Сколько накапает?

Подешевеет ли в России бензин

Цены на бензин в России снова устремились вверх. Противостоять этой напасти пытается Федеральная антимонопольная служба. Она выписала рекордно высокие штрафы «Лукойлу» и «Роснефти», а затем выступила с инициативой об обязательной продаже на бирже не менее 15% нефтепродуктов. Подешевеет ли бензин — спрашивал The New Times
По данным аналитического центра «Кортес», с 26 октября по 3 ноября бензин Аи-80 подорожал на 1,2%, Аи-92 — на 1,7%, Аи-95 — на 0,6%. По мнению президента

Московской топливной ассоциации Евгения Аркуши, к росту топливных цен привела дорожающая нефть. А поскольку нефтяные фьючерсы повышаются, Аркуша опасается, что и цены на автозаправках не остановятся на сегодняшнем уровне и продолжат рост. Зависимость цены бензина на российских АЗС от стоимости барреля нефти на мировых площадках смотрелась бы убедительно, если бы не ситуация годичной давности: тогда за пару месяцев черное золото подешевело чуть ли не втрое, а бензин на заправках — лишь на 1,5–2%, да и то после вмешательства антимонопольных органов.

Волшебные накрутки Эксперты, опрошенные The New Times, считают, что цены на заправках определяются отнюдь не только стоимостью нефти, но и технологическими особенностями производства бензина в России. Во-первых, в отрасли преобладает устаревшее, еще советских времен оборудование, из-за этого растет себестоимость. Во-вторых, надо учитывать огромную географическую протяженность наших нефтяных маршрутов и монополию владельца трубопроводов — «Транснефти». За доступ к трубе компаниям приходится платить дополнительно, и эти затраты закладываются в цену конечной продукции. В-третьих, в регионах существуют свои цепочки посредников от нефтяных компаний до конечных потребителей, как правило, завязанные на местную власть. А каждое звено в цепочке — накрутка цены.

Михаил Турукалов, аналитик «Кортеса», уточняет, что продавцы топлива сейчас работают с маржой, которая составляет в среднем по стране 25–27%.

В Федеральной антимонопольной службе (ФАС) главным злом считают ценовые сговоры, которые практикуются крупнейшими нефтяными компаниями, а также непрозрачный механизм формирования цен внутри этих компаний. Дело в том, что отраслевые холдинги имеют вертикально-интегрированную структуру, в которую входят добывающая нефть компания, неф­теперерабатывающий завод (НПЗ) и сеть автозаправок. Такая структура «нефтянки» принята во всем мире: она позволяет сокращать издержки на управление. Но в России, как рассказал источник в ФАС, она к тому же позволяет волшебным образом увеличить стоимость бензина Аи-92 почти вдвое: с 15 тыс. рублей за тонну на выходе с завода до 26 тыс. рублей за тонну на заправке. Если считать в розничных единицах — с 11,5 руб­ля до 20 рублей за литр. Для этого, по словам источника, руководству компании достаточно ввести запрет на прямую продажу малых объемов бензина непосредственно с НПЗ. И создать внутри холдинга цепочку посреднических фирм, которые перепродают бензин друг другу, постепенно уменьшая объем сделок и увеличивая цену. В результате наши НПЗ менее 200 тонн (260 тыс. литров, или 5 железнодорожных цистерн) «в одни руки» не отпускают, отправляя всех желающих к посредникам.

Штраф в помощь Особенно удручающая ситуация с ценами на бензин в регионах — чем удаленнее от столицы, тем хуже: все территории, как утверждают в антимонопольной службе, попросту поделены между крупнейшими нефтяными компаниями. И если средняя цена на Аи-92 на заправках «Лукойла» в Москве — 20 руб­лей за литр, тот же бензин у той же компании в Иркутске стоит уже 25 рублей за литр. А других заправок в Иркутской области просто нет, они туда не допускаются посредством «административных барьеров». Минфин подсчитал возможные потери от подобных «шалостей» нефтяников. Картина получилась следующая: они платят на НПЗ акциз на бензин (3900 рублей за тонну Аи-92) и обычный 25-процентный налог на добавленную стоимость (НДС). Понятно, что нефтяникам выгодно занизить цену за тонну бензина на НПЗ и заплатить 25% с 11,1 тыс. рублей, чем с 22,1 тыс. рублей (цена на заправке после уплаты акциза). К тому же большой завод налоговикам легко проконтролировать, а каждую заправку затруднительно. В результате с тонны бензина компания в среднем платит налог около 7 тыс. рублей, а не 10,5 тыс. руб­лей, как должна бы.

Чтобы хоть как-то обуздать ценовые аппетиты компаний, в антимонопольное законодательство с 1 января 2009 года были введены оборотные штрафы.

* * Исчисляются не с убытка государства за конкретное нарушение, а со всего оборота компании. И начиная со второй половины нынешнего года ФАС начала активно применять их в «нефтянке». 5 ноября рекордный штраф — 6,54 млрд рублей — был выписан компании «Лукойл». Да и вся первая шестерка крупнейших в истории России штрафов приходится на представителей этой отрасли. Правда, ни один из этих штрафных миллиардов в реальности так еще и не заплачен: холдинги оспаривают их в судах.

Биржа рассудит Антимонопольная служба собирается ударить по растущим ценам не только штрафами, но и свободной торговлей. ФАС выступила с инициативой об обязательной продаже на бирже не менее 15% нефтепродуктов, выпускаемых на рынок. «Отсутствие открытых торгов по продаже нефтепродуктов и ограничение свободного доступа иных участников рынка к объемам ресурса нефтяных компаний препятствуют развитию конкуренции на оптовом рынке нефтепродуктов, не позволяют сформировать общепризнанные ценовые индикаторы рынка», — поясняет

Анатолий Голомолзин, заместитель председателя ФАС. Логика антимонопольщиков такова: биржа установит истинную стоимость топлива в конкретный период, и с нефтяных компаний, цены которых сильно превысят эту рыночную планку, теперь можно будет спросить «по полной». Голомолзин высказал уверенность в том, что реализация инициативы ФАС приведет к тому, что компании вынуждены будут сблизить отпускные цены на НПЗ и розничные на заправках, а также допустить мелких игроков к открытию заправок в монополизированных тяжеловесами регионах.

Однако независимые эксперты сомневаются в том, что успех будет скорым. Они напоминают, что США столкнулись с проблемой организации биржевой торговли нефтью в 60-х годах прошлого века. И в начале процесса мало кто верил, что государству удастся разрушить сложившиеся в американской нефтяной промышленности цепочки посредников. Но политическая воля (антимонопольные санкции и штрафы там применялись весьма активно) в сочетании с общими выгодами от прозрачности рынка сумели победить нефтяное лобби. Вот только для запуска полноценной торговли нефтепродуктами на бирже NYMEX американцам потребовалось без малого 30 лет.