Политической системе нужна модернизация. Так решил прошедший 22 января в Кремле большой госсовет. Первый тест для политической системы на модернизационные изменения – предстоящие в марте региональные выборы.

У этих выборов как минимум две главные подоплеки. Первая касается межпартийных конфликтов и отношений партий с региональными элитами. Прошедший госсовет во многом был призван снять напряженность именно в этих вопросах. Все соответствующие сигналы – от призывов к губернаторам умерить «тупое администрирование» и до фактических гарантий увеличения количества фракций в региональных заксобраниях – прозвучали. Теперь у оппозиционных партий появилась надежда. И надежда эта – на все тот же административный ресурс. Ведь представители системной парламентской оппозиции в значительной степени всегда сражались не против него, а за. За часть этого ресурса и за его более справедливое распределение между «Единой Россией» и всеми остальными.

Напутствие губернаторам поддерживать диалог со всеми партиями вкупе с фактическим снижением прав представительства в парламенте малым партиям до 5%-ного барьера значительную часть вопросов межпартийных противоречий действительно способны решить. И при этом без какого-либо особого ущерба доминантным позициям единороссов. Иначе говоря, будущие выборы должны, по идее, пройти без особых скандалов, тем более что партийцам помимо прочего рекомендовано более не заниматься «правовым нигилизмом» и не оспаривать избирательную систему.

Все это вроде бы должно позитивно повлиять на другую и гораздо более существенную подспудную проблему. Итогом региональных выборов 11 октября прошлого года стало не само по себе количество судебных исков и оспариваемых нарушений, но то впечатление, что еще пара-тройка аналогичных скандальных избирательных кампаний могут усугубить проблему доверия в обществе к самому институту выборов.

Собственно этот процесс уже происходит. Причиной, толкающей к «рисованию» результатов на региональных выборах, сегодня часто оказывается именно проблема низкой явки избирателей, потому что если к урнам для голосования приходит только четвертая часть граждан, то любые, даже сверхвысокие, партийные проценты поддержки выглядят неубедительно. Конечно, все это частично компенсируется расцветом демократии «прямых линий» и интернет-диалога с высокорейтинговыми президентом и премьер-министром. Однако даже слаженная игра в четыре руки не может полностью обеспечить стабильную устойчивость и эффективность политической системе. Высокое доверие к выборам и соответствующая высокая легитимность институтов власти на всех уровнях имеют большое значение.

Проблема восстановления доверия к выборам и возвращения граждан к урнам для голосования явно становится одной из главных и для Кремля, и для всех политических партий. Региональные избирательные кампании 2010 г. придется использовать для некоторого исправления имиджа самих выборов, чтобы в 2011–2012 гг. не столкнуться с проблемами на выборах уже федеральных.

Однако для того чтобы начать решать эту проблему, недостаточно просто отрегулировать в региональных кампаниях «тупое администрирование» и умерить межпартийную борьбу практически гарантированными для большинства из них фракциями в региональных парламентах по итогам любых выборов. Да, вопрос о том, как по-новому могут распределиться голоса между партиями при «административном плюрализме», тоже важен. Но гораздо важнее то, насколько все существующие официальные партии, вместе взятые, готовы работать со всей гаммой настроений в обществе и обсуждать действительно волнующие граждан вопросы, всерьез бороться за поддержку избирателями своих проработанных предложений по ним.

Станет это или нет главной вводной предстоящих мартовских выборов – большой вопрос. Для избирателя и его желания идти на выборы сам по себе вопрос про победительное разрастание количества фракций в местных думах и про равный доступ партий к СМИ и прочим ресурсам особого значения не имеет. Это важно только в том случае, если помогает обсуждать и решать действительно важные и болезненные проблемы. Но пока не видно, чтобы партии всерьез дискутировали, к примеру, о реформе МВД, перспективах пенсионной системы, проблемах налогов и планах их повышения, да и много о чем еще.

Более того, фактически данные оппозиционным партиям дополнительные гарантии представительства в региональных парламентах могут даже сослужить плохую службу. Одна из важных проблем современной партийной системы страны состоит в том, что при крайне сложной процедуре официального создания новых партий все ныне существующие политические партии оказались держателями огромного политического капитала – редкого и оттого крайне ценного статуса зарегистрированной партии с печатью. При этом даже по сугубо математическим соображениям, да еще учитывая новые нормы создания «нанофракций» для набравших 5% голосов, большинство существующих партий гарантируют себе места в парламентах независимо от того, насколько активно и эффективно они ведут выборы и отражают мнение избирателей. Парадоксально, но при условии снижения применения административного ресурса сохранение 7%-ного барьера выглядит для подталкивания нынешней малопартийной системы к реальной борьбе едва ли не лучше, чем его снижение до 5%.

Вряд ли нужно возвращать ситуацию к прежней истории с пятью десятками не пойми каких партийных структур, но реальное облегчение законодательных норм для создания новых партий – и по требуемой численности, и по процедуре регистрации – помогло бы оживить политическую систему гораздо больше, чем нынешние новации. Возможность для обеспокоенных граждан создать новую партию снизу могла бы и позитивно повлиять на преодоление известной расслабленности всех нынешних официально зарегистрированных «небожителей», и изрядно поспособствовать росту активности граждан на выборах и их доверия к партийной системе.

Восстановление доверия к выборам - новый приоритет Кремля