Много наших, мало избранных

Владимир Ашкенази и Евгений Кисин получили престижнейшую музыкальную премию

Выходцы из России дирижер Владимир Ашкенази и пианист Евгений Кисин (на снимке) вчера на 52-й церемонии вручения премий Американской академии звукозаписи присутствовать не смогли. Награда в разделе «Лучшая инструментальная запись с оркестром. Классика» за живую лондонскую запись Второго и Третьего фортепианных концертов Прокофьева (оркестр Philarmonia, EMI Classics) будет передана им позднее.

В СМИ, как это обычно бывает, теперь обсуждается тема российского вклада в мировой рынок звукозаписи в «академических» номинациях, хотя именно выигравшая пара сегодня имеет к России уже весьма косвенное отношение. Речь, безусловно, может идти о «русской исполнительской школе», между тем оба музыканта уехали на Запад очень молодыми людьми: Ашкенази, тогда еще не занимавшийся дирижированием, почти сразу после победы на фортепианном конкурсе им. Чайковского в 1963 году. Ему было немного за 20. Евгений Кисин -- в конце 80-х, тоже 20-летним. Оба играют на мировой исполнительской сцене заметные роли. Оба -- российские музыканты приблизительно в той же степени, в какой был, скажем, Владимир Горовиц. Оба уже получали «Грэмми» (Кисин -- за сольный диск в 2006 году, Ашкенази в 1999-м -- тоже как пианист). Оба раз в несколько лет приезжают в Россию с гастролями, которые всякий раз становятся событием.

Любопытно, что в своей номинации Ашкенази и Кисин поспорили с другими представителями отечественной школы. Концерты Прокофьева выиграли в числе прочего у концертов Бартока, в записи которых под управлением Пьера Булеза принимали участие Гидон Кремер и Юрий Башмет (Кремер еще номинировался за дуэтную запись с Мартой Аргерих), и у Фортепианного концерта Эса-Пекка Салонена (партия фортепиано -- Ефим Бронфман, которого в России совсем уже мало кто помнит).

Еще один российский номинант «Грэмми» этого года -- Валерий Гергиев, добившийся феноменального успеха своей новой затеи -- собственного звукозаписывающего лейбла Mariinsky. Ни запись оперы Шостаковича «Нос», ни Первая и Пятнадцатая симфонии Шостаковича награды не получили. Тем не менее общее количество номинаций (их пять, среди них главные -- «Лучший альбом», «Лучшая оркестровая запись», «Лучшая оперная запись») дает повод говорить не только о поражении, но и о существенной победе: лейблу Mariinsky год от роду.

Выиграл же у Гергиева в главной позиции «Лучший альбом» дирижер Майкл Тилсон Томас с Восьмой симфонией Малера и симфоническим оркестром Сан-Франциско. Кстати, запись той же симфонии с Гергиевым за пультом Лондонского симфонического оркестра фигурировала в номинации «Лучший продюсер» -- им не стал Джеймс Маллинсон, спродюсировавший в том числе и собственно «мариинские» записи Гергиева.

В «оркестровой» номинации «граммофон» отошел дирижеру Джеймсу Ливайну с «Дафнисом и Хлоей» Равеля в исполнении Бостонского симфонического оркестра. В «оперной» победителем стала английская запись оперы английского композитора Бриттена «Билли Бад» (дирижер -- Дэниэл Хардинг).

Юлия БЕДЕРОВА