Выручка от продажи приложений для iPhone — $200 млн в месяц, это целая отрасль экономики. Ее создатели — разработчики крохотных приложений, apps. Именно они становятся главным оружием компаний-платформ в борьбе за виртуальный мир.

Текст: Дмитрий Черников

"У нас не будет русского Flickr и русского Last.fm. "В контакте" становится универсальной платформой практически для всех сервисов в Сети: тут смотрят фото, фильмы, слушают музыку, знакомятся и играют",— прогнозирует будущее Рунета Елена Масолова, директор по инвестициям фонда AddVenture.

Среди деловой интернет-тусовки "В контакте" с его половиной российского трафика считается отдельной империей. В апреле 2008 года "империя" открыла очередь на присягу. Разработчикам сторонних приложений стал доступен API сайта, то есть программный интерфейс, обеспечивающий взаимодействие соцсети и приложений. "Весной на сайте "В контакте" была пустыня, и возникшие приложения набирали огромную аудиторию буквально за месяц",— вспоминает Юрий Безнос, независимый разработчик. Его приложение "Переводчик" работает со словами и фразами почти из 50 языков. Сегодня число установок "Переводчика" подошло к 2 млн. "Нигде еще я не мог бы собрать аудиторию такого размера, в такие сроки и с такими ресурсами",— говорит Юрий.

Авторы приложения "Коктейль другу", с помощью которого можно виртуально распить с френд-листом "Дом Периньон" или водку "Журавли", тоже были в шоке от темпов роста детища. Запустив его в конце мая, киевлянин Артем Насенюк рассчитывал получить к июню 50 тыс. пользователей, но в первый же день перевыполнил этот план. В октябре в "Коктейле" состояли больше 2,5 млн человек.

Повторить успех "В контакте" пробует сеть "Мой мир", доход которой, по информации СФ, уже более чем на половину формируется из отчислений владельцев приложений. По традиции, идущей от Facebook, они делятся с проектом Mail.ru 50% выручки, остающейся от платежей пользователей после комиссии сотовых операторов. Та же система работает и "В контакте", но оборот средств контролируется платформой с помощью внутренней валюты — "голоса", которым пользователь может как поднимать рейтинги страниц, так и расплачиваться за услуги приложений. В свою очередь, приложения зарабатывают голоса не только на пользовательских платежах, но и на рекламе. После вычитания из стоимости голоса транзакционных издержек "В контакте" делит оставшуюся сумму с авторами приложения. В ноябре, по неофициальной информации, ожидается открытие API "Одноклассниками", где будет реализована примерно та же схема работы с разработчиками приложений.

Стремясь запрыгнуть в только что тронувшийся поезд, в начале октября AddVenture выделил $300 тыс. на финансирование стартапов, создающих приложения на платформах соцсетей. По $2-3 тыс. на старт одного приложения достаточно, считает Елена Масолова, еще столько же можно вложить на последующие версии программы, если она покажет себя с лучшей стороны.

У Масоловой, рассчитывающей заработать не менее 20 руб. на каждый вложенный рубль, есть все основания не быть расточительной. Только что она вернулась с конференции в Стэнфордском университете, которую устроил fbFund, учрежденный сетью Facebook для финансирования наиболее перспективных приложений к ней же. Фонд емкостью $10 млн на инвестиции пока тратит копейки. "Я была удивлена, узнав у разработчиков приложений, что они получили в среднем $10-15 тыс. на все расходы",— признается Елена. Впрочем, низкая цена входного билета оборачивается против венчурного капитала: в активе fbFund только 30 неярких проектов из 350 тыс. apps (приложений), насчитываемых сегодня в Facebook. Соцсеть и не стремится налагать на себя функции инвестора, рассматривая fbFund как репутационную затею и предпочитая получать 50% прибыли независимых приложений. По оценкам члена совета директоров Facebook Марка Андреессена, до дележа с платформой выручка разработчиков apps в этом году составит около $500 млн (плюс 300% к результату 2008-го). $250 млн из них получит соцсеть, что составит примерно 60% всех ее доходов, не считая прибыли производителя игровых приложений Playfish, долей в котором владеет Facebook.

И это лишь часть многомиллиардного оборота apponomics — экономики приложений, размножающихся прежде всего на социальных хабах и мобильных устройствах.

Многополярный мир

"Сейчас многие разработчики выбирают, куда податься: сделать программу для iPhone или поучаствовать в бизнесе Марка Цукерберга",— говорит СФ ведущий известного блога GigaOm Ом Малик. Apple и Facebook были пионерами apponomics; обе компании использовали свой шанс, захватив рынок конкурентов за счет новой "платформенной" философии развития. Последнее тому доказательство — августовская покупка MySpace музыкального приложения Facebook iLike за $20 млн.

При этом Малик не видит оснований для монополизма какой-либо из платформ. "Я не стал бы перегружать миссию Facebook, заявляя, что сеть будет киллером остального интернета,— говорит он.— Если вы посмотрите на топ-20 компаний, делающих приложения для Facebook, то увидите там только производителей игр — а это хотя и мощный, но ограниченный сегмент бизнеса".

Интернет станет не одной платформой, но полем боя множества платформ, продолжает Малик. По его словам, apps — это куры, несущие золотые яйца. Мало того что они привлекают на сайт больше аудитории, так еще и отдают материнскому проекту по уже устоявшейся традиции не менее 50% прибыли. Поэтому превращение в платформу — наиболее вероятный сценарий для таких ресурсов, как Twitter, YouTube, Ning и мобильных устройств, предполагает Ом Малик. "Продажи платных приложений для iPhone составляют сейчас $200 млн в месяц. AppStore — это целая отрасль экономики. Есть и бесплатные приложения, живущие за счет рекламы,— продолжает Малик.— Понятно, почему Nokia стремится встроиться в apponomics, открыв в мае Nokia Ovi Store. Это вопрос не еще одного источника доходов, а лидерства на рынке". Той же логике следует и Google, устроивший в 2009 году конкурс для создателей приложений на платформе Google Android с призовым фондом $2 млн. Щедрый приз фактически оплачивается из выручки существующих приложений на базе Android ($5 млн в месяц).

