Да здравствует Перовский суд г. Москвы!

Знавали мы Басманный, пробовали Мещанский, бывали в Тверском, колотились о Хамовнический… Но такого интеллектуального счастья нам еще не было. В минувшую среду оный суд частично удовлетворил иск ветерана Семенова к журналисту Подрабинеку. Маршрут этого дела известен слишком хорошо, чтобы описывать его заново, ограничимся мелькающими полустанками: шашлычная «Антисоветская» — нач. управы Штукатуров — префект Митволь — товарищ Долгих — журналист Подрабинек — движение «Наши» — ветеран Семенов — судья Соловьева.

Вот как раз эта замечательная Ольга Васильевна и доставила радость миллионам россиян. Ибо в своем судебном решении она обязала журналиста Подрабинека опровергнуть одну фразу из его статьи. Одну!

Если бы в процессе зачтения приговора судья сделала в этом месте паузу и объявила пари на пункт опровержения, она бы сорвала жирный куш. Ни одна собака — ни советская, ни антисоветская! — не угадала бы, что именно суждено до конца своих дней опровергать несчастному Подрабинеку.

А варианты были, чего там! В своем не­длинном тексте бывший политзаключенный успел на славу погулять по буфету. Членов Совета ветеранов, которые себе на голову ввязались на старости лет за отрывание таб­личек на Ленинградском проспекте, Подрабинек извалял в дегте и перьях — и в таком виде пустил гулять по бескрайнему интернет-пространству.

Журналиста даже немного вынесло за пределы словаря Даля, ибо во времена Даля еще не было слова «вертухай».

Но ни «вертухаев», ни «палачей» судья Соловьева не посчитала подлежащими опровержению, с чем и остается поздравить товарища Долгих и его соратников по борьбе с историческим процессом. Их принадлежность к означенным дефинициям установлена теперь в судебном порядке. До Нюрнберга еще далековато, но первый юридический эскиз к будущему полотну, кажется, имеется... Низкий поклон единороссу Штукатурову — в злобном административном порыве он и не подозревал, какую телегу столкнул невзначай под уклон!

Да, но что же, что подлежало опровержению? Как было замечено выше, всего одна фраза: «Ваша родина не Россия, а Советский Союз. Вашей страны, слава богу, 18 лет как нет».

Если бы я стоял в зале суда на месте Подрабинека, я бы рухнул в обморок. А выйдя из обморока, заблажил бы дурным голосом, зовя на помощь товарищей по карме, ибо одному тут и с поллитрой не разобраться…

Что опровергать-то? Что родина истца Семенова (как и всех, кто родился здесь после 1922 года) — Советский Союз? Что с 1991 года этой страны больше нет? Или что ее исчезновение — не слава богу?

По последнему пункту действительно можно попробовать добиться опровержения, но, боюсь, не в суде — и уж точно не от Подрабинека.

Он, солнцем палимый, побредет теперь, поди, в кассу и выпишет невесть чем оскорбленному Семенову тысячу рублей: необременительная плата за право называть вещи своими именами. Сам Подрабинек, бывало, платил за такое удовольствие серьезнее — годами лагерей…

Кстати, истец Семенов на процессе не появился ни разу. Кажется, задним числом он сообразил, что «нашисты» попросту развели его на пиар собственной горлопанистой организации.

Интересно, как он отреагирует на официальное сообщение в прессе о том, что его родина — не СССР?