Октябрь-1993. О чем жалеет Хасбулатов

Открытое противостояние во власти началось в 1993 году с издания президентом Борисом Ельциным указа № 1400 о роспуске парламента, чем была нарушена действовавшая тогда Конституция страны. А закончилось все силовым разгоном Верховного Совета и Съезда народных депутатов. 3 октября вооруженные столкновения произошли на улицах Москвы, была предпринята попытка захвата телецентра Останкино. Развязка наступила 4 октября, когда Борис Ельцин приказал штурмовать Белый дом. В ходе кровавого конфликта погибло не менее 123 человек, а по неофициальным данным жертв было в несколько раз больше.

Существенную роль в таком развитии событий сыграли личные отношения председателя Верховного Совета Руслана Хасбулатова и президента России Бориса Ельцина. Два самых влиятельных человека в стране не нашли компромисса. Борис Ельцин после подписания указа № 1400 прекратил всякие контакты с Русланом Хасбулатовым и его сторонниками. Конституционный суд признал указ № 1400 незаконным, и противники Кремля отказались подчиняться исполнительной власти. В ответ на это президент России отдал милиции приказ блокировать Белый дом. 4 октября, после штурма парламента, Руслан Хасбулатов, тогдашний вице-президент России Александр Руцкой (выступивший против Ельцина) и еще несколько оппозиционеров были арестованы. Спустя несколько месяцев Государственная дума объявила политическую амнистию участникам событий сентября-октября 1993 года.

Руслан Хасбулатов, ныне профессор академии имени Плеханова, до сих пор не изменил своим убеждениям и по-прежнему главным виновником той трагедии считает Бориса Ельцина. В интервью РС Хасбулатов заявил:

Ельцин должен был умереть как государственный преступник в тюрьме, приговоренный судом за свои тяжкие преступления, в том числе и совершенные тогда, в октябре 1993-го

- Я и тогда считал, что это контрреволюционный переворот, который направлен на то, чтобы полностью "вычистить" революционный порыв общества августа 1991 года вместе со всеми результатами горбачевской демократической революции. Речь шла о том, чтобы всю громадную государственную собственность, принадлежащую обществу, передать в руки тех людей, которых ныне называют олигархами. Их ничтожество, по-моему, увидели все. Ельцин должен был умереть как государственный преступник в тюрьме, приговоренный судом за свои тяжкие преступления, в том числе и совершенные тогда, в октябре 1993-го. Другими его преступлениями я считаю две чеченские войны.

- А у вас самого есть какое-то чувство вины? Все-таки погибли люди... Если бы вы знали, что будет столько жертв, может, вы действовали бы иначе? Или вы считаете, что сделали всё абсолютно правильно?

- Да нет, конечно. Коль скоро все кончилось применением силы, войной, трагедией, я, естественно, чувствую свою вину в том, что не сумели завершить этот конфликт невоенным, невооруженным путем. Как же не чувствовать свою вину? Конечно, чувствую! И не только в этих делах, а во всех других. В течение четырех лет был одним из вершителей, казалось бы, судеб страны, но не сумел добиться, чтобы развитие страны пошло по другому пути, более позитивному. То ли сил не хватило, то ли еще чего-то… – говорит Руслан Хасбулатов.

Депутат Верховного Совета России, а ныне научный сотрудник Физического института Анатолий Шабад в те трагические дни поддержал Бориса Ельцина и 3 октября, за несколько часов до штурма Белого дома, призывал москвичей собраться у здания Моссовета на Тверской.

Мы приглашали людей собраться у Моссовета, чтобы продемонстрировать, на чьей стороне находится народ, чтобы это было видно

- Мы тогда призывали прийти к Моссовету. Глеб Якунин и я выступали ночью, еще до выступления Гайдара по телевизору, за полчаса. Мы приглашали людей собраться у Моссовета, чтобы продемонстрировать, на чьей стороне находится народ, чтобы это было видно. Потому что военные, которые колебались, нужно ли им идти на штурм, должны были убедиться в том, на чьей стороне народ, – вспоминает Анатолий Шабад.

Сторонник Руслана Хасбулатова, депутат Верховного Совета России Илья Константинов был одним из ярых противников Бориса Ельцина. В октябре 1993 года Константинов буквально не сходил с экранов телевизоров, участвовал в оппозиционных митингах и собраниях, которые проходили на улицах Москвы, и даже имел при себе оружие.

- Да, мне случилось держать в руке пистолет 3 октября. Но его я использовал в исключительно мирных целях. Около здания мэрии я выстрелил в воздух, чтобы спасти жизнь человека. Это был министр правительства Москвы, фамилию его, к сожалению, не помню, который попал в руки разъяренной толпы. Его жизни угрожала реальная опасность, – рассказывает Константинов.

Илья Константинов сегодня несколько иначе оценивает ситуацию тех дней, хотя остается противником Указа № 1400, приведшего к роспуску Верхового Совета и расстрелу Белого дома:

- Борис Ельцин принимал абсолютно незаконные и неверные решения, которые привели к очень печальным последствия. А вот в чем моя позиция изменилась: считаю, что Верховный Совет, Съезд Народных Депутатов могли действовать в той ситуации иначе – безусловно!

- То есть не призывать к штурму Останкино, к штурму мэрии?

- Да. Например, призыв на Останкино был совершенно недопустим. Такое решение привело к очень тяжелым последствиям и многочисленным жертвам. Это была ошибка. Я понимаю, с чем она была связана. С непониманием ситуации, с неготовностью к подобному повороту событий. С тем, что у руководства Верховного Совета и у Александра Руцкого не было нормального, реально проработанного плана действий в экстремальной ситуации. Но то, что руководство Верховного Совета поддалось на это настроение толпы, совершенно необоснованно поддалось, это было, конечно, исторической ошибкой, – считает Илья Константинов.

По событиям сентября-октября 1993 года Генеральной прокуратурой России было возбуждено уголовное дело в отношении генерала Альберта Макашова и его вооруженной группы. В те дни Макашов со своими сторонниками пытался захватить телецентр Останкино и мэрию Москвы. В ходе следствия оперативники изъяли около 600 единиц оружия. В начале 1995 года дело было закрыто и сдано в архив.