это ясный знак того, что было намерение сделать невозможным какое бы то ни было возвращение грузин назад. Никакой ответственности за это разрушение практически никто не несет. С кем бы я не разговаривала, безопасность остается главным моментом беспокойства не только для фактических властей региона, но и для простых жителей. Они опасаются дальнейших атак грузинской армии.

Данила Гальперович: Член российской делегации от Совета Федерации Валерий Федоров предложил коллегам по ПАСЕ признать новые реалии и оказать помощь региону без каких-либо политических оценок.

Валерий Федоров: Права госпожа Йонкер, говоря, что главное сейчас - нахождение способов обеспечения эффективного международного присутствия в регионе. Но исходить ведь надо из реалий сегодняшнего дня: Южная Осетия и Абхазия де-факто независимые государства. А людям надо помогать. Надо, чтобы люди не страдали. А Россия помогала и будет помогать жителям Южной Осетии. Но, коллеги, зачем искусственно создавать трудности народу? Есть газопровод Тбилиси - Цхинвали, но его включают грузины, только когда едут проверяющие из ПАСЕ, ОБСЕ, Красного Креста и так далее. Разве это гуманно? Сейчас главное - восстановить разрушенное войной, вернуть беженцев.

Данила Гальперович: Однако было очевидно, что с тем, чтобы просто смириться с так называемыми новыми реалиями, не согласны все больше и больше членов Ассамблеи. Депутат из Эстонии Андерс Херкель говорит, что дальнейшее пребывание слишком равной по Оруэллу России в Совете Европы становится все более и более невозможным.

Андерс Херкель: Все равны, но некоторые равнее - получается так. Мы молчаливо допустили то, что Россия имеет больше, гораздо больше прав в этой организации, чем остальные страны. И каковы последствия этого, с какой же ситуацией мы столкнулись? У нас есть член Совета Европы, который может атаковать соседнюю страну и оккупировать ее территорию. Который может организовать насильственную паспортизацию граждан другой страны. Который оказывает давление на соседнее государство для того, чтобы сменить правящий там режим. Который признает сепаратистские регионы. Который прекращает доступ международных наблюдателей в зону конфликта. И который строит свои военные базы на территории чужой страны. Как много должно быть все этого, чтобы мы решили, что это уже слишком?

Данила Гальперович: Тем не менее, России не пригрозили исключением и на этот раз, что дало повод главе российской делегации Константину Косачеву достаточно спокойно откомментировать для Радио Свобода итоги дискуссии.

Константин Косачев: Что касается гуманитарных аспектов этой ситуации, нас резолюция вполне устраивает. Мы здесь не хотели бы внедряться в какие-то дипломатические дискуссии, поскольку речь действительно идет о попытке Ассамблеи оказать реальную помощь людям. И мы такую линию, безусловно, поддерживаем. Вот в тех частях, где в эту гуманитарную резолюцию были внедрены какие-то политические оценки, мы можем высказывать только разочарование, потому что это лишь затрудняет соответствующую гуманитарную работу, а не облегчает ее.

Данила Гальперович: Однако, по словам Константина Косачева, он не исключает, что в будущем дела могут принять для России довольно печальный оборот.

Константин Косачев: В каких-то выступлениях звучали более жесткие оценки, в каких-то, безусловно, более мягкие. Я не исключаю никакого варианта развития этой дискуссии. Ни категоричный вариант, ни вариант, когда все-таки эта дискуссия сойдет на нет, я бы не исключал.

Данила Гальперович: Очевидно, что Ассамблея все более недовольна тем, что Россия игнорирует ее требования, но пока совсем не очевидно, чем это растущее между Москвой и Страсбургом напряжение может закончиться.