Стратегия антитеррора: британский опыт

Многолетняя борьба как с Ирландской республиканской армией (ИРА), так и с исламистским экстремистским подпольем превратила Британию в мировой центр по разработке антитеррористических стратегий.

Для России важен и британский опыт по ликвидации последствий терактов в лондонском метро в 2005 году
Лондон, 7 июля 2005-го: из метро выносят убитых и раненых, сотни людей, зачастую в крови, непрерывным потоком выливаются из чрева подземки... Взрывы прогремели так же, как в Москве в 2010-м: в час пик, в 8.50 утра. Три бомбы, спрятанные в рюкзаках троих смертников, взорвались почти одновременно на трех разных линиях метро с промежутком 40–50 секунд. Четвертый смертник не смог пройти в метро Северной линии — она была закрыта, и чтобы взорвать себя синхронно с подельниками, сел в автобус. Четыре взрыва унесли 52 жизни (включая террористов — 56), более 700 человек были ранены. Террористами оказались молодые мусульмане от 18 до 30 лет — все подданные Соединенного Королевства. В отличие от московского метро лондонские взрывы произошли не на станциях, а на перегонах. Это значительно усложнило спасательные работы: спасателям приходилось прорубаться сквозь обрушенные своды туннеля, обломки арматуры и искореженные вагоны. На перегоне между станциями «Кингс-кросс» и «Рассел-сквер» они работали в узком туннеле на глубине 60 метров при температуре, доходящей до 60 градусов, в густой завесе пыли. Некоторые раненые ждали помощи до сорока минут...

Под контролем «Кобры»

Сразу же после взрывов по тревоге собрался правительственный совет по чрезвычайным ситуациям COBR (Cabinet Office Briefing Rooms, в просторечии «Кобра») — орган по координации работ всех служб, задействованных в спасательных работах и антитеррористических мероприятиях. В него входят премьер-министр, ключевые министры, представители армии, спецслужб, мэр Лондона. По сути, это командный пункт, снабженный всеми средствами коммуникации, откуда ведется руководство операциями по спасению людей и обеспечению национальной безопасности. Через считаные минуты после взрывов все линии лондонского метро были закрыты и пассажиры эвакуированы; одновременно было остановлено всё автобусное движение в центре столицы. В Лондон сразу же перебросили полторы тысячи полицейских из провинции. Все входы в метро весь день и несколько последующих дней охранялись вооруженными полицейскими. Информация в СМИ непрерывно поступала из специального подразделения британского МВД под названием RICU (аббревиатура английского «Исследование, информация и коммуникация»). Но основным информационным каналом служили прямые телетрансляции Би-Би-Си и ITV — включения шли без перерыва до семи часов вечера. Спутниковый канал Sky News вещал 24 часа в сутки без единой рекламы. Непрерывно демонстрировались жуткие кадры, снятые мобильными телефонами спасшихся пассажиров непосредственно с мест взрывов. Радио каждые 15 минут передавало сообщения своих корреспондентов. Единственная цензура, видимо, была введена «Коброй»: в первый час после теракта в сообщениях СМИ со ссылкой на правительственный источник говорилось о двух убитых и десятках раненых. Это было сделано, чтобы предотвратить панику.
Главным проколом в работе служб, задействованных в спасательных работах, как позднее выяснилось, оказались различные системы их радиотелефонов. У работавших под землей были трудности с телефонной связью с коллегами на поверхности. Связаться по мобильной связи, как и в Москве 29 марта, было и вовсе невозможно: в первые часы катастрофы все запертые в метро люди непрерывно звонили по телефону, сотовые линии оказались перегружены до предела.
Британские спецслужбы менее чем за сутки опознали личности террористов, выявили их связи, еще через два дня вышли на соучастников терактов, а также обнаружили в Лидсе лабораторию по изготовлению бомб. В ходе расследования были заслушаны 12 500 свидетельских показаний, обследовано 26 тыс. предметов, просмотрено 6 тыс. часов записей камер видеонаблюдения. А принятый новый антитеррористический закон расширил права полиции и службы безопасности, увеличив срок задержания подозреваемых в терроризме без предъявления обвинений до 28 дней.

Джонатан Айл, директор отдела исследований международной безопасности британского Королевского института объединенных служб, одного из главных разработчиков британской стратегии борьбы с терроризмом, ответил на вопросы The New Times

Какие шаги были предприняты после терактов 2005 года?
В лондонском метро установили новую компьютерную систему видеонаблюдения, способную сканировать и распознавать разыскиваемых преступников и подозреваемых террористов, а также фиксировать подозрительных людей и подозрительное поведение. Но и эта система не гарантирует стопроцентной безопасности. Поэтому была разработана специальная стратегия профилактики терроризма, включая работу спецслужб в мусульманской общине. Служба безопасности МИ-5 рекрутировала значительное число британцев азиатского и африканского происхождения — это здорово облегчило агентурную работу.

Как вы оцениваете действия российских властей 29 марта?
Меня очень удивило, что власти сразу же после первого теракта на станции «Лубянка» не остановили все линии московского метро и немедленно не эвакуировали всех пассажиров. Хорошо известно: в метро одиночных терактов практически не бывает, обычно это два, три и даже четыре взрыва, как это было в Лондоне. Уверен: если бы незамедлительно были закрыты все линии, жертв на станции «Парк культуры» было бы значительно меньше. Действия российского Министерства по чрезвычайным ситуациям по эвакуации людей выглядели вполне адекватно. Однако чувствовалось отсутствие координации работы спецслужб, СМИ и местных властей, ощущался явный хаос. Сразу же возникли вопросы относительно агентурной работы российских спецслужб. Конечно, ни в одной стране спецслужбы не способны обеспечить стопроцентную безопасность. И все же в Британии за последние пять лет были ликвидированы 4–5 обширных террористических сетей с помощью внутренней агентуры. Кстати, когда Владимир Путин был в Англии, ему показали в Лондоне наш центр по координации работы в чрезвычайных ситуациях и познакомили с британским опытом борьбы с терроризмом. Путин тогда сказал, что этот опыт его очень заинтересовал. Но похоже, он до сих пор так и не был востребован Москвой.

В 2003 году в Великобритании разработана специальная антитеррористическая стратегия под названием CONTEXT (Counter Terrorism Strategy). Она включает мероприятия по предотвращению терактов, противодействию рекрутированию террористов, минимизации ущерба от терактов в случае невозможности их предотвращения. Положения стратегии пересматриваются и обновляются ежегодно. Только в 2008/2009 финансовом году на реализацию «контекста» было израсходовано £140 млн из бюджетных средств. После терактов 2005 года британское МВД в рамках этой же стратегии в разных городах провело консультации с мусульманскими общинами, включая глав мечетей и Национальный совет имамов Великобритании, под лозунгом «Предотвратим терроризм вместе». В 2008–2009 годах правительство профинансировало 30 национальных проектов в рамках СONTEXT.
Кроме того, в 2003 году в стране был создан Объединенный центр анализа терроризма (Joint Terrоrism Analysis Centre), занимающийся сбором и анализом информации об активности террористических группировок в Британии и за рубежом. Центр расположен в штаб-квартире британской службы безопасности МИ-5 и работает с ней в тесном контакте. JTAC, в частности, ответствен за регулярную публикацию информации об уровне террористической угрозы в стране, который колеблется от «низкого» до «критического» (когда теракт может произойти в любую минуту). Уровень террористической угрозы в Великобритании на апрель 2010 года назван «серьезным», что означает: вероятность теракта очень высока.