Милицейское ТВ-отражение

Повод для письма – дело Андрея Стенина, фотокорреспондента "РИА Новости", который был задержан на несанкционированном митинге оппозиции и привлечен к административной ответственности как участник акции, несмотря на то, что у него было журналистское удостоверение. Дело вопиющее, но есть много и куда более вопиющих дел, которые остаются незамеченными руководителями федеральных телеканалов. Ситуацию в интервью Радио Свобода комментирует обозреватель "Новой газеты" Слава Тарощина.

- Отчего это письмо кажется весьма необычным и важным?

- Оно действительно кажется необычным и важным, и боюсь, что в вашей фразе ключевым словом окажется слово "кажется". Потому что я не очень представляю реакцию на него. Если даже и будет вербальная реакция, (на это наши защитники вполне годятся - бурно что-то обещать), но я не знаю, какова будет реакция в реальности. Любой человек, который работает в СМИ, может рассказать массу таких историй, когда людям просто не давали работать, выполнять их непосредственные функции.

Любой человек, который работает в СМИ, может рассказать массу таких историй, когда людям просто не давали работать, выполнять их непосредственные функции

Вообще в этой истории с милицейским произволом, которая в сконцентрированном виде реализовалась на минувшей неделе, есть несколько аспектов. Первый аспект – это бездарность всего происходящего. Причем интересно, что поскольку действительно дело Стенина приобрело масштабный характер, оно открывало выпуски новостей. Это была новость номер один, но только с маленькой поправкой: в подавляющем большинстве выпусков, которые я видела, было сказано, что Стенин участвовал в пикете на Старой площади, но чему посвящался этот пикет? А пикет, я напомню, проходил под слоганом "Поминки по Конституции Российской Федерации". Вот об этом не было сказано ни слова.

Я боюсь, что реакция на письмо будет в таком же ключе. Это точно так же, как на телеканале "Культура" сказали, что журнал "Знамя" дал премию Людмиле Улицкой за переписку и не сказали, что переписывалась она с Михаилом Ходорковским. И ни слова не было сказано о дне памяти Бабуровой и Маркелова. Когда я говорю "нигде", я выношу за скобки канал РЕН-ТВ, где это было главной новостью. Вообще этого дня как бы не было, а раз не было в телевизоре, значит нет в жизни.

А на днях была программа "Пусть говорят", посвященная истории с известным певцом Юрием Антоновым. Он был в санатории 20 дней после тяжелого инфаркта. Санаторий находился в Барвихе. Возвращался он из Барвихи в 11 часов утра, его остановил гаишник, дальше началась известная всем сцена, когда он потребовал предъявить документы и при этом не объяснял - почему. Антонов ничего не нарушал. Закончилось тем, что наш доблестный защитник Антонова ударил по лицу. И Антонов говорит: я хочу только одного - поскольку меня оскорбили в присутствии большого количества людей, я хочу, чтобы передо мной извинились публично. И что же вы думаете? Этот господин, которому на вид лет 25, сказал: а мне не за что извиняться, я ничего не нарушил.

- Слава, были еще два важных сюжета из этого бесконечного цикла противостояния общества и милиции. Во-первых, страшное убийство журналиста в Томске сотрудником милиции, и арест майора Дымовского. Нашли ли эти сюжеты хоть какое-то отражение в телеэфире?

- Гибель томского журналиста нашла ТВ-отражение, но какое-то тоже очень странное, потому что первым делом нас заставляли сочувствовать мятежной душе Алексея Митаева, который просто умучил Константина Попова, потому что у него две жены и большие проблемы в семье. И какие-то томские чины приглашали нас посочувствовать и принять участие в таком сеансе психоанализа. А Дымовского вообще не видела на экране. Фамилия его в телеэфире практически не произносилась. Однако, Дымовский был героем дня и главным ньюсмейкером в интернете и опять же на канале РЕН-ТВ. Там был сюжет, и там был сам Дымовский. Потом он был у Марианны Максимовской в "Неделе", но больше я его нигде не видела.

Фрагмент программы "Итоги недели".