Дали по кепке

Путин взял Москву без единого выстрела

Конец эпохи. Октябрьские выборы в Мосгордуму подведут черту под без малого 20-летним феерическим царствованием, которое превратило маленькую территорию внутри МКАД в великое бизнес-упование, где вращаются главные деньги гигантской страны, в электоральную твердыню, которая раз за разом «вытягивала» к выгоде Кремля федеральные выборы, в кроличью нору, о глубине которой не дает представления даже $1 трлн бюджетных средств, освоенных столицей в ходе «путинской восьмилетки». Мэр Лужков так и не сумел передать свое огромное царство надежному наследнику. Осень московского градоначальника исследовал The New Times

Рычаги управления 15-миллионным мегаполисом выскальзывают из слабеющих рук Юрия Лужкова. Утомленный градоначальник идет на выборы столичного парламента во главе списка «Единой России», изображая собой агитпаровоз. Это то немногое, что он еще может сделать для удовольствия Кремля и Белого дома.

Мираж власти Дуумвиры, со своей стороны, давно уже не ставят себе целью обязательно сменить Юрия Михайловича на свою креатуру. Хотя еще в 2007-м правительство Москвы тягалось в Конституционном суде с Минфином, доказывая, что Федеральное казначейство не имеет права осуществлять кассовое обслуживание исполнения региональных бюджетов. Хотя еще 18 ноября прошлого года президент Дмитрий Медведев публично одернул Лужкова, заговорившего было о возвращении выборности глав регионов. Нет, даже за это на мэра не держат зла. Во-первых, как обижаться на чудака, который предлагает зимой разгонять над Москвой облака, чтобы сэкономить на уборке снега, и вешать аэростаты над летними водоемами для спасения утопающих? Во-вторых (и это главное), Лужков вот уже около полутора лет хоть и царствует в Москве, но не правит.

Дорога к закату
Начиная с 2004 года в исполинской кепке, некогда герметично накрывавшей всю столицу вместе с МКАД, протачиваются многочисленные дыры, куда немедленно ринулись федеральные игроки. Это был объективный процесс, запущенный самим градоначальником и его ближайшим окружением. Строительный комплекс столицы — самая абсурдная машина спекулятивных инвестиций, какие знает новейшая история. В стране провисающих проводов, стертых до земли дорог, взрывающихся ГЭС и выжженных дотла мартенов ведущие компании (в том числе и государственные) стали наперегонки вкладываться в стремительно дорожавшие сак­ральные бетонные коробочки. Лужков, по сути, выстроил альтернативу рахитичному фондовому рынку — единую гипермонополизированную строительно-инвестиционную и торговую площадку с простой линейкой деривативов и еще более простым регулированием. Он сам стал гарантом, главным дирижером и одновременно главным бенефициаром поступательного роста цен на недвижимость. Мобилизовал для этого весь доступный ему административный ресурс. И в конце концов оказался главной политической жертвой сконструированной им бизнес-схемы, бетонные обломки которой расплющили его репутацию, власть и влияние.

