Районы Москвы: стереотипы и реальность

Понятие качества городской среды, как и само понятие городской среды, чрезвычайно «многослойно» и потому с трудом поддается оценке, тем более, точной количественной. Первый «слой» – это материальная составляющая среды, с которой человек непосредственно соприкасается физически. Это и объекты инфраструктуры (школы, поликлиники, учреждения культуры и сервиса, транспорт), и парки со скверами, и малые архитектурные формы (скамейки, беседки, фонтаны). Сюда же относятся и частично препарированные городом элементы природной среды – особенности рельефа, качество почвы и воды, микроклимат. Но не меньшую роль в формировании понятия городской среды играют нематериальные факторы, связанные с пространством социальных взаимодействий: состав населения, его профессиональные и социально-демографические характеристики, какие-либо существующие в районе традиции и неписаные правила поведения. Именно социальные параметры среды определяют, будет ли человек чувствовать себя «своим» или «чужим» в данном районе, а, значит, будет ему там комфортно или нет при прочих равных условиях. К этой группе характеристик относится и безопасность среды, причем в широком смысле – это и уровень преступности, и наличие техногенных или природных угроз. Есть и другие характеристики, влияющие на привлекательность среды – ее эстетические качества (живописный вид из окна – не последний параметр, определяющий стоимость квартиры), наличие объектов, соседство с которыми воспринимается как позитивное либо негативное. Причём «негативное» не обязательно означает угрозу физического ущерба (какой-нибудь чадящий завод или радиоактивная свалка), дискомфорт может быть сугубо психологическим: например, многие не желают жить рядом с кладбищем. Тут мы подходим ещё к одному важному моменту: качество среды нельзя оценивать исключительно по объективным параметрам. Они, конечно, важны как некий базис: нормативы обеспеченности инфраструктурными объектами или зелёными насаждениями никто не отменяет, но без поверки мнением населения (то есть привлечения социологии) интерпретация этих показателей ограничена. Одно дело, сколько в районе скамеек на квадратный километр, другое – чувствует ли конкретный житель района, что скамеек лично ему не хватает. Ведь люди разные и потребности у всех разные, преобладание в районе определённой категории жителей формирует и определённый набор требований к местной среде. Многодетным семьям важно наличие качественных школ и детских садов, что, понятно, не имеет значения для холостяка, и так далее. Тем более, что многие характеристики вообще не поддаются объективной параметризации. Как оценить, скажем, эстетическую привлекательность среды? Да, какие-то закономерности существуют и здесь: например, давно известно (есть даже целая дисциплина «видеоэкология»), что монотонные ряды и гладкие поверхности, за которые глазу не «зацепиться», действуют на психику угнетающе – почему и спальные районы никто не любит. Но подобные изыскания способны объяснить лишь малую часть оснований, по которым человек заключает в адрес района: «Да ну его, как-то здесь уныло». Всем, конечно, не угодишь, но если 8 из 10 жителей аттестуют свой район как некрасивый (скучный, некомфортный, неприятный), – что-то в нём надо менять. Но и учёт общественного мнения тоже имеет свои ограничения из-за немалой роли в них «наведённой» составляющей: люди нередко склонны оценивать городскую среду, исходя не столько из собственных впечатлений, сколько из существующих (и часто довольно старых) стереотипов. Разумеется, чем менее знаком район, тем сильнее это проявляется, но даже свою собственную среду проживания многие видят сквозь розовые или «тёмные» очки. Девять (если не десять) человек из десяти скажут вам, что Петербург – город серый и мрачный, застроенный давящими на психику каменными громадами. Таким его видели Гоголь и Достоевский, и спорить с классиками как-то не с руки. Между тем, на самом деле, подавляющее большинство домов в историческом центре Питера окрашены в яркие тёплые цвета и высотой, как известно, не превосходят Зимний. В Москве или Париже и средняя высота зданий больше, и преобладающий их цвет мрачнее, но репутация этих городов совершенно другая – тоже, впрочем, не во всём справедливая. Если говорить о Москве, то у отдельных районов и даже целых округов существует устойчивый имидж, который также нередко обманчив – хотя бы потому, что массовые представления отличаются значительной инерционностью, и изменения, происходящие в городской среде, далеко не сразу сказываются на общественном мнении. К примеру, качество среды в пределах Садового кольца за последнее десятилетие заметно упало из-за плохой транспортной доступности, загазованности, деградации исторической застройки под натиском муляжей и т.п., однако положительный имидж центра весьма живуч. Воспитанные на рассказах старых москвичей, мы продолжаем вслед за ними восхищаться «переулочками Арбата» как своего рода городским «брендом», хотя, объективно говоря, – ну какие там сейчас переулочки? Задворки новоарбатской «вставной челюсти» и мешанина брежневско-лужковских построек. В то же время действительно сохранивший старомосковский колорит район Ивановской горки стали «раскручивать» только в самые последние годы. Или ещё пример: юго-западный «клин» вдоль Ленинского проспекта и Профсоюзной считается престижным еще с позднесоветских времен, когда там селилась номенклатурная элита. Но при этом есть исследования, доказывающие, что многие северо-восточные районы Москвы (Ростокино, Преображенское, Богородское) по ряду важных качественных характеристик не уступают Юго-Западу, а то и превосходят его, но за ними нет устойчивого шлейфа «престижности» и «качественности». Стереотипы опасны ещё и тем, что «конвертируются» в стоимость квадратного метра. Этот параметр, с одной стороны, является проекцией сложившихся в обществе представлений о качестве среды (конечно, и объективных её характеристик тоже), но, с другой стороны, сам становится в глазах горожан фактором средовой привлекательности: «дорогой» район почти синоним «хорошего». В итоге, возникает ситуация «переоценённости» и «недооценённости» территорий, причём в прямом смысле, и тот, кто при выборе места жительства чересчур доверяет расхожим стереотипам, порой рискует не только разочароваться, но и проиграть материально.