Дело жизни сенатора Маккарти

Джозеф Маккарти родился в семье католиков-ирландцев, у которых кроме него было еще шестеро детей, и вырос на семейной ферме в штате Висконсин. В 14 лет ему пришлось бросить школу – он стал помогать родителям по хозяйству, а в 15 завел собственный бизнес – куриную ферму. Спустя четыре года он заболел пневмонией, все куры в его отсутствие погибли. Джозеф вернулся за школьную парту – ему было уже 20 лет, а его одноклассникам – по 13-14. Он экстерном, за год, закончил четыре старших класса и поступил в Университет Маркетта – частное учебное заведение, основанное французскими миссионерами-иезуитами. В 1935 году Маккарти получил лицензию адвоката, а в 1939 был избран окружным судьей. По партийной принадлежности он был тогда демократом.

Как судья, Джозеф Маккарти не подлежал призыву на военную службу. Но вскоре после того, как США вступили в войну, он пошел воевать добровольцем. Служил в Корпусе морской пехоты, в эскадрилье бомбардировщиков на Тихом океане, правда, в нелетном составе. Демобилизовался в звании капитана и с медалью "За заслуги". В 1946 году Маккарти решил делать политическую карьеру и выставил свою кандидатуру в Сенат от Республиканской партии.

Он выиграл не только первичные, но и всеобщие выборы. В свои 38 лет он стал самым молодым в то время сенатором США

На первичных выборах его соперником был Роберт Лафоллет – потомок знаменитой политической династии, уже трижды избиравшийся в Сенат. Лафоллет считал, что место сенатора у него в кармане, не вел предвыборную кампанию и вообще не появлялся в штате. Джозеф Маккарти, наоборот, исколесил весь Висконсин, не избегая и самых малых городишек, носил на публике полевую форму морского пехотинца, много и охотно общался с простым народом и поражал всех своей феноменальной памятью на имена и лица.

Он выиграл не только первичные, но и всеобщие выборы. В свои 38 лет он стал самым молодым в то время сенатором США.

В Вашингтоне Джозеф Маккарти оказался на положении заднескамеечника. Три года широкая публика не знала о нем почти ничего. Он ждал своего часа, возможности сделать себе имя. Такой случай ему представился в феврале 1949 года. Маккарти прочел в американском либеральном журнале статью о том, что при допросах лиц, обвиняемых в военных преступлениях, американские военные следователи применяют недозволенные методы. Речь шла о виновниках так называемой бойни при Мальмеди – расстреле немцами американских военнопленных 17 декабря 1944 года, во время последнего крупного наступления немецких войск – Арденнского прорыва. Немцы составляют этническое большинство в Висконсине. Сенатор Маккарти громко заступился за осужденных военных преступников, думая тем самым снискать популярность у своего электората, но добился ровно противоположного эффекта.

Годом позже Джозеф Маккарти предпринял новую попытку выйти на общенациональную авансцену – на сей раз в качестве борца с коммунизмом. 9 февраля 1950 года он выступил в городе Уиллинг, Западная Вирджиния, с речью, в которой заявил, что государственный департамент США кишит советскими шпионами, а начальство потворствует их деятельности.

Насколько обоснованны были обвинения сенатора Маккарти? Вот что говорит Александр Васильев – историк советской разведки:

– Я думаю, сенатор Маккарти был неправ во многих деталях. Во-первых, он преувеличил число советских агентов. Во-вторых, он пользовался методами, которые получили осуждение со стороны его же коллег – сенаторов, конгрессменов, в том числе консервативных. В-третьих, он опоздал: он начал свои выступления в 1950 году, а еще осенью 1945 года Элизабет Бентли сдалась ФБР и заложила всех, кого она знала лично или по секретной переписке. Сенатор Маккарти не был первым, кто начал заниматься расследованием советской деятельности в Соединенных Штатах. Комиссия по антиамериканской деятельности занялась этим задолго до сенатора Маккарти, пользовалась более цивилизованными методами и не делала таких громких заявлений, как сенатор Маккарти. Но в целом Маккарти, конечно, был прав. Он был прав в том, что существовала разветвленная агентурная сеть в США, в том числе в правительственных учреждениях, что в этой сети были десятки агентов...

– Он раздул эту волну антикоммунизма или он оседлал ее – просто воспользовался моментом и сделал на этом политическую карьеру?

– Думаю, и то и другое. Он ее раздул, чтобы сделать карьеру.

По словам Александра Васильева, советская шпионская сеть в США в тот момент пребывала в жалком состоянии.

Резидентом в Вашингтоне в конце 40-х годов стал человек, который не говорил по-английски в принципе. Был такой бардак и растерянность

– Резидентом в Вашингтоне в конце 40-х годов стал человек, который не говорил по-английски в принципе. Был такой бардак и растерянность в результате предательства Элизабет Бентли, что в Москве не могли найти человека, которого бы американцы не знали и который мог бы работать. Они послали туда человека, который готовился резидентом в Японию. Он знал японский, но не знал английского. Я помню, Центр ругал его за то, что он присылает всякую ерунду, а он отвечал: вы же мне не сказали, кто у нас агент в Америке. Ему отвечают: как же мы тебе скажем – мы сами не знаем, с кем можно работать, а с кем нельзя. Я помню его донесения – резидента в Вашингтоне! – о том, что вот теперь, спустя год, я могу читать со словарем статьи в американских газетах, – рассказывает Васильев. (Этим резидентом был Григорий Долбин, отозванный в 1948 году).

