Где митвольно дышит человек?

Кто не с ними, тот — в подполье

Уход в подполье — способ спастись. Подзабытые было кампании травли возвращаются в нашу жизнь. Кто с кем и по чьему приказу борется — выяснял The New Times

История преследования правозащитника и публициста Александра Подрабинека вполне могла бы лечь в основу рассказа Антона Чехова или Михаила Зощенко. Она началась с обращения бывшего члена ЦК КПСС и члена совета директоров «Норильского никеля» Владимира Долгих к префекту САО Олегу Митволю с жалобой на шашлычную «Антисоветская» и вылилась в травлю автора статьи об этом событии Александра Подрабинека. Уже полторы недели Подрабинек, отсидевший два срока в советских лагерях, скрывается, он отключил телефоны, не отвечает на электронные письма. У его дома выставили пикеты активисты кремлевского движения «Наши».

Подрабинек написал резкое, спорное письмо-обращение к советским ветеранам, честь которых, не имея на то никаких полномочий, «Наши» решили отстоять. Обращение в прокуратуру кремлевские комиссары отправили одновременно с Движением против нелегальной иммиграции (ДПНИ), что уже само по себе символично. Но поскольку правовым наше государство является исключительно в фантазиях нынешнего президента, судебным разбирательством «Наши» ограничиваться не стали. Активисты движения проникли в редакцию «Новой газеты», где публиковался Подрабинек, заявились к нему домой, взломали зачем-то его почтовый ящик.

«Ликующая гопота»
Тактика давления на оппонентов методом пос­тоянного мелькания под их окнами — давнее изобретение «Наших». Впервые она была опробована в 2005 году в Калуге, когда движение только создавалось. Тогда у комиссаров случился конфликт с подполковником милиции Александром Ульяшиным, который якобы отказался принимать от «Наших» заявление по факту их столкновения с национал-большевиками Эдуарда Лимонова. Лидер, а ныне глава Росмолодежи Василий Якеменко собрал тогда по регионам около 1000 активистов и приехал во главе с ними в Калугу. Отставки подполковника Ульяшина «Нашим» удалось добиться буквально за сутки, после чего сотни комиссаров пришли к его дому, требуя публичного покаяния. Ульяшин к «Нашим» не вышел, а Якеменко назвал случившееся «торжеством демократии».

Уже на следующий год «Наши» объявили вой­ну послу Великобритании в России Энтони Брентону после его выступления на учредительной конференции «Другой России». Пикетируя посольство и преследуя дипломата во всех его поездках, комиссары спровоцировали международный скандал, результатом которого стало обращение главы МИД Сергея Лаврова к активистам с напоминанием о недопустимости нарушения Венской конвенции о дипломатических сношениях. Когда в марте 2008 года Энтони Брентона сменила на посту посла Энн Прингл, комиссары поспешили записать это событие в счет своих побед, хотя, по информации The New Times, кампания против Брентона была прекращена после того, как в посольство Великобритании был приглашен куратор движения, первый замглавы кремлевской администрации Владислав Сурков. Дипломаты намекнули главному российскому идеологу, что у него могут возникнуть проблемы с получением визы в Великобританию, если его подопечные не оставят посла в покое.

С каждым разом акции «Наших» становились все более агрессивными. Во время президентской кампании 2008 года комиссары гонялись по всей стране за экс-премьером Михаилом Касьяновым, собиравшимся выдвинуть свою кандидатуру. Тогда активисты откровенно нарушали закон, разбрасывая перед кортежем политика грабли и провоцируя ДТП. В январе 2008 года они объявили войну журналистке «Коммерсанта» Юлии Таратуте: в ее статье о движении анонимный собеседник называл комиссаров «ликующей гопотой». У редакции газеты появились тогда пикеты, прохожим раздавались рулоны туалетной бумаги с номером мобильного телефона журналистки. Сайт издания подвергся хакерским атакам. В итоге разразившегося скандала «Наши» от этой кампании открестились, назвав ее «рекламной акцией «Коммерсанта».

