Енох, летавший на небеса

Фамилия Агреста для меня легендарна, как имена древнегреческих и былинных героев. В школьные годы я часто встречал эту фамилию на страницах научно-популярных журналов. Гипотеза Агреста о палеовизитах была в 1960-е годы не менее популярна, чем новые для нас тогда идеи генетики или кибернетики. Даже популярнее — генетика с кибернетикой были сложны для понимания, а идеи Агреста просты и очевидны.

А потом об Агресте заговорили иначе: он ненормальный, проповедует библейские идеи! Имя Агреста исчезло со страниц научно-популярных журналов, о палеовизитах говорить перестали, это направление исследований было признано антинаучным.

Много лет спустя я прочитал воспоминания замечательного советского астрофизика Иосифа Самуиловича Шкловского «Эшелон», где немало страниц посвящено личности Матеса Менделевича Агреста, и тогда мне открылась неизвестная сторона его жизни. Живя в СССР, работая над созданием атомного оружия, Агрест соблюдал еврейские традиции — и, разумеется, был изгнан из атомного проекта и из журналов, но не сдался, потому что был — и остался в свои 90 с лишним лет! — человеком-легендой. Личностью.

* * *

Матес Менделевич Агрест родился в 1915 г. в местечке Княжицы Могилевской губернии, в религиозной еврейской семье. В 1929 г. окончил курс обучения иудаизму и стал дипломированным раввином. Но что было делать молодому раввину в Советском Союзе в годы всенародных строек и всеобщего атеизма? Понятно — заняться наукой.

Но для этого нужно было иметь хотя бы среднее образование, а в советской школе Матес не учился ни одного дня. За месяц юноша самостоятельно изучил программу пяти первых классов и поступил в ФЗУ — фабрично-заводское училище. Через два года он имел семилетнее образование и удостоверение токаря 4-го разряда. Но и с семилетним образованием в университет не поступишь. Работая на заводе, Матес занимался по вечерам и освоил курс средней школы.

С «корочками» раввина в кармане (не зная к тому же русского языка — только идиш и иврит!), Агрест поехал поступать в Ленинградский университет, на факультет математики и механики. За год он выучил историю с литературой, но изложить свои знания по-русски так и не смог. Он написал письменную работу, а когда пришел сдавать устный экзамен, узнал, что за диктант ему поставили «неуд».

Хорошо хоть ему попался экзаменатор, решивший, несмотря на двойку, все-таки послушать странного абитуриента. С каким красноречием рассказывал на корявом русском языке Матес о своем желании заниматься наукой!

— Ну. — пробормотал экзаменатор. — Вообще-то. Хорошо, я попробую что-нибудь для вас сделать.

И сделал, судя по всему. Осталось неизвестным, с кем и как говорил об Агресте экзаменатор, но в университет Матеса приняли — как еврея, для которого русский язык родным не является.

Через пять лет Агрест добавил к диплому раввина диплом математика. Окончив ЛГУ, он отправился в Москву и поступил в аспирантуру Государственного астрономического института им. П.К. Штернберга, на отделение небесной механики. Во время экзаменов Матес познакомился с Иосифом Шкловским, впоследствии выдающимся астрофизиком, членом-корреспондентом АН СССР. Дружба Агреста и Шкловского продолжалась много лет — до самой смерти Иосифа Самуиловича.

Диссертацию Матес Менделевич писал о небесно-механических особенностях в движении колец Сатурна. А потом началась война, аспиранта Агреста мобилизовали, но оказался он сначала не на фронте, а в Горьком, где командовал взводом аэростатов заграждения. Однажды во время грозы ударила молния, и два аэростата загорелись, как спички. Агреста судил военный трибунал. Приговор был стандартным: в штрафбат!

Судьба сохранила Агресту жизнь: он был ранен, вернулся с фронта, хромая, но — вернулся. Окончил аспирантуру, защитил диссертацию, после чего был опять «мобилизован» — математика Матеса Агреста направили в группу Якова Борисовича Зельдовича, работавшего тогда в Институте химической физики. В СССР начались работы над атомным проектом, в группе

Зельдовича делали расчеты взрывных процессов. Осенью 1948 г. Агрест начал работать в КБ-11, в поселке, ставшем впоследствии известным как Арзамас-16. В атомном проекте Агрест был до 13 января 1951 г. В этот день — причем ничто не предвещало неожиданностей! — Матеса Менделевича вызвали к начальству и сообщили, что он уволен и обязан в течение суток покинуть территорию секретного объекта. О причине увольнения не сказано было ни слова.

