Оригинал материала
«Эти цены на нефть нас устраивают»
-- Члены ОПЕК в сентябре будут решать, надо ли сохранять добычу на нынешнем уровне. Может, надо снизить ее, чтобы поднять цены?
-- Совещание на министерском уровне состоится 9 сентября в Вене, где находится штаб-квартира ОПЕК. Нынешние цены на нефть нас устраивают. В прошлом году организация уже принимала решения о сокращении. Сейчас ежедневная добыча членов ОПЕК -- 24,84 млн баррелей. (Речь идет об 11 из 12 членов, еще один -- Ирак -- из-за международных санкций и войны не подлежит квотированию, хотя уже добывает более 2 млн баррелей в день. -- Ред.).
Квота Кувейта -- 2,22 млн баррелей в день. Мы ее четко придерживаемся, как и большинство членов, за исключением немногих нарушителей. Все арабские страны, по нашим данным, придерживаются квот. Хорошо, что у нас наладилось сотрудничество с добытчиками вне картеля, такими, как Россия, которая имеет статус наблюдателя в ОПЕК.
-- Так Россия не против более высоких цен на нефть! Вот и снизьте добычу, поднимите цены...
-- Нет. Сокращения сейчас не нужны. Мы же тогда нанесем удар по мировой экономике! Решения о сокращении добычи в сентябре не будет.
-- Наши страны продают нефть, получают доходы. Чем плохи высокие цены?
-- Нет. Отдельные люди, предположим, извлекут из этого сегодня выгоду. Но надо же смотреть в будущее. Мировой экономике невыгодны слишком высокие цены. Жизнь подорожает, безработица вырастет, и мы вместе вновь скатимся к рецессии. А там опять упадет спрос на нефть. Мы ранее дали сбывающийся сейчас прогноз о том, что цены в третьем квартале года будут около 60--70 долл. за баррель. В четвертом квартале они даже поднимутся выше 70 долларов. Но есть вещь, которая меня беспокоит.
-- Господин министр, цены на нефть вас устраивают, но в то же время есть повод для беспокойства. Какой?
-- Меня беспокоит то, что этот рост продиктован не столько соотношением спроса и предложения на рынке нефти, сколько эмоциями и ожиданиями скорого окончания глобального кризиса и возрождения мировой экономики. Такие ожидания есть у многих. Действительно, появились признаки оживления экономики. Есть факторы, играющие в пользу роста нефтяного рынка. Во-первых, дали знать о себе меры по оздоровлению работы банковской системы. Показатели ряда банков, может, все еще не так уж хороши, но большинство демонстрируют хорошие цифры, особенно в Америке. Там уже есть банки, которые вернули срочно выданные в связи с кризисом государственные кредиты и отчетность которых даже показывает прибыль. Более того, они уже выдают поощрительные бонусы своим менеджерам.
Во-вторых, возобновились спекуляции на рынках нефти, приводящие к росту котировок. В-третьих, продолжается падение доллара. Сейчас многие люди отказываются от доллара в качестве валюты для хранения сбережений. Они переводят свои накопления в такие товары, как золото и нефть. Так что любое снижение курса доллара означает повышение цен на золото и нефть, и наоборот. Здесь наблюдается взаимообратная связь.
-- Неужели экономический кризис заканчивается?
-- Я же не сказал, что он уже закончился. Но, на мой взгляд, дна мы уже достигли. Хотя выбираться из этой ямы будут не все одновременно. Какие-то компании уже сейчас, в третьем квартале, добились показателей лучше, чем в тот же период 2008 года, когда экономические потрясения только начались. Какие-то компании запаздывают и догонят позже.
Может быть, кто-то возразит на это тем, что в Америке продолжает расти безработица, хотя, заметим, накал этой проблемы уже не тот, что в прошлом году. Может, кто-то заметит, что резервные запасы нефти увеличиваются, потому что спрос на самом деле не так уж велик. Но все это вопрос времени. Ведь уже начали расти продажи автомобилей. Цены на недвижимость -- а это для нас хороший показатель -- тоже пошли вверх. Многое говорит о том, что подъем начинается, или по крайней мере о том, что худшее позади.
-- Вы все время говорите об Америке, будто нет других важных мировых центров экономики...
-- Так ведь откуда началась экономическая рецессия? Из Америки! Там был источник проблемы. И если там начнутся улучшения, то это положительно скажется на всей мировой экономике. В целом же государство Кувейт ориентируется на развитие экономических связей со многими странами мира. Сейчас мы распределяем наши инвестиционные возможности по самым различным регионам. Например, мы планируем строительство нефтеперерабатывающего завода на юго-востоке Китая, не так далеко от Гуанчжоу.
-- Когда вы начнете строительство?
-- Как только завершим все согласования. Новое место для строительства завода было выбрано после визита в мае этого года в Китай эмира Кувейта Сабаха аль-Ахмада ас-Сабаха. Планируется, что там будет перерабатываться 300 тыс. баррелей кувейтской нефти в день. У нас в планах также строительство нефтеперерабатывающего завода во Вьетнаме с мощностью переработки 200 тыс. баррелей нефти. Мы строим эти заводы там, где развивается экономика, где есть растущий спрос на энергию.