Распад команды

Год назад под штормовыми ударами кризиса лопнул огромный cтоличный инвестиционный пузырь. Однако еще пятью годами раньше экспансия опекаемых правительством Москвы девелоперов уперлась в жесткие политико-электоральные ограничения. Как утверждают знакомые с ситуацией застройщики, генерируемый Лужковым и его супругой — владелицей группы компаний «Интеко» Еленой Батуриной — план массового сноса в центре столицы сталинских домов с деревянными перекрытиями решительно не понравился Кремлю. За Стеной резонно посчитали, что политическая дестабилизация в Москве обойдется дороже любых денег. И заставили энтузиаста и его неутомимую подругу попридержать бульдозеры.
Тогда в «размен» пошел префект ЦАО Геннадий Дегтев, на которого списали утекший в СМИ одиозный план. Отставку Дегтева старожилы Тверской, 13 до сих пор считают величайшей ошибкой Лужкова: это предопределило распад его некогда довольно монолитной команды. В декабре 2003 года префектуру Центрального округа возглавил Сергей Байдаков — первый выращенный самолично Лужковым кадр. Но уже через год деловые издания стали ассоциировать нового префекта с директором ФСО Евгением Муровым и его многообразными бизнес-интересами. А то, что Центральный округ уплыл из рук мэра, стало ясно, когда в октябре прошлого года Байдакова сменил прямой ставленник одного из «питерских» силовых кланов — Алексей Александров. «Казус Дегтева» придал импульс постепенному приручению и реконструкции столичного руководства. Некогда всемогущий хозяин городских земель и имуществ Олег Толкачев стал сенатором. Вице-мэр Валерий Шанцев отправился губернатором в Нижегородскую область, два других близких соратника мэра — Георгий Боос и Михаил Мень — соответственно в Калининградскую и Ивановскую области. В октябре 2006-го в структуре правительства Москвы был создан так называемый Мосинвестконтроль (ныне просто Москонтроль) — мощное ведомство, без согласия которого ни главный строитель — первый вице-премьер Владимир Ресин и контролируемые им системо­образующие компании, ни крупнейшие частные застройщики вроде «Интеко», Су-155, ПИК-Холдинга и пр. не имели права ничего строить. Председатель Мосинвестконтроля Александр Рябинин (топ-чиновник, возникший в коридорах столичной власти буквально из ниоткуда) и близкий ему председатель Комитета по культурному наследию Москвы Валерий Шевчук быстро оттеснили «старую команду» от лакомых процессов реконструкции центра Москвы. Параллельно с начала 2006-го «федеральные» олигархи — Олег Дерипаска, Михаил Фридман, Сулейман Керимов — и госбанки шаг за шагом заняли ведущие позиции в столичном девелоперском секторе, ритейле и сфере услуг. Новые люди проникли даже в святая святых — столичное дорожное строительство.

Цена ошибки

Между тем из-за провала «плана Батуриной» у столичных властей возникли затруднения с исполнением конфиденциальных обязательств перед ведущими нефтегазовыми компаниями по формированию новых инвестиционных площадок. В 2004 году основные игроки панельного домостроения вынужденно переместились в Подмосковье. Однако гораздо более тяжелые последствия для семейного бизнеса повлек за собой отказ Кремля осенью 2007 года поддержать еще один реформаторский проект Лужкова — ликвидацию мелкооптовых и мелкорозничных уличных форматов. Дело в том, что массированное строительство бесчисленных торгово-развлекательных комплексов, моллов и бизнес-центров велось на средства внешних инвесторов и под личные гарантии Лужкова, обещавшего наполнить новые площадки арендаторами и покупателями. В столичную коммерческую недвижимость вкладывались не только свободные деньги сырьевых компаний, но и заемные средства. Однако малый бизнес, как и следовало ожидать, не принял нечеловечески высоких арендных ставок. Проекты могли бы «отбиться», только если бы московским властям удалось одним ударом ликвидировать «оптовки» и «азербайджанские ларьки», где традиционно отовариваются бедные люди. Но Путин счел, что этот замысел ничуть не лучше плана изгнания москвичей из центра столицы. Привкус южно-бутовской истории оказался слишком горек. Все это ожидаемо ускорило также и эрозию бизнес-окружения Лужкова. К началу кризисного 2009-го Тверская, 13 оказалась один на один с инвесторами, заморозившими в строительстве и девелопменте гигантские деньги, и стала стремительно терять поддержку среди элиты.

Вынужденное одиночество

Потому знающие люди не удивились, когда в этом году Лужков вынужден был «сдать» своих ближайших деловых партнеров — владельца «Черкизона» Тельмана Исмаилова и Шалву Чигиринского, к которому МВД России имеет не менее обширный перечень претензий. Последний, как известно, спешно покинул страну и пролил свет на характер взаимоотношений столичного руководства с крупным бизнесом. 20 июля 2009 года, выступая в Высоком суде Лондона, Чигиринский заявил, что согласился передать президенту «Интеко» Елене Батуриной половину активов компании Sibir Energy в обмен на «преодоление бюрократических трудностей». Супруга мэра отрицала обвинения довольно вяло. Наконец, в июле–августе Федеральная служба госрегистрации, кадастра и картографии торпедировала заключенные городом инвестконтракты на строительство около 5 млн кв. м жилья, отказавшись оформить девелоперам права на участки. Публичной реакции правительства Москвы на этот зубодробительный удар вообще не последовало.

Похоже, человек, в свое время едва не лишивший Ельцина порфиры, больше никому не страшен. Путин и его окружение взяли непокорную Москву тихой сапой, без единого выстрела. «Старику Батурину», как прозвали мэра политизированные блогеры, не удалось сберечь столицу для «мадам Лужковой».