"Мы перераспределили мощности в пользу регионов, где ведется правильная налоговая политика"

об антикризисных мерах:
Потребительский сектор не рассматривается в нашей стране как стратегически важный для развития экономики, поэтому на обсуждение проблем в правительство нас приглашают нечасто. Тем не менее, если говорить о статистике, то создание одного рабочего места в пивоваренной отрасли позволяет создать от 6 до 7 рабочих мест в смежных областях, прежде всего, конечно же, в сельском хозяйстве и упаковочном производстве. Многие предприятия нашей отрасли являются не просто крупнейшими налогоплательщиками, крупнейшим работодателями, а просто системообразующими. Тем не менее, ни в какой список стратегически важных компании нашей отрасли не попадают, тем более, если в компании присутствует иностранный капитал.
Традиционно считается, что потребительский сектор, особенно табачно-алкогольный сектор, относительно устойчив к кризису. Тем не менее, по итогам первого квартала этого года наша отрасль в России показала отрицательную динамику -6%. Если сравнивать с ростом индустрии в предыдущие 10 лет – плюс 10 – 14%, то можно понять, какой эффект это для экономики, если возвращаться к статистике. Естественно, основная причина – это падение спроса. То, о чем так часто говорится за рубежом, реже у нас, вопрос о том, чтобы теми или иными мерами увеличить доходы населения для стимулирования спроса, безусловно, для нашей индустрии, для потребительского сектора это был бы прямой эффект.
В третьем квартале прошлого года впервые за много лет в индустрии возник профицит производственных площадей. За предыдущие годы много было инвестировано в строительство заводов, модернизацию. И впервые мы оказались перед фактом приостановки одного из современнейших заводов в Санкт-Петербурге.
Основная проблема, с которой мы столкнулись, – это кризис ликвидности. Конечно, все инвестиционные планы, которые у нас были, мы поставили на них крест, потому что все средства, которые приходят от конечного потребителя, уходят в оборот. Здесь нужно говорить о безумной ставке рефинансирования, безумных ставках кредитов. Здесь, я думаю, государство должно бороться с инфляцией какими-то другими методами. Мы все ждем, когда ставки будут более приемлемыми для реального сектора экономики.
Если говорить о том, что нам помогло, то мы очень благодарны государству за отсрочку платежей по налогу на добавленную стоимость. Как только была введена эта мера, мы тут же ощутили положительный эффект для компании. Снижение ставки налога на прибыль – понятно, что немногие компании сейчас работают с прибылью, поэтому о прямом положительном эффекте от этой меры говорить не приходится. Производителям больше помогло бы снижение ставки НДС, но это старая тема, и сейчас снижение просто нереально.
Если говорить о региональной политике и о том, что может сделать региональная власть, мы представлены в разных регионах, в 10 регионах, и нам есть с чем сравнивать. По Налоговому кодексу региональная власть может давать льготы по налогу на имущество. Когда возник профицит производственных мощностей, мы вынуждены были перераспределить наши мощности, где производить больше продукции. Акциз идет в региональный бюджет, поэтому сейчас региональные власти заинтересованы, чтобы в их регионе производство как минимум не снижалось. Мы перераспределили наши мощности в пользу тех регионов, где ведется правильная налоговая политика. Нужно быть очень гибким, понятно, что падают доходы, наверное, у всех регионов есть дефицит регионального бюджета. Так в Пермском крае мы увеличили производство, а в Питере мы вынуждены были производство приостановить.
Недавно была обнулена ставка НДС на ввозимое технологическое оборудование. При кризисе ликвидности это тоже помогает. Ожидать, что пивную отрасль будут адресно поддерживать довольно сложно, тем не менее, поддержка наших смежных отраслей, таких как сельское хозяйство, транспорт, ритейл помогает нам при удержании бизнеса на плаву.
Хотелось бы сохранить курс проекта по облегчению налоговой нагрузки.
Наша компания столкнулась с такой проблемой. Раньше фискальные органы были пристрастны, но можно было потребовать от налоговых органов во время проверок обоснование их требований. Сейчас очень сильно ужесточились проверки, и диалога практически нет. Им спускают план по сбору налоговых платежей и диалога не происходит. Хотелось бы, чтобы такой налоговый терроризм не расцвел бурным цветом.
Активизировались лоббистские структуры наших отечественных компаний, которые требуют ведение пошлин и других заградительных мер. Пока диалог с правительством возможен, и можно обосновать и доказать, что у нас аналогов нет, кроме того, необходимо развивать конкуренцию, но тем не менее риски очень высокие.
Пример монополизации некоторых секторов на ровном месте, когда произошла крупная сделка по объединению производителей алюминиевой банки, которая используется в пищевой промышленности. Сделка должна была сопровождаться обнулением импортных пошлин, и повышением цены не более чем на 15%. В результате на рынке появился монополист, который держит 90% рынка. Обнуление пошлин до сих пор застряло в кабинетах, требование монополисту развивать собственные мощности на территории России тоже застыло. Все это привело к тому, что с учетом девальвации цены повысились более чем на 40%, что тут же отразилось на стоимости продукции и на той же инфляции.