Оригинал материала
«Нас ожидает повтор сценария 70–80-х годов»
Профессор Йельского университета - стоит ли ждать новых финансовых неприятностей
«Экономисты расписались в том, что они не знают, как будет развиваться кризис». Увеличение американского госдолга до критических 60% ВВП, огромная безработица в США, достигающая в отдельных штатах 12–15%, высокая волатильность фондовых рынков, а также экономические проблемы в странах ЕС — Португалии, Италии, Греции и Испании — заставили экспертов вновь заговорить о приближении «второй волны» кризиса. О том, стоит ли ждать новых финансовых неприятностей, The New Times расспрашивал профессора Йельского университета Олега Цывинского
Чем вызваны нынешние проблемы американской экономики?
Правительство Буша в конце 2008 года, под аккомпанемент панических прогнозов о скором экономическом крахе главы ФРС Бена Бернанке и тогдашнего министра финансов Генри Полсона, выделило слишком много денег на спасение финансовой системы ($700 млрд). Администрация Обамы поддержала эти меры и добавила еще почти $800 млрд. Правда, не все средства были потрачены, но и того, что выделено, хватило, чтобы создать большие проблемы.
Анти-Кейнс
Но ведь считается, что финансовая помощь правительства спасла американскую экономику от коллапса?
Именно это и говорят официальные власти США: мол, если бы не вливания, то ситуация была бы намного хуже. На самом деле, как ни парадоксально, но выход из рецессии США рискует замедлиться именно из-за того, что в экономику были вброшены эти деньги. Антикризисные средства зачастую тратятся нерыночным способом: идут на поддержку неэффективных предприятий в финансовом и реальном секторе, на них строятся дороги и дорожная инфраструктура, потребность в которой не очевидна, и т.д. В итоге получается, что вмешательство государства в рыночную экономику продлевает кризис.
Мало того, американское правительство, чтобы влить огромные суммы в свою экономику, влезло в колоссальные долги, которые увеличились с $1 трлн в 2008 году еще на $1,9 трлн — в 2009-м. За это придется расплачиваться и домохозяйствам, и компаниям: через два-три года им неизбежно повысят налоги. Ожидание высоких налогов вызывает замедление экономики. Этот сигнал американские семьи и фирмы считывают мгновенно, поэтому компании как минимум не увеличивают занятость — и мы это видим по данным о росте безработицы. А фондовый рынок лихорадит, поскольку ожидания не самые оптимистические, цены на акции не восстанавливаются.
Но ведь принято считать вслед за Джоном Кейнсом, что финансовая помощь государства помогает выйти из кризиса.
Это суждение, по меньшей мере, неоднозначно. Последние экономические исследования показывают, что «Новый курс» Рузвельта замедлил выход американской экономики из Великой депрессии, потому что правительство США не только строило дороги, но и ограничивало конкуренцию. Американские экономисты Харольд Коул и Ли Оханиан два года назад опубликовали работу, в которой доказывали, что без Закона о восстановлении национальной промышленности (NIRA) и Национального закона о трудовых отношениях (NLRA) — ключевых элементов антикризисной программы Рузвельта — американский ВВП в 1939 году был бы на 27% выше.
Один к одному
Безусловно, определенная часть господдержки оказалась потрачена на то, чтобы «вытащить» владельцев акций финансовых компаний. Вряд ли вам кто-то способен назвать точную цифру, сколько денег ушло на Уолл-стрит. Обама попытается вернуть их в казну за счет налога на банки, которые воспользовались поддержкой государства во время кризиса* * См. подробнее The New Times № 2 от 25 января 2010 г. . Проблема в том, что «накручивание» налогов также замедляет экономический рост.
Неужели никто не знает, сколько денег ушло на Уолл-стрит: ни экономисты, ни администрация Обамы?
Важно то, что экономисты понимают: потраченный государством $1 создает только один дополнительный доллар в экономике. Следовательно, большой отдачи от господдержки нет. Это главный аргумент против кейнсианцев, показывающий неэффективность госрасходов как способа борьбы с кризисом.
Насколько проблемы американской экономики вызваны неверными решениями президента и его советников?
