"Вести" урезали Меркель

В сюжет телеканала "Вести" вошел лишь фрагмент речи Меркель, в котором федеральный канцлер, выступая в Гданьске, говорит о вине Германии в развязывании Второй мировой войны. Перевод с оригиналом не совпал:

Голос Ангелы Меркель: "...в 1944 году…" Далее на него накладывается перевод телеканала "Вести": "Слова вряд ли смогут описать все ужасы войны и Холокоста. И я склоняю голову перед мужеством тех жертв. И мы понимаем, что эти шрамы еще долго окажутся незажившими, но мы должны думать и о будущем. И наша общая задача - его выстроить". Голос Ангелы Меркель в конце: "...здесь, на Вестерплатте".

Оригинальная речь Ангелы Меркель, текст которой опубликован на сайте федерального канцлера, была, конечно, длинней. Канцлер не только заверила, что Германия никогда не забудет ответственности за начало Второй мировой войны. Она также напомнила, что для стран Восточной Европы по-настоящему мирная жизнь стала возможной после падения Берлинской стены и железного занавеса.

РС приводит свой перевод речи федерального канцлера Ангелы Меркель в Гданьске 1 сентября:

- В этот день 70 лет назад с немецкого вторжения в Польшу началась самая трагическая глава в истории Европы. Война, развязанная Германией, принесла неисчислимые страдания многим людям, годы лишений, унижений и разорения. Ни одна страна не страдала так долго в своей истории, как Польша под немецкой оккупацией. В эти мрачные времена страна была опустошена. Города и деревни были разрушены. В столице, после подавления восстания в 1944 году (очевидно, отсюда взято начало трансляции "Вестей". - РС), едва ли был оставлен камень на камне. Произвол и насилие стали повседневностью. Едва ли найдется польская семья, которой они не коснулись. Здесь, на Вестерплатте (это, похоже, кусок, поставленный "Вестями" в конец цитаты. - РС) от имени кацлера Германии я призываю почтить память всех поляков, которые невыразимо пострадали от преступлений немецких оккупационных сил.

Ужасы XX века достигли апофеоза во время Холокоста, систематических преследований и убийств евреев Европы. Я призываю почтить память шести миллионов евреев и всех, кто пострадал в немецких концентрационных лагерях и лагерях смерти, найдя там жестокую смерть. Я призываю почтить память многих миллионов людей, которые отдали свои жизни во имя борьбы, сопротивления Германии. Я призываю почтить память невинных, погибших от голода, холода и болезней, пострадавших от насилия во время войны и ее последствий. Я призываю почтить память 60 миллионов людей, погибших в результате войны, развязанной Германией. Нет слов, чтобы описать страдания этой войны и Холокоста, даже приблизительно. Я преклоняюсь перед памятью всех жертв, - сказала Ангела Меркель.

На этом первая, большая часть речи заканчивается. А вот дальше канцлер предлагает извлечь уроки из произошедшего. Ангела Меркель также перечисляет три пункта, которые "немцы никогда не забудут". Среди них - роль Михаила Горбачева:

- Мы знаем: ужасы Второй мировой войны уже случились, их нельзя обратить вспять. Рубцы по-прежнему остаются видимыми. Но сформировать будущее в осознании нашей вечно продолжающейся ответственности - это наша задача. В духе этого Европа превратилась из континента террора и насилия в континент свободы и мира. То, что это стало возможным - не больше и не меньше, чем чудо.

Мы, немцы, никогда не забывали: партнеры Германии на Востоке и Западе проложили этот путь через готовность к примирению. Они протянули руку примирения к нам, немцам. Мы приняли ее с благодарностью. Да, это чудо, что в этом году мы должны думать не только о том, что произошло в истории Европы 70 лет назад. Это чудо, что мы также познали и счастливые дни, которые наступили 20 лет назад, после падения Берлинской стены и воссоединения Германии. Потому что путь Европы к свободе был был завершен лишь после падения железного занавеса. В соответствии с традицией польской "Солидарности", тогда люди повсюду смело распахнули дверь к свободе.

