«Не музейная ценность, но живой организм»

Заявление членов Комитета Премии Андрея Белого

© wikimedia.org Казимир Малевич. Чёрный квадрат. 1915. Собрание ГТГ Функционирование любой премии в искусстве чревато конфликтными ситуациями — в том числе и внутри сообщества экспертов, ведающих присуждением премии. Однако лишь в некоторых крайних случаях масштаб и характер противостояния ставит на повестку дня само существование премии. Именно такое положение вещей сложилось в настоящий момент в Комитете Премии Андрея Белого.

Драматизм ситуации заключается в том, что эти два члена Комитета, позиция которых к настоящему моменту привела Комитет к состоянию совершенной неработоспособности, — не кто иные, как Борис Иванов и Борис Останин, основавшие ее в 1978 году, тогда как сторону большинства представляют пять литераторов, вошедшие в состав Комитета после 1998 года, когда премия была фактически возрождена и реформирована к своему нынешнему состоянию.

Сложившееся положение ставит нас перед тяжелым выбором: или признать, что в моральном и историческом аспекте лично Борис Иванов и Борис Останин неотделимы от судьбы премии и вправе определять ее перспективы любым способом, включая гибель и перерождение; или ради сохранения проекта найти способ сократить до минимума влияние на него отцов-основателей, чьи бесспорные заслуги перед русской литературой не искупают их глубокой оторванности от ее сегодняшнего состояния. Мы не можем снять с себя ответственность за Премию Андрея Белого в ситуации, когда, по сути дела, она остается единственным премиальным проектом, сохраняющим независимость и от рыночных тенденций, и от политико-идеологических институций, и от инерционных процессов в писательской корпорации, консервирующих эстетические и мировоззренческие установки советской эпохи. Высокий авторитет премии, находящийся в ее распоряжении символический капитал, создан не только ее исключительной миссией в эпоху самиздата, когда именно усилиями отцов-основателей Премия Андрея Белого ознаменовала собой складывание единого пространства неподцензурной словесности, но и методичной работой последнего десятилетия, причислившей к кругу лауреатов фигуры признанных классиков, ярких дебютантов, противоречивых нарушителей общественного спокойствия — словом, авторов самого разного склада и направления, объединенных приоритетом художественной и интеллектуальной новизны. Премия Андрея Белого не является музейной ценностью, для которой определяющее значение имеет ее история, — это живой культурный организм, который — мы убеждены в этом — должен жить.

В этих условиях, руководствуясь духом и буквой Положения о Премии Андрея Белого, мы пришли к следующему решению. Начиная с текущего, 2009 года полномочия Бориса Иванова и Бориса Останина будут ограничены номинацией «За заслуги перед литературой», в которой и прежде лауреат определялся исключительно ими. Мы надеемся на то, что эта традиция будет продолжена и останется наиболее непосредственным выражением преемственности нынешней Премии Андрея Белого по отношению к ее первозданной форме существования. Решения в трех других номинациях («Поэзия», «Проза», «Гуманитарные исследования»), связанные прежде всего с обостренным вниманием к сегодняшнему состоянию литературы, будут приниматься обновленным составом Комитета.

Комитет Премии Андрея Белого бесконечно благодарен Борису Иванову и Борису Останину за десятилетия самоотверженного служения русской литературе. Это служение уже стало историей.

Борис Дубин, Дмитрий Кузьмин, Виктор Лапицкий, Глеб Морев

P. S. Я полностью поддерживаю «констатирующую часть» заявления Комитета Премии Андрея Белого. Я считаю действия Б. Иванова и Б. Останина оскорбительными для всех членов Комитета и абсолютно несовместимыми с духом премии. Решение Комитета о преобразовании премии является, на мой взгляд, адекватным сложившейся ситуации. Однако по личным мотивам я к этому решению присоединиться не могу и, соответственно, не считаю возможным мое дальнейшее участие в работе Комитета. Я уверен, что в обновленном виде премия еще эффективнее сможет выполнять свои задачи.