Команда Обамы неплохо справилась с острой фазой падения — даже лучше, чем ожидали многие профессиональные экономисты, включая меня. Мы ожидали, что «звезды» его экономической команды (Ларри Саммерс, Остан Гулсби, Кристина Ромер) будут большими антирыночниками, чем они оказались на самом деле. Демократы связаны с профсоюзами и чаще ратуют за вмешательство государства в экономику — это добавляло опасений, что Обама во время кризиса будет считать себя «преемником» курса Франклина Рузвельта. Но такого вмешательства, как было во время Великой депрессии, не произошло, и это заслуга команды президента. Более того, Обама во время избирательной кампании часто говорил о том, что он повысит импортные пошлины и станет активнее защищать американского производителя, то есть свободной торговле будет поставлен заслон. К счастью, этого тоже не случилось.
Однако серьезным минусом является то, что на президента США работают два экспертных центра — Национальный экономический совет во главе с Саммерсом и группа Экономических советников при президенте во главе с Ромер, которые тратят очень много сил и времени на перетягивание одеяла, а в условиях кризиса нужно действовать оперативно и слаженно.
Рейтинг Обамы идет вниз — он теряет поддержку населения. В Давосе американские банкиры и крупные бизнесмены резко высказались против введения новых налогов — он теряет поддержку бизнеса. Что будет дальше?
Проблема Обамы заключается в том, что он пришел на волне сверхожиданий. Такое редко бывает в США, потому что к лидерам, включая президента, тут относятся очень скептически. Но одно дело «зажигать» во время публичных выступлений и совсем другое — вести каждодневную рутинную борьбу с кризисными явлениями. Людям очень скоро стало ясно, что ожидания чудес от Обамы были напрасными. Отсюда и падение рейтинга.
От Китая до России
Недавно Китай заявил о том, что он может продать американские долговые обязательства (бонды). К чему это может привести?
Сначала нужно задаться вопросом: почему Китай покупает американские бонды? Экономисты Кабаллеро, Гуринчас и Фархи показали,* * Caballero R., Farhi E., Gourinchas P.2008. An Equilibrium Model of «Global Imbalances» and Low Interest Rates. American Economic Review. 98 (1): 358–393. что Китай покупает не столько бонды, сколько репутацию первоклассного заемщика США. К примеру, если правительство Индии выпустит 30-летние облигации, то их вряд ли раскупят: никто не знает, что будет с экономикой Индии через 30 лет. А вот американская экономика, скорее всего, будет работать неплохо и через 30, и через 40 лет. Китаю необходимы резервы, которые создаются на черный день, и их нужно хранить в бумагах с высокой репутацией. Таких бумаг в мире совсем немного, лучшие из них — американские. Да, их качество снижается, но альтернативы им пока нет. Поэтому вряд ли КНР сбросит или перестанет покупать американские бонды: это приведет к новому кризису не только в США, но и в самом Китае, который держит свои резервы в долларах.
Экономисты снова заговорили о том, что сценарий кризиса будет развиваться по контуру буквы W и мир сейчас приближается к очередной рецессии. Наступит ли вторая волна?
Экономисты уже расписались в том, что они не знают, как будет развиваться кризис. Любые Кассандры, которые предсказывают наступление очередной волны, скорее всего, ошибаются. Но мы можем судить по данным предыдущих спадов, что после серьезного кризиса дно достигается в среднем в течение двух лет. Время выхода из рецессии занимает в среднем еще два года. И правильный вопрос сегодня не в том, будет ли вторая волна, а в том, каким будет экономический рост в следующие пять–десять лет.
Каким же он будет, по вашему мнению, в мире и России?
Мировая экономика будет расти, но медленно — из-за увеличения вмешательства государств, более высоких налогов и созданных барьеров на пути свободной торговли. В свою очередь, этот медленный рост означает сравнительно низкие цены на нефть и металлы, главные составляющие финансового благополучия России. Но цены на нефть будут не настолько низкими, чтобы российское правительство почувствовало неизбежность экономических реформ. Скорее всего, нас ожидает повтор сценария 70–80-х годов: если цены на нефть будут стабильно высокими, как сейчас, то российское правительство не будет проводить реформы, а экономика будет все больше скатываться в состояние, напоминающее брежневский застой. Поэтому нам стоит не столько волноваться о новых волнах кризиса, сколько задуматься о том, почему кризис не был использован как толчок для назревших экономических реформ.