Мы, немцы, никогда не забудем:

- ни роли наших друзей в Польше, Венгрии и Чехословакии;

- ни роли Михаила Горбачева и наших западных партнеров и союзников;

- ни роли моральной силы правды, воплощенной в словах Папы Римского Иоанна Павла II.

На Германии также лежала ответственность за то, чтобы проложить путь Польше и другим странам Центральной и Восточной Европы в Европейский союз и НАТО, оказать им помощь. Это счастье, что мы, европейцы, теперь имеем возможность жить в условиях свободы и мира, - сказала Ангела Меркель.

В заключение речи канцлер подчеркнула "тесные доверительные польско-германские отношения", заверила, что осознание ответственности Германией останется превыше всего и что именно с этим осознанием канцлер приехала в Гданьск, "некогда разрушенный, а ныне отреставрированный город".

О том, как переводили и как переводят слова первых лиц на официальных мероприятих вчера и сегодня, корреспонденту Радио Свобода рассказал переводчик Михаила Горбачева Павел Палажченко.

- В вашей практике встречались случаи, когда перевод речи первых лиц не совпадал с тем, что они сказали?

- Разумеется, такие случаи бывают, и по разным причинам. Иногда в силу того, что переводчик просто не справляется: его профессиональный уровень недостаточно высок. Иногда потому, что переводчик хочет немножечко улучшить, скорректировать. Ему кажется, что он делает это чисто стилистически, а получается искажение смысла. Иногда, наверное, бывает и политическая причина. Но это самый редкий случай.

- Что касается речи Ангелы Меркель. Перевод, я бы сказала, стилистически подправлен, и речь очень сильно сокращена.

- То, что она сокращена - это решение не переводчика, а редактора. Переводчики по своей воле редко сокращают.

- Вы сказали, что все-таки бывают и политические причины редактуры. Можно ли привести пример?

- Например, в свое время у нас настаивали на переводе "Федеративная Республика Германии", а не "Федеративная Республика Германия". Это, конечно, была политическая причина, потому что ФРГ настаивала как раз на том, чтобы переводить, как принято по-немецки, как по-русски говорят "Республика Куба", а не "Республика Кубы".

- А в чем разница?

- Разница есть. ФРГ считала себя государством, которое представляет всех немцев. А мы считали, что это одна из республик страны Германии.

- Не возникает ли трудностей с обратным переводом, например, с лексиконом Владимира Путина? В Гданьске он говорил про "эту плесень". Впрочем, плесень - еще литературное слово...

- У компетентного переводчика трудностей быть не должно. Речь Путина довольно ясная. Его своеобразные словечки, выражения, метафоры все поддаются переводу на иностранные языки. Может быть, с какими-то небольшими потерями в плане, если можно так выразиться, выразительности, но, тем не менее, это то, что профессионал сможет сделать.

- То есть, с "мочить в сортире" проблем нет?

- Конечно, переводили, и переводили правильно. Есть несколько вариантов - чуть получше, чуть похуже, но это переводилось.

- А в советское время как перевели, например,"кузькину мать" Хрущева?

- Вот это перевести невозможно. Там были какие-то попытки. Но это ведь фраза, которая должна переводиться по смыслу. А по смыслу это не трудно перевести. Сейчас говорят по-другому: "мы сделаем так, что вам мало не покажется".

- Были ли случаи, когда переводчик сам принимал решение смягчить высказывание? Например, когда говорят "мы вас закопаем", а переводчик решает резкость высказывания уменьшить?

- Я не помню, как это было переведено. Наверное, такие случаи были, в том числе и у меня, но надо исходить из того, что смягчать не нужно. Человек, руководитель, отвечает за свои слова. К переводчику, если он перевел без смягчения, претензий быть не может.