Положение Агреста было очень сложным. Семья его состояла в то время из восьми человек. Младшему сыну было несколько месяцев, а тестю — далеко за семьдесят лет. Ехать им из Арзамаса-16 было некуда.

На помощь пришли коллеги — Игорь Евгеньевич Тамм и Николай Николаевич Боголюбов. Они добились, чтобы семье Агреста разрешили остаться на «объекте» еще неделю. В тот же вечер домой к Агрестам, мрачно рассуждавшим о том, как жить дальше, пришел Андрей Дмитриевич Сахаров.

— Матес, — сказал он, — вот ключи от моей московской квартиры. Поживите, пока найдешь работу. А вот телефон и адрес моих родителей. Если что — помогут.

В квартире Сахарова на Октябрьском поле семья Агреста прожила больше полугода.

Работу Матес Менделевич нашел в Сухумском физико-техническом институте. Семья переехала в Абхазию, и Агрест стал заниматься исследованиями в области неполных цилиндрических функций. Там же защитил докторскую диссертацию.

Дело происходило в разгар холодной войны, в прессе обсуждались варианты предстоявших ядерных столкновений. Чтобы защититься от ядерных ракет, предлагали запустить на околоземную орбиту миллиарды тонких иголок. Вокруг Земли возникнет непроницаемое кольцо, наподобие кольца Сатурна. Ракеты будут сталкиваться с иголками и взрываться в космосе.

Читая эту статью, Матес Менделевич вспомнил о своей кандидатской диссертации. Аналогия возникла естественно для ученого, обладавшего незаурядным воображением. Предположим, что на Сатурне есть разумная жизнь и его кольца — такая же оборонительная завеса. Если на Сатурне есть жизнь, то жители этой планеты могли посещать Землю в недавнем или далеком прошлом.

Но разве жизнь может существовать только на Сатурне? В Галактике миллиарды звезд, подобных Солнцу, и у каждой, в принципе, может быть планетная система. И жизнь. Возможно — разум. Значит, в недавнем или далеком прошлом Землю могли посещать космонавты из других звездных систем. Доказать это можно только одним способом — обнаружить следы их пребывания.

Дипломированному раввину не нужно было напрягать память, чтобы вспомнить слова из книги «Бытие»: «В то время были на земле исполины». Между тем, правильный перевод, по мнению Матеса Менделевича, должен быть таким: «Упавшие на землю были на земле в днях тех».

Что означает — упавшие на землю? Откуда? Когда «упали» на Землю эти существа? Поскольку упоминание об «упавших» следует сразу за перечислением прямых потомков Адама, то, вероятно, имеется в виду время, когда по Земле ходили патриархи, среди которых Агрест обратил внимание на Еноха, сына Иареда. В Ветхом завете сказано, что каждый из патриархов (кроме Еноха!) прожил долгую жизнь и умер в глубокой старости. О Енохе же написано иначе: «И ходил Енох пред Богом; и не стало его, потому что Бог взял его».

Если «в днях тех» были на нашей планете инопланетные гости и оставили о себе память, запечатленную в Библии, то, возможно, и некоторые другие события, описанные в Ветхом завете, могут рассказывать о деяниях «упавших»?

Матес Менделевич обратил внимание на описание гибели городов Содом и Гоморра. Будучи участником ядерного проекта, он прекрасно знал, как выглядит атомный взрыв. В Ветхом завете, как считал Агрест, описана гибель городов от взрывной волны, рассказано о том, как люди ослепли от яркой вспышки, и о поражении от проникающей радиации, и о том, что толстый слой земли может спасти от смерти, и о том, что при уничтожении городов образовался характерный огненный столб с дымом и пылью.

По мнению Агреста, не только память о погибших городах оставили на Земле пришельцы. В районе древнего города Баальбек, находившегося на территории современного Ливана, расположены в определенном порядке огромные каменные плиты, настолько массивные, что археологи и сейчас не могут определить, как удалось нашим предкам передвинуть эти камни, поднять их и поставить в нужном порядке?

Матес Менделевич предположил, что Баальбекская веранда сооружена была «упавшими» на Землю космонавтами-чужаками. Для чего? Возможно, «упавшие» просто хотели оставить людям что-то в память о своем пребывании. Второй вариант: Баальбекская веранда — космодром древности. Матес Менделевич нашел тому косвенные доказательства: тектиты и оплавленные кристаллы, обнаруженные в районе Баальбека, могли возникнуть в результате атомных взрывов. Может, на звездолетах пришельцев стояли атомные двигатели?

