Повернуться лицом к будущему

Зачем вновь изгонять Наполеона из Москвы

В Русской православной церкви предлагают возродить традицию празднования в день православного Рождества годовщины изгнания наполеоновских войск из России. Идея принадлежит заместителю главы отдела внешних церковных связей РПЦ иеромонаху Филиппу.

Объясняя свою инициативу, Филипп напомнил, что еще в XIX веке святитель Филарет Московский составил молебен в честь победы над Наполеоном. После празднования Рождества молебен всегда служился в храмах Русской церкви. "Главным мотивом этого молебна была благодарность Богу за спасение Отечества, за то, что Бог помог русскому народу отстоять независимость и помог Европе освободиться от последствий Французской революции". И еще служитель РПЦ считает, что день обнародования Александром I указа об изгнании Наполеона из России станет государственным праздником. Для выяснения мнения народа по этому вопросу предлагается провести общественную дискуссию.

Насчет молебна Филарет абсолютно прав. Именно к концу декабря 1812 года армия Наполеона покинула Россию, сама победа к Рождеству воспринималась как Божье провидение. И в этот день проводились парады. Правда, они были традиционными для некоторых христианских праздников еще до войны. Однако праздник победы над французами не был праздником в современном понимании -- он не отмечался одинаково год от года. Традиционным оставалось лишь молебное пение после литургии в этот день с выражением благодарения Богу. При Николае I, по случаю 25-летия со дня победы в Отечественной войне, вновь были устроены крупные торжества, которые опять-таки не стали ежегодными. А к началу первой мировой войны, когда Франция и Россия оказались союзниками, этот праздник и вовсе стал неуместным.

Отчего вдруг теперь, по прошествии почти двух сотен лет, предлагается вновь начать испытывать прилив патриотических чувств в связи с изгнанием французов из Москвы, да еще на уровне государственного праздника? Очень хочется понять смысл этой затеи, уловить ее невидимую логику. Иеромонах Филипп на сей счет говорит, что этот праздник поможет «вспомнить то утонченное, что есть в русской культуре, принадлежность России к европейской цивилизации, ее важную миссию в объединении народов».

Боюсь, что старания иеромонаха в этом смысле явно излишни. В самом деле, неужели реанимирование естественным образом забытой даты произведет на россиян большее культурное воздействие, чем, скажем, «Война и мир» Толстого, чем полотна Верещагина об Отечественной войне 1812 года, чем увертюра «1812 год» Чайковского, чем храм Христа Спасителя в Москве и Казанский собор в Санкт-Петербурге, чем ежегодные исторические реконструкции Бородинского сражения и т.д.?

Перечисление памятников и произведений искусства, связанных с войнами русской армии с Наполеоном, заняло бы несколько страниц. И еще минимум на страницу наберется французских слов, обогативших русский язык. При этом большая их часть пришла к нам именно в эпоху наполеоновских войн. Надо быть крайне наивным человеком, чтобы рассчитывать, что надуманный праздник добавит хоть что-то новое и полезное к этому богатейшему и уникальному культурно-историческому наследию. Между тем инициатива нового праздника, возможно, не так безобидна, как кажется на первый взгляд. Понять это, надеюсь, поможет совсем свежая историческая параллель.

Одной из самых почитаемых дат в современной Франции на протяжении 90 с лишним лет оставалось 11 ноября -- День перемирия 1918 года, отмечавшийся в честь победы Франции и разгрома Германии в Великой войне (la Grande Guerre), или первой мировой, как принято называть ту войну у нас. Напомню, что Франция в результате этой победы вернула себе важнейшие области -- Эльзас и Лотарингию, утраченные пятью десятилетиями ранее в другом военном конфликте с Германией. И вот в 2009 году Франция впервые перестала отмечать 11 ноября свою славную победу над извечным неприятелем. Что заставило французов пойти на такой неординарный шаг?

Решение, которому суждено стать историческим, далось непросто и не сразу. Нынешний президент Франции Николя Саркози давно вынашивал идею окончательного акта исторического примирения с Германией, помня, в частности, о знаменитом рукопожатии своего предшественника Франсуа Миттерана и тогдашнего канцлера Германии Гельмута Коля 25 сентября 1984 года в память жертв битвы под Верденом. В марте 2008 года во Франции скончался последний ветеран первой мировой -- 110-летний Лазар Понтичелли. После его похорон в Елисейском дворце окончательно было решено «повернуться лицом к будущему», в котором конец первой мировой войны должен отныне символизировать единство Франции и Германии. Так минувшей осенью во Франции на смену Дню перемирия пришел праздник франко-германской дружбы. По приглашению президента Николя Саркози 11 ноября 2009 года германский канцлер Ангела Меркель присутствовала на церемонии у Вечного огня на могиле Неизвестного солдата возле Триумфальной арки в Париже. Политическая смелость обоих лидеров вызвала уважение в Европе и мире.

Стремление к миру и добрососедству -- вещи самоочевидные для нормальных государств и их правителей. И государственные праздники должны по возможности отвечать этому стремлению. Трудно в связи с этим представить себе, каким образом сегодня празднование изгнания наполеоновских войск из Москвы будет способствовать сближению России с Францией да и с Европой в целом. Подозреваю, что эффект будет прямо противоположным.

А может быть, это как раз и нужно нынешней власти? Ведь удалось же взрастить за последние годы целые группы в основном молодых людей, настроенных антиамерикански, антиэстонски, антипольски, антигрузински, антиукраински. Почему бы не добавить им еще и антифранцузских и вообще антиевропейских настроений?

Кто-то спросит: «Зачем это нужно?» Ответ есть. В последние годы высшая власть не брезговала использовать известную формулу, согласно которой главный «западник» в России -- это ее президент (или премьер, царь -- неважно). Оказалось, что так удобнее общаться с западными партнерами: «хотите уступок, хотите, чтобы мы перенимали ваши ценности, чтобы учились у вас демократии, тогда разговаривайте только со мной, поскольку российскому народу все это пока чуждо». А это означает, что любые иные контакты, особенно на уровне всяких там неправительственных организаций, бессмысленны и вредны. И вообще вмешиваться Западу в любые наши внутренние дела не следует, такое вмешательство не имеет перспективы.

Русская православная церковь или отдельные ее представители хорошо умеют угадывать желания светской власти, даже если они не артикулированы. Никоим образом не хотел бы критиковать за это РПЦ -- слишком тяжкая история сосуществования с тоталитарным режимом в недавнем прошлом очень многому ее научила. И все же сегодня этот опыт не всегда полезен. Хорошо бы все-таки и нам, европейцам, по примеру французов тоже повернуться лицом к будущему.

Алексей ПОРТАНСКИЙ, ведущий научный сотрудник Института торговой политики ГУ-ВШЭ