-- Почему в Китае возникла проблема с выбором места для строительства завода?
-- Потому что появилась жалоба со стороны Гонконга (особый административный район в составе Китая, известен также как Сянган. -- Ред.). Возможно, это было связано с политической борьбой на местном уровне.
-- На что они жаловались?
-- Сначала планировалось построить завод еще ближе к морскому побережью. Они сослались на то, что это может угрожать экологии региона. Мы со своей стороны совсем не хотели втягиваться в эти местные противоречия. Так что возникло обоюдное желание подобрать альтернативу. Нам предложили четыре площадки на выбор. Мы изучили и нашли место, более удаленное от моря, но тоже с разветвленной инфраструктурой и годное для строительства завода.
-- Каков объем инвестиций там?
-- Где-то 6--7 млрд долл. в Китае. Во Вьетнаме завод будет немного меньше, соответственно инвестиций потребуется меньше.
-- Эксперты Международного энергетического агентства, а оно отстаивает интересы потребителей энергоресурсов, бьют тревогу и в своих аналитических записках утверждают, что нефтяные запасы в мире истощаются. Мол, мы движемся к энергетическому кризису. Из-за этого цены на топливо вновь начнут расти и в течение нескольких лет взлетят выше 100 долл. за баррель.
-- Мировые запасы нефти ограничены. Поиски новых запасов ограничены инвестиционными возможностями нефтегазовых компаний. При ценах ниже 60 долл. за баррель эти компании не будут получать дополнительных прибылей, необходимых для инвестиций в труднодоступные месторождения и поиски новых нефтяных полей. Ведь это огромные затраты. Хотя поиски альтернативных видов энергии дали результаты, но не настолько, чтобы полностью заменить нефть. Спрос же будет расти.
-- Я брала интервью с вашими коллегами еще пять-десять лет назад. Тогда они говорили, что приемлемая цена за баррель нефти -- 28 долларов. При этом ОПЕК старалась удержать цены в коридоре не ниже 22 и не выше 28 долларов. Производителей это устраивало, а теперь вы говорите, что нужно не ниже 60 долларов...
-- Так жизнь-то за эти годы подорожала! Подорожали продукты, товары. Себестоимость их производства увеличилась. Сколько стоила машина тогда и сколько сейчас? Сколько стоил дом тогда и сейчас? Цены выросли в два-три раза. Реальная стоимость денег снизилась. Так что сейчас надо держать цены в пределах 70--80 долл., в любом случае не меньше 60 долл. за баррель. Это позволит производителям вложиться в разработку новых месторождений и соответственно увеличить мировые запасы нефти, удовлетворить растущий спрос. Иначе же цены действительно взлетят выше 100 долл., хотя пока в ближайшем будущем я таких цен не ожидаю.
В 2008 году они были и 147 долларов -- я хорошо помню, что такое было в июле прошлого года. И даже выше были. Но если вы меня спросите, а хотел бы я повторения такого сценария, таких высоких цен на нефть, то я скажу: «Нет!»
-- Итак, поскольку запасы истощаются, то век нефти заканчивается?
-- Век нефти не закончится. При нашей жизни точно.
-- Будет ли Кувейт искать новые месторождения? Говорят, что таковые могут быть обнаружены на севере страны?
-- У нас подготовлен большой проект, который так и называется -- «Кувейтский проект». Речь там не только о северных месторождениях, а в целом о развитии нефтегазового комплекса. Мы сейчас передадим на рассмотрение бюджетного комитета нашего парламента ряд наших проектов, в том числе этот, самый крупный. Вместе с парламентскими специалистами будем определять, каковы наши приоритеты.
-- Насколько я знаю, ваш парламент не приветствует приход иностранных компаний на кувейтские нефтяные месторождения. Проект закона об этом уже давно готов, но депутаты никак не соглашаются?
-- Нам нужны технологии зарубежных компаний, в том числе российских, для разработки наших месторождений. Нам хорошо известны ваши компании ЛУКОЙЛ, «Газпром» и другие. У нас есть опыт, но не всегда есть необходимые технологии. Есть некоторые особенности горизонтального бурения или, например, разведочного поиска на шельфе. Мы собираемся приступить также к поиску газа, для нас это будет совсем новым делом.
Нефтяная отрасль для нас основная. Мы должны в эксплуатации наших запасов воспользоваться лучшим, что есть в мире. И нам нужно поторопиться. Потому что интересные для нас компании могут к тому времени, когда мы все-таки будем готовы, получить контракты в других странах -- в Ираке, Саудовской Аравии и так далее. Наш парламент сейчас снова изучает этот вопрос.
-- Речь пойдет даже о возможности заключения с зарубежными партнерами соглашений о разделе продукции?
-- Нет-нет. Конституция Кувейта запрещает иностранным компаниям в каком-то виде владеть нашей нефтью. Нефть -- это национальное достояние. Мы говорим о возможности заключения сервисных контрактов с иностранными компаниями по поиску и обслуживанию месторождений.