Оригинал материала
Предметы для художников 7: царский подарок – аналитический портал ПОЛИТ.РУ
Иван Давыдов
Неделя подарила тему, которую просто нельзя обойти вниманием. То есть, все и так понимают уже, что речь дальше пойдет об историческом визите Путина В.В. к Глазунову И.С. , пожизненному ректору Академии живописи, ваяния и зодчества имени Глазунова И.С. Нет, она серьезно теперь, как раз с момента визита премьера, так называется.
Поэт (в широком, разумеется, смысле, «артист», по-латински выражаясь, или, на отечественном, «заслуженный деятель искусств»)и царь – тема вечная, благодатная. Все, кто в великих так или иначе числятся, во все времена на родине как-то выстраивали отношения с властью. Ну, допустим, самый распространенный вариант – помещение деятеля искусств в узилище. Это банально. Для подлинных гениев есть способы сложнее: роман государя с супругой, например, или долгие телефонные переговоры о смысле творчества. Иногда вообще задумаешься – не от того ли искусство ныне в упадке, что самодержцы дальше концертов певицы Пугачевой не продвигаются? Нет, ну серьезно, вряд ли ведь старший царь писателю Лимонову звонит. Или младший. Хотя младший – ладно, ему, может, пока и телефон-то не доверяют. Там, говорят, с этим строго.
Но вернемся к визиту. Ход его мы пересказывать не будем – без нас, чай, знаете. Сразу возьмем палитру за. За что, кстати, обычно, берут палитру? Возьмем палитру за палитру, в общем.
Проще всего, конечно, как раз в духе героя сегодняшнего очерка, предложить продолжателям его благого дела понятный исторический сюжет: царь поучает богомаза, богомаз согласно кивает. Но дело в том, что нас иногда, как ни странно, тянет приносить пользу. Поэтому сегодня вниманию публики предлагается не картина, а, скорее, идея. Плодотворная и даже, теоретически, способная принести выгоду людям предприимчивым.
Итак. Времена сейчас не такие, чтобы с властью спорить, даже пиитам (эта фраза не содержит намека на какие-либо в государстве строгости и перегибы; исключительно – перед действиями власти восторг и полное означенных действий одобрение). А следовательно – каждый художник должен иметь при себе набор вещей и предметов, которые помогут ему ориентироваться в сложном мире русской истории, и неположенного не изображать, а положенное – наоборот. Этакий, что ли, изящный кофр, сам по себе уже являющийся произведением искусства.
А что же там внутри? А там внутри, для начала, аршин государственный эталонный для измерения длины мечей у персонажей исторических полотен. И приложением к аршину эталонному – таблица соотношений размеров полотна, роста исторических персонажей и рекомендуемой длины мечей. А то что это за князья пошли на картинах! Волос долог, а меч короток. Колбасники.
Затем, разумеется, Минеи Четьи, исправленные и дополненные. С уточненными и одобренными министерством культуры и спорта характеристиками святых, в земле российской просиявших. Мало ли у нас святых достойных, агрессивных и уверенных в себе? Способных дать подходящий пример подрастающему поколению? Не пора ли прекратить уже изображать на полотнах всяких хлюпиков, тупо ждавших, пока их убьют?
(Агрессивных святых у нас, кстати, мало, но зато пантеон определится как-то и почистится).
И напоследок – список исторических деятелей, пригодных для попарного изображения. В авто, допустим, или на банкетах. Порядок должен ведь быть? Должен. Живопись – не из важнейших искусств, конечно, но и не самое распоследнее, и пошлой вот этой комбинаторики, когда кого попало рядом малюют, допускать нельзя. Ну и сюда же – сказку «Не садись не в свои сани» в обработке К.Д.Ушинского. Чтобы уж, так сказать, наверняка.
Подобный набор позволит живописцам отечественным не делать постыдных ошибок, учесть все (разумные, хотя других-то не бывает) требования руководства, и выдавать на гора только достойные произведения. Не содержащие, как принято теперь выражаться, угроз интересам отечества.
К тому же, интеллектуалы-идеологи смогут подзаработать на составлении требуемых для благого этого начинания таблиц, редактировании житий и так далее. Ох, только бы вот не поссорились.
И, кстати, кто скажет, что это не предметы для художников – пусть первым берется за камень. А потом хорошенько подумает, на кого он этим камнем на самом деле собирается замахнуться.