"Одно окно на всю Россию"

Политики о "прямой линии" премьер-министра

Корреспондент "Времени новостей" Ксения ВЕРЕТЕННИКОВА спросила у политиков об их впечатлениях от рекордной по времени телевизионной "прямой линии" главы правительства.



Олег МОРОЗОВ, первый вице-спикер Госдумы от фракции «Единая Россия»:

-- Мне эта форма нравится. Она максимально хороша тем, что это практически живое общение. Мы слышим и видим в прямом эфире вопросы, которые задаются и тут же на них отвечают. Эта форма уже апробирована. Уже не первый раз Владимир Владимирович использует ее, и некогда выбранный формат совершенствуется. Многие люди ждут этой возможности, в том числе и потому, что были примеры, когда такого рода встречи, вопросы премьеру (ранее президенту) приводили к очень быстрым решениям, а иногда даже к решениям политического свойства. В западной традиции бывают встречи глав правительств, глав государств с прессой, через вопросы которой транслируются мнения граждан. Эта форма тоже возможна. Но, мне кажется, она хуже тем, что там есть некий посредник в лице журналиста, который рассказывает, что думают люди, и транслирует эти вопросы и мнения. В данном случае есть обратная связь. Премьер имеет возможность сам услышать и увидеть, что думают и говорят люди. Тем более что вопросов огромное количество. Они собирались в том числе и в приемных главы правительства, партийных приемных. И даны гарантии, что все эти вопросы получат соответствующую реакцию.

Иван МЕЛЬНИКОВ, вице-спикер Госдумы от фракции КПРФ:

-- Впервые за все эти годы я просто заставлял себя смотреть «прямую линию». Честно пытался себя заинтересовать, но особого интереса не было и объективно не могло быть. Во-первых, очень испортила настрой агрессивная рекламная кампания этого эфира, словно речь шла о чем-то судьбоносном. Во-вторых, никаких интриг с точки зрения содержания не приходилось ожидать, да их и не оказалось. Если бы председатель правительства не появлялся в новостях каждый день, такая «линия» имела бы смысл, она заполнила бы создавшийся информационный вакуум, дала бы ответы на что-то «недосказанное». Но вакуума нет, ведь порой мы ежедневный график, мнения и размышления Владимира Путина знаем лучше, чем некоторых собственных родственников. Думаю, общество более не нуждается в таком формате. Тем более что это мероприятие является очень затратным, и в условиях ухудшившейся социально-экономической обстановки тратить большие государственные средства на это вряд ли целесообразно. Уж не говорю о том, что некоторые вопросы -- например, наиболее запомнившийся мне вопрос пожилой женщины, как прожить на 3900 руб., -- просто не имели никакого ответа. Правда, это был редкий случай, когда в эфир прорвался истинный голос народа. В большинстве своем вопросы, как всегда, были заготовлены.

Но с этой точки зрения обществу в его сегодняшнем состоянии -- лишенному энтузиазма обещаний вечного благополучия жизни на нефтяной игле -- очень полезно посмотреть, насколько не соответствуют реальные настроения людей тем интонациям, которые идут от «телевизионных представителей народа». Если раньше была попытка передать настроение «восхищенных» проводимой политикой граждан всему обществу, и это часто получалось, теперь совершается та же попытка, но на фоне кризиса она ведет к обратному эффекту. «Прямая линия» становится раздражителем протестных настроений. И настолько, что я даже словил себя несколько раз на мысли, что «прямая линия» Владимира Путина впервые косвенно работает на оппозицию. Этот эфир даст нам больше сторонников.