Однако громогласные обвинения сенатора Маккарти упали на благодатную почву. Свидетельства глобальной советской экспансии были налицо. Сенатор оказался в центре внимания. В 1952 году он принял участие в президентской кампании Дуайта Эйзенхауэра. Соперником генерала был Эдлай Стивенсон – опытный политик, занимавший различные посты в администрациях Рузвельта и Трумэна, в том числе – пост специального помощника госсекретаря США. В 1948 году Стивенсон был избран губернатором штата Иллинойс. Джозеф Маккарти обрушился на него всей своей мощью:

– Благодарю вас, мои сограждане-американцы. От души благодарю всех вас за то, что эта встреча стала возможна. Сегодня мы находимся в состоянии войны – войны, которая началась десятилетия назад, войны, которую начали не мы, войны, из которой мы можем либо выйти победителями, либо пасть на поле боя. Нынешняя война в Корее – лишь одна из фаз этой войны международного безбожного коммунизма с нашей свободной цивилизацией. Сегодня мы терпим поражение в этой войне – с того самого момента, как смолкли залпы Второй мировой. Мы проигрываем ее с невероятной быстротой, со скоростью сто тысяч человек в год. Последние два с половиной года я пытаюсь разоблачить и добиться смещения с государственных постов тех, кто несет ответственность за наше добровольное, запланированное отступление. Эта борьба с международным коммунизмом не должна стать борьбой между двумя великими американскими политическими партиями. Конечно же, миллионы американцев, голосующих за демократов, – лояльные граждане. Они любят Америку и ненавидят коммунизм так же, как всякий республиканец. К несчастью, у миллионов лояльных демократов нет больше партии в Вашингтоне. Сегодня я расскажу вам, кто таков кандидат демократов в президенты – кандидат, который одобряет и будет продолжать самоубийственную, продиктованную Кремлем политику этой страны...

Обрисовав самыми черными красками жизненный путь Стивенсона, Джозеф Маккарти извлек свой главный козырь – связь кандидата демократов с ответственным сотрудником госдепартамента Олджером Хиссом. Хисс был обвинен в шпионаже на основании показаний бывших агентов советской разведки Уиттакера Чемберса и уже упоминавшейся Элизабет Бентли. Его не удалось привлечь к ответственности за шпионаж – Хисса приговорили к 44 месяцам тюрьмы за лжесвидетельство. Эдлай Стивенсон был свидетелем на процессе Хисса.

И вот Маккарти бросает этот козырь на стол:

– У меня в руках документ, который никогда прежде не был достоянием гласности. Помните, как губернатор Стивенсон всячески стремился внушить нам, будто его отношения с Хиссом носили случайный, шапочный характер? Это ходатайство адвокатов Хисса о приобщении к делу заявления Стивенсона. Адвокаты пишут: "Губернатор Эдлай Стивенсон тесно сотрудничал с Олджером Хиссом в решении целого ряда международных дипломатических вопросов. Они вместе участвовали в конференции в Сан-Франциско, на которой был принят Устав Организации Объединенных Наций. Они также оба были на конференции в Лондоне, которая предваряла и определяла повестку дня конференции в Сан-Франциско. Показания губернатора Стивенсона будут иметь чрезвычайное значение для Олджера Хисса". Посмотрим теперь, что сказал губернатор Стивенсон два дня назад в Кливленде, когда он пытался оправдать свою защиту Хисса, этого архипредателя всех времен. Цитирую: "Я сказал, что он пользовался хорошей репутацией. Я не говорил, что его репутация была отличной". И этот человек хочет быть нашим президентом. Лояльность Соединенным Штатам не имеет оттенков. Можно быть либо лояльным, либо нет. Не бывает "слегка нелояльного" гражданина или "отчасти предателя", – заявил Маккарти.

В этих речах было много демагогии и того, что в американской юриспруденции называется "виновность по ассоциации": дружил со шпионом – значит, сам шпион. Маккарти не замечал, а может быть, и не подозревал, что использует излюбленный прием сталинского правосудия, которое объясняло все политические разногласия и ошибки руководства происками врагов, скрытых вредителей, действующих по указке буржуазных разведок. Сенатор Маккарти оказался зеркальным отражением главного прокурора открытых московских процессов Андрея Вышинского.

– Цели, которые преследовал Маккарти, устраивали многих политиков. Просто это облекалось в неудобоваримую оболочку. Маккарти был неприятным человеком. Особенно это стало заметно, потому что началась эра телевидения – неприятный был тип. Если представить себе, что этой деятельностью занимался бы другой человек, который выглядел бы, допустим, как Джон Кеннеди, то эффект был бы еще больше, – отмечает Александр Васильев.

Многим однопартийцам Джозефа Маккарти его повадки не нравились. Но Республиканская партия рвалась к власти, у которой она не была уже 20 лет. И сенатора терпели. Не в последнюю очередь благодаря ему республиканцы не только выиграли президентские выборы 1952 года, но и получили контроль над обеими палатами Конгресса...

(Продолжение – в пятничном выпуске программы "Время и мир")