В июле 1959 г. Агрест передал рукопись статьи о палеоконтакте в отдел агитации и пропаганды Абхазского обкома Компартии Грузии, поскольку без соответствующих разрешений ученый не мог опубликовать даже письма в редакцию. Агрест был уверен, что обкомовских работников его фантазии по крайней мере не вдохновят.

Каково же было удивление Матеса Менделевича, когда заведующий отделом тов. Хварцкия назвал работу очень интересной и разрешил Агресту сделать доклад на научном семинаре в СФТИ.

Матес Менделевич вспоминает:

«Конференц-зал был набит битком. Я выступал больше часа в абсолютной тишине. Я слышал собственный голос, произносивший цитаты из Библии и книги «Зоар». О чем в этот момент думала аудитория, я не знал. Пытаясь подстраховаться от негативных последствий, я выступал с улыбкой на лице. В случае какой-либо агрессивной реакции я бы сказал: «Это была шутка!»

Когда я завершил чтение своего доклада словами «Благодарю за внимание», аудитория вопреки всем традициям научных собраний разразилась бурными аплодисментами. В тот момент я почти потерял самообладание, меня начала бить дрожь».

Известный советский физик Д.А. Франк-Каменецкий поговорил о публикации статьи Агреста в журнале «Природа», но даже его авторитета оказалось недостаточно. «Слишком рискованная тематика», — сказали в редакции.

Идеями Агреста заинтересовался академик Игорь Васильевич Курчатов.

— Напишите сокращенный вариант статьи, — предложил он, — я буду рекомендовать ее для публикации в «Докладах Академии наук».

Естественно, Матес Менделевич согласился, но в феврале 1960 г. Курчатов умер. Приехав в столицу на похороны, Агрест неожиданно узнал, что его еще не опубликованная работа стала широко известна, по Москве распространялись ее многочисленные копии. Каким образом рукопись, отправленная лично Курчатову, попала в «самиздат»?

Машинистка, перепечатывавшая статью для «Докладов», так увлеклась идеей палеоконтакта, что отпечатала экземпляр и для себя. Показала знакомым, те попросили сделать копию… В общем, методика известная.

Однако автору статьи теперь грозили неприятности, нужно было срочно «легализовать» материал — опубликовать где угодно, в любом официальном печатном органе.

Агресту, между тем, нужно было возвращаться в Сухуми. «Доводить» работу взялись московские журналисты Михаил Черненко и Валентин Рич (они писали и научную фантастику, любителям НФ эти имена хорошо известны). 9 февраля статья М.Черненко и В.Рича «Следы ведут в. космос?» была опубликована в «Литературной газете».

В тот же вечер о гипотезе советского ученого сообщили зарубежные радиостанции, а на следующий день появились статьи в западной прессе. Началась дискуссия, но автор идеи в ней не участвовал, да и статья его «Космонавты древности» была впервые опубликована только год спустя. Не в «Докладах АН», а в географическом альманахе «На суше и на море».

«Комсомольская правда» назвала идеи Агреста вредными и отвлекающими советскую молодежь от реальных научных проблем. В Московском планетарии прошел цикл «антиагрестовских» лекций. Осуждали использование Агрестом библейских сюжетов, идеи палеоконтакта называли лженаукой, но по сути гипотезы возражений не было. В отличие от энтузиастов, готовых на веру принимать любые идеи о пришельцах, Агрест выступал, как трезвомыслящий ученый -он предлагал искать доказательства или опровержения своей гипотезы.

Были у Агреста не только противники в научных кругах, но и сторонники. К сторонникам идеи палеоконтакта принадлежал некоторое время и Иосиф Самуилович Шкловский. В первых изданиях своей книги «Вселенная, жизнь, разум» он с симпатией рассказывал об идее палеоконтакта.

Впоследствии мнение Шкловского изменилось, но не из-за того, что он нашел доказательства ошибочности предположения о космонавтах древности. Возражения Иосифа Самуиловича проистекали из астрономических наблюдений. Астрофизики активно обсуждали идеи возможности контактов с другими цивилизациями, возникли проекты СЕТI и ОЗМА, радиотелескопы обшаривали небо в поисках искусственных сигналов.

Ничего не нашли. Ни тогда, ни сейчас, почти полвека спустя. И Шкловский пришел к выводу о том, что человечество одиноко во Вселенной. Если так, то откуда взяться пришельцам — современным или древним?

В СССР гипотезу о палеовизитах признали антинаучной, а на Западе она была очень популярна. Американский астрофизик Карл Саган еще в 1960-е годы увлекся идеей поиска внеземного разума. Знал Саган и о работе советского коллеги. Как и Агрест, Саган посвятил идеям палеоконтакта многие годы, не побоявшись рискнуть своей научной репутацией. Агрест и Саган занимались одной и той же проблемой, но как различны оказались судьбы этих людей! Агрест лишь единожды сумел «прорваться» к читателю, Карл Саган опубликовал множество статей в научной печати и даже научно-фантастический роман «Контакт».