Стартап Buddy Media, производящий приложения для Facebook, MySpace и iPhone, показал в 2009 году 300-процентный рост выручки. Это всколыхнуло в гиковском сообществе споры о том, стоит ли внедрять приложения на букете платформ или лучше сделать ставку на одну из них. Ом Малик отдает предпочтение мобильным устройствам. "К 2012 году только у Nokia будет 300 млн функционирующих телефонов, на которых возможна работа приложений. Сегмент технически продвинутых мобильных увеличится, именно они станут для многих главным окном в сетевую коммуникацию — и здесь конкуренция между приложениями будет наиболее жесткой",— рассуждает он. Но российские первопроходцы рынка не собираются выбираться за пределы соцсетей, как указывает гуру Кремниевой долины.

Скованные одной сетью

Отец монетизации сервисов "Мамбы" и "Одноклассников" Никита Шерман уже ходит с сотрудниками своего нового стартапа на ланч в "Ереван плаза". Однако об инвесторах компании по созданию приложений для соцсетей он говорит с осторожностью: "Не все бумаги еще подписаны. Компания будет принадлежать мне — ради своего бизнеса я и ушел из "Одноклассников". Но с привлечением стороннего капитала".

Заручившись финансовой поддержкой, Шерман намерен занять самую обжитую нишу — игровые сервисы. "$300 тыс. совершенно недостаточная сумма для прорыва на рынке",— комментирует он инициативу конкурентов из AddVenture. И напоминает, что в компанию Zynga, лидера игрушек на Facebook, было вложено $39 млн. Но оно того стоит. "Игры легко монетизировать. Сегодня рынок социальных игр оценивается в $500 млн, через два-три года он вырастет до $10 млрд за счет числа играющих. Еще в 2008 году играли 50 млн пользователей сетей, в 2009-м — уже 250 млн",— убеждает Шерман. "Мы на рынке мух-дрозофил, где приложения в силу своей примитивности быстро умирают, но их рождается еще больше",— добавляет Алиса Чумаченко, вице-президент по маркетингу и рекламе холдинга Astrum Online Entertainment.

Управляющий парнер студии PRC Игорь Веретенников объясняет предпочтение соцсетей разработчиками тем, что ни одна мобильная платформа в России не может дать 45 млн пользователей. "iPhone у нас 400 тыс., а смартфонов Nokia не более миллиона — это маленькие рынки",— считает он. Кроме того, функциональные возможности приложений на компьютерных устройствах значительно выше возможностей мобильных. Приложения в последних — это все-таки продукты, рассчитанные на общение тет-а-тет с телефоном, продолжает перечислять платформенные преимущества соцсетей Елена Масолова, а социальные сети дают простор взаимодействия в онлайне.

Вероятно, соцсети — самый легкодоступный и привлекательный сегмент будущего рынка платформ, первый фронт атаки стартаперов. Друзья Елены Масоловой, даже не имея образования программистов, сумели сделать приложение "Домик у моря", став посредниками между теми, кто хочет снять жилье в Крыму или Таиланде. Затраты на такой продукт невелики. Иной масштаб у многопользовательской онлайн-игры. Например, знаменитый на весь "В контакте" "Счастливый фермер" на пике летней популярности приносил своим создателям $15 тыс. прибыли в сутки. Из чего складывается такая сумма? Ежемесячная аудитория игры студии PRC "Последняя битва" колеблется от 500 тыс. до 600 тыс. игроков. Средний ежедневный платеж активных игроков (30% общего числа) составляет от 70 до 150 руб., рассказывает Игорь Веретенников. Перемножив цифры, получаем примерный минимальный месячный доход 300 млн руб. Правда, игры, разрабатываемые для социальных сетей, могут потребовать от $50 тыс. и более, предупреждает Веретенников, на которого работают семь дизайнеров и программистов.

Риск непополам

Кратный рост месячных и квартальных прибылей приложений сопровождается рисками. Правила игры устанавливает платформа, к которой с этой точки зрения предъявляются требования предсказуемости. "Монетизацией своего основного приложения "Переводчик" я занялся только в сентябре, так как все лето правила размещения приложений менялись несколько раз в месяц, и это очень сильно влияло на планирование какой-либо монетизации",— рассказывает Юрий Безнос. Весной он потратил много сил на создание механизма рекомендаций учебной, языковой литературы. Предполагалось, что пользователь сможет не только ознакомиться с товаром, но и купить его. Это требовало перехода на внешний сайт — книжный магазин. А уже в начале лета стало ясно, что все переходы на внешние сайты "В контакте" объявит вне закона как уводящие трафик.

Если Безнос потерял только время, то Игорь Веретенников — деньги. Несколько его приложений, общее число установок которых, по данным СФ, составляло около 6 млн, а доход от них — около 700 тыс. руб. в месяц, были ориентированы на рекламу внешних ресурсов. Так что после запрета ссылаться на сайты-заказчики рекламы создатели приложений потеряют целый сегмент рынка. Но они готовы списать эти потери на смутное время рождения нового рынка — с его заоблачными прибылями и нежданными убытками. Пока в России конкурируют только приложения, а не платформы, apponomics остается зоной высокорискового "фермерства".

Заманчивое приложение