Ату.exe

С Виктором Ерофеевым получилось относительно просто – и, для самого писателя, привычно. Некие сотрудники и выпускники МГУ в очередной раз обвинили Ерофеева в разжигании межнациональной розни и возбуждении русофобии. Для этого они выбрали один из испытанных путей: написали открытое письмо в газету "Советская Россия" – есть, есть еще такая. Выпускники и преподаватели, не желающие поступиться принципами, поставили писателю в вину роман "Энциклопедия русской души". Книга, правда, вышла лет десять назад, но есть ведь и вечные ценности. Письмо адресовано Николаю Губенко – замечательному артисту и депутату Мосгордумы. Адресат не случаен: Губенко давно полагает, что за свои книги Ерофеев должен понести ответственность, а сами романы следует из продажи изъять.

Прочитав письмо, Олег Проскурин – кстати, тоже выпускник МГУ – представил в своем блоге словесные портреты многих подписавшихся. Некоторые портреты получились политическими: выяснилось, например, что одна из авторов письма – супруга и соратница небезызвестного ультранационалиста Бориса Миронова. Остальные авторы оказались немногим лучше. Неясно, поможет ли это Ерофееву; однако любая ясность - особенно в таком деле, как выяснение личностей организаторов травли – идет скорее в плюс, чем во что-либо еще.

"Никогда бы не подумал, что что-нибудь может заставить меня оказаться на стороне писателя В. Ерофеева", - написал один из комментаторов. "Да и я, в общем-то, никогда не подумал бы", отозвался Олег Проскурин. Впрочем, становиться на сторону того, кого бьют скопом - это ничуть не менее по-русски, чем бить кого-либо толпой.

* * *

А вот история с Александром Подрабинеком получилась беспрецедентной – хотя бы тем, что его травля тянется более недели и сворачиваться не собирается. Напомним, что Александр Подрабинек на частном, казалось бы, материале – бессудной ликвидации вывески шашлычной "Антисоветская", против которой якобы возмутились ветераны – опубликовал на одном из интернет-ресурсов статью о роли ветеранов в жизни современной России. Статья получилась хлесткой и – учитывая диссидентское прошлое Подрабинека – некомплиментарной, мягко говоря. Подрабинек, в частности, написал:

"Пора прекратить лицемерные причитания о чувствах ветеранов, которых оскорбляют нападки на советскую власть. Зло должно быть наказуемо. Его служители – тоже. Презрение потомков – самое малое из того, что заслужили строители и защитники советского режима".

Сразу скажу: вот по поводу этого пассажа я бы встретился с автором в режиме один на один. Просто прояснить позиции, поговорить. О том, кто такие ветераны, что они сделали – и по каким причинам, если бы у них не получилось, ни я, ни кто-либо еще, скорее всего, не имели бы удовольствия спросить у Александра Подрабинека, что же он, собственно, имел в виду. За полным отсутствием участников разговора в пространстве тысячелетнего рейха, например. И, судя по откликам в блогосфере, такого мнения придерживаются многие.

К сожалению, события вышли за пределы цивилизованного обсуждения данного, более чем спорного, тезиса: пикеты прокремлевских "Наших" у квартиры Подрабинека, психологическое давление на его семью и прочая мерзость. Здесь разговор невозможен: или "ату!", или "руки прочь!" – особенно от семьи. Собственно, так блогосфера и поляризовалась; ничего удивительного.

Однако у блогера mike67 – в миру Михаила Соломатина – все же получилось вызвать пользователей сетевых дневников именно на разговор:

Такой дискуссии о России не было давно. С каждым днем становится все очевиднее, что скандал вокруг письма Подрабинека стал исторически важным событием. Настолько важным, что его впору включать в учебники. Главным итогом "общественной дискуссии" стала невозможность ее ведения. Масштаб, интенсивность и направленность общественной реакции впечатляют. Подрабинек, конечно, был неточен, показывая, где на теле России главный нарыв, и царапнул скальпелем не совсем там, но в результате вскрылось такое, что теперь о точности можно не беспокоиться.

Сейчас уже не приходится сомневаться в том, что Россия стоит на пороге фашизма. Я говорю вовсе не о т.н. "русском фашизме", у которого в многонациональном государстве нет ни малейшего шанса стать государственной идеологией, а о всеобщем состоянии умов. Фашизм – это не просто крайне правая идеология, не просто реваншизм, а, как верно подметил Роджер Гриффин, пересоздание нации заново. Для такого пересоздания характерна замена исторической памяти памятью мифологической, причем даже там, где "живая ткань" исторической памяти, казалось бы, достаточно прочна. Более того, не "даже там", а именно там.

Произошло нечто небывалое, на самом-то деле: Михаил Соломатину удалось – на материале истории с Подрабинеком – вернуть в поле реальной, полноценной дискуссии, давно ушедший из нее дискурс: "фашизм в России". Эта тема была настолько затоптана за годы новой российской государственности – и затоптана, следует признать, отнюдь не государственниками, - что, казалось бы, любое обращение к ней может вызвать как минимум оскомину: ну да, "волки, волки".

И - тем не менее:

Когда в стране с совершенно варварским по европейским меркам отношением к живым ветеранам и к могилам павших взрослые люди вдруг начинают плакать при мыслях о войне – это не хорошо, а ужасно. Это не может не пугать, потому что такая экзальтированная реакция является симптомом тяжелейшего заболевания общества. Фашизм, как заболевание, опасен тем, что кровь начинает литься на позднем его этапе, когда ее уже не остановишь. Сначала обязательно идет наплыв прекрасных чувств, а уже затем стремительно исчезает трезвость разума. <…> Пересоздание нации и государства, подмена реальности мечтой о ней неизбежно приводит к смещению приоритетов от реального к вымышленному, от живых ветеранов – к Памяти о Великой Войне. Поэтому оборотной стороной этой мифологизации закономерно оказывается крайний цинизм. <…> Сплав святости и цинизма рождает фашизм. Важно понимать: в социуме, как и в химии, даже самую жуткую гадость можно составить из совершенно обычных компонентов.

Итак, по мнению блогера Михаила Соломатина, именно нынешнее болезненное восприятие войны, уничтожившей немецкий фашизм, может привести к схожим процессам в стране-победительнице. Точнее, в ее прямой наследнице. Четыре страницы комментариев – и, редкий случай, почти все из них по делу, да с совершенно различных позиций – подтверждают актуальность этого, казалось бы, парадоксального взгляда.

Что ж, парадоксом на парадокс: если мерзкая, ничем не оправдываемая травля человека, написавшего весьма неоднозначную статью, все еще может привести сторонних наблюдателей к точным и адекватным выводам о том, что это было и чего нам всем следует бояться, – значит, пока что не все еще так плохо. И в блогосфере – и в окружающей ее реальности.

В конце концов, все – тьфу-тьфу-тьфу - живы. Включая Александра Подрабинека, чтоб он был здоров. А значит, еще можно спорить. И в спорах находить что-то возвышающее над фактом травли и помогающее осознать как себя, так и сограждан. Не "Наших" в кавычках – а просто своих.