Впрочем, и Саган, как Шкловский, в конце концов отошел от идеи палеовизитов — правда, по другой причине. В гипотезе космонавтов древности американский ученый разочаровался после того, как по всему миру с огромным успехом прошли фильмы Эриха фон Дэникена, в частности «Воспоминания о будущем». Саган назвал эти фильмы «поп-религией».

— Нельзя так некритично и абсолютно не научно интерпретировать факты! — говорил Саган. — Из сотен показанных Дэникеном артефактов лишь один-два, возможно, могут быть связаны с прилетом на Землю космонавтов древности. А скорее всего — ни один.

Матес Менделевич продолжал работать в СФТИ и не возвращался больше к своей идее, наделавшей столько шума. В 1992 году, когда в Сухуми пришла война, Агрест эмигрировал с семьей в Соединенные Штаты и поселился в небольшом городке Чарлстон в штате Южная Каролина.

Оказалось, в Штатах существует Древнеастронавтическое общество. Узнав о том, что в США приехал автор гипотезы палеоконтактов, руководители Общества организовали в Лас-Вегасе семинар, прошедший 2-4 августа 1993 г. Впервые за многие годы Агрест выступил с докладом, резюме которого гласило:

«1. Земля по крайней мере однажды посещалась внеземными астронавтами.

2. Эти астронавты были человекоподобными, антропоморфными существами.

3. Во Вселенной много планет, населенных разумными существами.

4. Антропоморфизм («образ и подобие») разумных существ является универсальным принципом.

5. Пора привести базовую философию жизни на Земле в соответствие с четырьмя вышеперечисленными выводами».

В 2005 г. М.М. Агресту исполнилось 90. Говорят, он еще жив.

Матес (Маттес, Матест) Менделевич Агрест (род. 20 июля 1915 г.) — математик и основоположник теории палеовизитов. В 1929 г. закончил Любавическую иешиву (ешиву), в 1938 г. — Ленинградский государственный университет (математико-механический факультет) и поступил в аспирантуру ГАИШ МГУ. Был мобилизован, попал под трибунал, избежал расстрела, был ранен на фронте. В 1948-1951 гг. участвовал в атомном проекте в Арзамасе-16 (ныне — РФЯЦ-ВНИИЭФ: Российский федеральный ядерный центр — Всероссийский научно-исследовательский институт экспериментальной физики в г. Саров), откуда был изгнан по религиозным мотивам (проведение брит-милы новорожденному сыну). В 1951–1992 гг. работал в Сухумском физико-техническом институте. Доктор физико-математических наук (1969 г, кандидатская диссертация — 1946 г.). Автор более 100 статей и пяти монографий по математике, физике и астрономии. В сентябре 1992 г. переехал в США.

* * *

Одним из успешных (в коммерческом плане) последователей теории палеовизитов стал швейцарец Эрих фон Дэникен (Erich von Daniken), написавший 12 книг и выпустивший научно-популярный фильм «Воспоминание о будущем» (Erinnerungen an die Zukunft, 1970). Фильм шел в СССР на большом экране и пользовался повышенным вниманием зрителей.

В съемках приняли участие советские уфологи — фантаст А.П. Казанцев (1906-2002) и филолог В.К. Зайцев (1917-1992). Первый из них — автор версии о том, что Тунгусский метеорит был космическим кораблем с пришельцами, потерпевшими аварию. Он написал немало книг про инопланетян и дожил до почтенного возраста в Переделкино. Иначе сложилась судьба Зайцева: он был арестован, а кадры фильма стали материалами следствия. Сотруднику АН БССР не простили подпольных лекций о НЛО и утверждений, что «Иисус Христос — космонавт, его Вознесение — взлет корабля, Святая Троица — экипаж космолета, а ангелы — люди с индивидуальными летательными аппаратами». Зайцев прошел 11 тюрем, 3 психушки, 6 перевозок в столыпинском вагоне…

М.М. Агрест в фильме даже не упомянут. Возможно, это было результатом сокращения оригинального варианта с трех часов до стандарта «час двадцать» или подцензурного перевода на русский. А может, основатель «теории древних космонавтов» не вписался в сенсационный сюжет своей строгой научностью…

Павел Амнуэль

По материалам wikipedia.org, agrestm.people.cofc.edu, pseudology.org, bdg.press.net.by