«Требовать выезда из страны»
Кампания против Подрабинека стала самой жесткой в истории движения. «В случае отсутствия извинений мы будем требовать от Подрабинека выезда из страны», — заявил сменивший Якеменко на посту лидера «Наших» Никита Боровиков. Жаль, он не пояснил, на основании какой нормы закона комиссары намерены добиваться от Подрабинека выезда из страны. Но все происходящее живо напомнило, как лишались гражданства и покидали пределы СССР Иосиф Бродский, Александр Галич, Василий Аксенов, Владимир Войнович, Александр Солженицын. С тех пор Уголовно-процессуальный кодекс претерпел значительные изменения, но «Нашим» об этом, видимо, неизвестно. Один из лидеров движения, член Общественной палаты Борис Якеменко (брат главы Росмолодежи) предложил в своем блоге «заставить Подрабинека пройти психиатрическую экспертизу и ходить по улицам со справкой о том, что он умалишенный». Якеменко предполагает, что после публикации статьи многие пользователи интернета сделают все, «чтобы жизнь Подрабинека превратилась в кошмар», «чтобы он не мог пройти по улице, не будучи оплеванным». Из последовавших за публикацией этого текста событий можно сделать только один вывод: претворять в жизнь предложения Якеменко-старшего будут не абстрактные пользователи Рунета, а вполне конкретные активисты «Наших», уже развернувшие свои знамена и плакаты возле дома, где живет жена Подрабинека.

Санкция Суркова
Действия «Наших» против Подрабинека противоречат всем последним политическим декларациям Кремля. В первую очередь словам их куратора Владислава Суркова, который буквально 15 сентября на заседании форума «Стратегия-2020», комментируя статью Дмитрия Медведева «Россия, вперед!», заявил: «Демократия — это ненасильственные методы. Это — главный критерий». Противоречат действия «Наших» и словам других кремлевс­ких инсайдеров, которые, комментируя работу над новой идеологической доктриной (ей суждено заменить собой устаревшую «суверенную демократию»), заявляли, что в основу новой идеологии будет положен гуманизм в отношении чиновников и правозащитников. «Президент хочет дружить с гражданским обществом», — говорили собеседники The New Times в АП ( подробно о выработке новой идеологической доктрины The New Times писал в № 34 от 28 сентября 2009 г. )

По версии движения, у дома Подрабинека комиссары «Наших» всего лишь ждали извинений, но зачем тогда было ломиться в квартиру и вскрывать почтовый ящик?

Однако именно с санкции первого замглавы АП, утверждают собеседники The New Times, травля Александра Подрабинека и была развернута. Причина — обострившийся конфликт Суркова и возглавляемого им управления по внутренней политике с рядом других кремлевских чиновников. «Действиями Суркова в последнее время очень недовольны и глава АП Сергей Нарышкин, и помощники президента Аркадий Дворкович, Сергей Приходько, Лариса Брычева. Идет борьба за власть», — говорит собеседник The New Times.

Примечательно, что никто в Кремле историю травли Подрабинека до сих пор никак не прокомментировал. Одни объясняют это нежеланием «медведевской команды» идти на прямой конфликт с Сурковым, другие — тем, что Подрабинек своим обращением к советским ветеранам перешел некую грань дозволенного. Чем для правозащитника может обернуться эта история, сказать пока никто не может. Сам скрывающийся публицист написал в своем блоге, что всерьез опасается за свою жизнь и что на самом верху принято решение с ним расправиться.

Поиск формата

Скрываться от государства в нынешней России Подрабинеку приходится далеко не первому. История новейшего российского подполья берет свое начало еще в знаменитых бункерах сторонников Эдуарда Лимонова, которые ОМОН закрывал с упорством, достойным лучшего применения. В середине 2000-х на волне украинской «революции» своим подвалом считало нужным обзавестись любое мало-мальски заметное молодежное оппозиционное движение. До конца второго срока Владимира Путина, впрочем, ни один из этих бункеров не дожил. Сегодня юные оппозиционеры перебираются на квартиры, где они одновременно и живут, и планируют свои акции, запрещаемые властями и разгоняемые тем же ОМОНом. Разного рода националистические группировки арендуют спортивные залы по окраинам Москвы для тренировок и сборищ. Говорить о подпольной сети как о каком-то явлении вряд ли стоит. Но история Подрабинека наглядно продемонстрировала: любому, кто не согласен с политикой Кремля, надо быть готовым к тому, чтобы на время уйти в подполье. Все заявления власть имущих об «оттепели» и «гуманизме» не гарантируют безопасности в собственном подъезде, блокированном «ликующей гопотой», которая дейст­вует с санкции высоких «гуманистов».

Смотрите по теме:

Валерия Новодворская о ситуации вокруг шашлычной "АнтиСоветская" Пикет "Наших" около дома Александра Подрабинека