Девять из десяти уголовных дел по экономическим преступлениям в России - фиктивные

Всего 10-16% заведенных милиционерами уголовных дел по экономическим статьям заканчиваются судебным решением. Остальные 84-90% экономических дел либо не раскрываются, либо не доходят до суда, либо разваливаются уже в ходе судебного процесса, пишет в редакционной статье газета "Ведомости", со ссылкой на публикацию в Wall Street Journal.

Статистику по экономическим преступлениям за 2002-2009 годы проанализировал Институт проблем правоприменения (входит в состав Европейского университета в Санкт-Петербурге). Эксперты института изучили движение дел по статьям УК 159 "Мошенничество", 160 "Присвоение или растрата", 174 "Легализация средств, полученных преступным путем", а также статьям главы 22 ("Преступления в сфере экономической деятельности").

На каждом этапе рассмотрения (возбуждение дела оперативниками, раскрытие преступления и передача дела следователю, передача дела в суд и, наконец, судебное следствие) число обоснованных обвинений резко уменьшалось. Из тех дел, которые завели оперативники, раскрывается только 40-60% (в зависимости от статьи). Из раскрытых дел еще 60-80% не доходит до суда. И 20-30% из оставшихся дел разваливается уже в суде.

По одной из самых популярных статей - "Мошенничество" в 2007 году было заведено 211 277 уголовных дел, раскрыто и передано следователю почти вдвое меньше - 127 708 дел, в суды передано 50 788 дел, вынесено 34 241 судебное решение. Иными словами, лишь 16% обвинений были реальными, да и то при условии, что суд был абсолютно справедлив. А 177 036 предпринимателей оказались под следствием и, возможно, пережили ужасы предварительного заключения необоснованно.

По экономическим статьям главы 22 УК возбуждено 84 655 дел, а закончились судебным решением 10 321 - всего 12% от первоначального количества. Для сравнения: приговорами заканчивается 100% уголовных дел по статье "Убийство" и более 80% - по статье "Изнасилование".

Газета дает единственное логичное объяснение: "экономические" дела появляются только для того, чтобы сделать их предметом торга между сотрудниками правоохранительных органов и подследственными.

При этом давление на предпринимателей не всегда оказывается по инициативе самих сотрудников правоохранительных органов: заказные обвинения используются другими предпринимателями для недобросовестной конкуренции. По данным Минэкономразвития, органы прокуратуры в 2009 году получили 37 000 обращений о проведении внеплановых проверок предпринимательских структур, но половину из них отказались санкционировать, поскольку для проверки не было законных оснований. Кстати, в Москве количество отказов составило 77%.

Силовое предпринимательство не приобрело бы такого размаха, если бы у него не было заказчиков. Если бы бизнес отказался от борьбы за собственность с помощью коррумпированных следователей и прокуроров, возможно, намного меньше предпринимателей сейчас гнило бы в тюрьме. Хотя это нисколько не снимает ответственности с самих правоохранителей, делает вывод издание.