Николай ЛЕВИЧЕВ, руководитель фракции «Справедливая Россия» в Госдуме:

-- Далеко не у всех есть возможность четыре часа смотреть телевизор в самый разгар рабочего дня. Лично я пытался следить за ходом этого очень популярного телевизионного формата урывками между работой. Очевидно, что разговор национального лидера со страной становится одним из самых популярных ток-шоу. Об этом свидетельствуют 1,5 млн поступивших к Владимиру Путину обращений. С другой стороны, меня это обстоятельство не очень радует. Один из вопросов касался системы «одного окна». Эта проблема, конечно, должна быть решена во всех муниципальных районах России. Но нельзя, чтобы телевизор с председателем правительства превращался в одно окно на всю Россию. Из всех губернаторов непосредственный разговор с населением ведут только двое -- я говорю о блогах Никиты Белых (губернатор Кировской области. -- Ред.) и Олега Чиркунова (губернатор Пермского края. -- Ред.). Остальные, к сожалению, оказываются отгорожены от народа бюрократической стеной. В результате весь вулканический поток вопросов обращен на первых лиц государства. Мне бы хотелось, чтобы в следующий раз рекорды устанавливались не по количеству обращений. Необходимо перейти к качественным оценкам того, что именно прозвучало, что вызвало наибольший резонанс, что изменилось. Хотелось бы, чтобы к следующему разговору со страной у 1,5 млн человек вопросов стало меньше, а не больше.

Игорь ЛЕБЕДЕВ, руководитель фракции ЛДПР в Госдуме:

-- Традицию проведения «прямой линии» Владимир Владимирович заложил на втором году своего президентства. Теперь его должность изменилась, но формат общения с гражданами России остался неизменным. Восьмой раз г-н Путин проводит подобные «прямые линии», и, на мой взгляд, подобный формат общения успешен, так как позволяет гражданам из первых рук получить информацию по наиболее острым вопросам и проблемам страны. Целесообразно предусмотреть возможность подобного общения с гражданами чиновников всех уровней -- от представителей муниципальной власти до федеральных министров. Каждый из них мог бы отвечать на вопросы в пределах своей компетенции, а граждане могли бы быть уверены, что их вопрос не останется без ответа. Поскольку возможность получить ответ, например, от мэра того или иного города несоизмеримо выше, чем от премьер-министра. Также выступаю с предложением организации «прямой линии» с представителями парламентских партий, к которым, я уверен, у граждан накопилось не меньше вопросов, чем к премьер-министру.

Хотя в некоторых случаях вопросы были заранее подготовлены и общение с гражданами является спланированным, это нелегкий труд, требующий огромной самоотдачи. А огромный шквал звонков с вопросами свидетельствует о востребованности подобного прямого общения.

Сергей МИТРОХИН, председатель партии «Яблоко»:

-- Такое ощущение, что Путин очень хочет изобразить из себя крепкого хозяйственника. Мне кажется, это неадекватный имидж для председателя правительства. Председатель правительства должен сформулировать и осуществлять экономическую политику государства. Про политику мы ничего не услышали. Мы услышали о решении отдельных социальных и хозяйственных проблем. Кроме того, мы не услышали, как будут выполняться те декларации в области экономической политики, которые были сделаны в том числе и в послании президента Медведева, и даже самим Путиным в его выступлении на съезде «Единой России». Хотя многие вопросы подталкивали Путина к более развернутым ответам. Например, Путин говорит о повышении пенсий. Это прекрасно. Но проблемы пенсионеров не только в размере пенсии, но и в ценах на продукты питания, на лекарства. Или возьмем так называемые моногорода. Вопрос из Пикалева развеял оптимизм. Людям дали один раз деньги, погасили долги по зарплатам. Но дальше все осталось как раньше, ситуация ухудшается. Путин сказал, что нужно заключать договоры. Но как он может кого-то заставить заключать невыгодные договоры? Для этого ему нужно либо вернуться в Советский Союз, либо проводить такую политику, чтобы делать заключение этих договоров выгодными. Про эту политику ничего сказано не было. Все заявления, которые были сделаны, остаются публичным политическим пиаром Путина скорее в качестве лидера «Единой России».

Из его выступления создалось впечатление, что никакой стратегии выхода из кризиса и развития экономики России у Путина нет либо он ее тщательно скрывает. Я склоняюсь к первому варианту. Медведев объявил политику модернизации, но такое ощущение, что до Путина эта новость пока не дошла. Видимо, связь между Кремлем и Белым домом небыстрая.