Оригинал материала
Киргизия: дни безвластия
Репортаж из страны, где нет государства
Илья Барабанов
Бишкек—Ош— Джалал-Абад—Москва
В Бишкеке приспущены государственные флаги, идут похороны. 9 и 10 апреля были объявлены в Киргизии днями траура. У Музея изобразительных искусств, разгромленного в ночь с 7 на 8 апреля, лужа крови. Кто-то прямо в кровь положил два белых цветка. Рейс Москва—Бишкек был забит иностранными журналистами и... депутатами киргизского парламента. За несколько дней до переворота группа парламентариев вылетела в Санкт-Петербург на Парламентскую ассамблею стран СНГ. Домой депутаты возвращались растерянными, не понимая, в каком, собственно, качестве они летят домой: то ли еще депутаты, то ли уже нет, учитывая заявление новой власти о роспуске парламента.
Так теперь выглядят ворота на площади перед зданием правительства в Бишкеке
Аира улетела из Бишкека в командировку в Москву 5 апреля, за сутки до начала волнений в Таласе. «Тогда, сразу после взрывов в метро, было страшно к вам лететь, теперь — страшно домой возвращаться, — говорит Аира. — У вас взрывают, у нас стреляют». На вопрос, где она работает, Аира коротко отвечает: госслужащая. Ее зарплата чуть меньше $100. «Не воровала бы семья Бакиева, было бы все нормально, — вмешивается в разговор ее коллега. — Конвенцию о правах человека не соблюдал». «Конвенции, преференции, выучили умных слов, дураки, — обрывает его Аира. — А мне звонит в истерике сестра из Бишкека, у нее окна выходят прямо на площадь Ала-Тоо (площадь перед разгромленным зданием правительства. — The New Times), рассказывает, как людей убивают, и жалуется, что она за памперсами для ребенка сходить не может: те магазины, что еще не закрыты, уже разграблены».
Спустя дни после погромов столица Киргизии по-прежнему выглядит как город, переживший войну. Закрыты магазины и кафе. Щитами загорожены витрины супермаркетов. Приезжему человеку найти еду — проблема. Корреспонденту The New Times удалось обнаружить в центре города только одно работающее заведение общепита — грузинский ресторанчик.
С наступлением темноты служащие отелей тушат все люстры на первом этаже, чтобы не привлекать внимания мародеров, запирают двери и остаются на ночь дежурить в холле — на случай, если бандиты решат атаковать здание. Милиции нет, охранников тоже — город и люди предоставлены самим себе: одни грабят, другие от них защищаются.
Бишкек: безвластие
Власть в Киргизии сменилась, но власти как таковой в стране нет. Выгорело здание Генпрокуратуры, распущен парламент, по домам отсиживаются сотрудники налоговой службы, паспортных столов, финансовой полиции, Службы государственной охраны (СГО). Именно бывший руководитель СГО, брат свергнутого президента Жаныш Бакиев, как здесь утверждают, отдал приказ силовым структурам стрелять по митингующим на поражение.
Временное правительство заседает в здании Жогорку Кенеша (парламента). Окна в здании парламента выбиты, на парадной двери табличка «Вход с востока». С востока в здание пытаются попасть полторы сотни митингующих. Входные двери обороняют крепкие молодые люди с красными повязками на рукавах — активисты народной дружины, сформированной из добровольцев. «Кабинет министров проводит выездное заседание, потом (глава временного правительства) Роза Отунбаева появится в Минздраве, потом, может быть, будет пресс-конференция», — говорит, шагая по коридорам разгромленного парламента, пресс-секретарь временного правительства Авланбек. На дверях кабинетов наспех приклеены листки формата А4: «Иностранный отдел», «Похоронная комиссия». Кабинеты депутатов пустуют, бумаги и еженедельники раскиданы по полу. «Я тут помародерствовал немного, раздобыл в одном из кабинетов телефонный справочник с мобильными всех депутатов, — шутит один из журналистов. — Жаль только, 90% этих номеров уже не работают».
7 апреля, Бишкек: милиция и ее народ пошли стенка на стенку
«Обстановка стабилизировалась. Два дня она была неконтролируема, но сейчас все налаживается», — уверяет заместитель начальника ГУВД Бишкека по оперативной работе Торобек Азизов. Он, как и его начальник, глава ГУВД и комендант Бишкека полковник Малгобеков — ставленники уже временного правительства. Свергнутый президент отправил Азизова на пенсию, но в революционной ситуации его вернули в строй. Табличка с именем бывшего хозяина кабинета вырвана с корнем, в оконном стекле — дыра от брошенного кем-то камня, есть следы и от пуль — 8 апреля здание бишкекского ГУВД обстреляли неизвестные.
Сейчас во внутреннем дворе строится личный состав. В штатском. К милиции, признает Азизов, отношение у горожан после расстрела манифестантов резко отрицательное, поэтому выходить на улицы в форме просто опасно. По словам нового руководства ГУВД, тех, кто стрелял в людей, вскоре привлекут к уголовной ответственности, но пока «они с нами в одном строю».
Для разбора полетов внутри системы время еще не пришло: «Ряд офицеров не желает поддерживать новую власть, личный состав подавлен, многие не выходят на работу: при Бакиеве в руководящих органах МВД появилось множество выходцев с юга, теперь министерство ждет большая кадровая ротация». После этого перечисления в слова о том, что обстановка стабилизировалась, верится с большим трудом. На вопрос, возможны ли вооруженные столкновения между силовыми подразделениями, перешедшими на сторону новой власти, и теми, кто остался верен свергнутому президенту, Торобек Азизов осторожно отвечает: «Информации о конфликтах между силовыми структурами пока нет, но она в любой момент может появиться».
Ош: в ожидании бури
На жизнь второго по величине города страны Ош, расположенного на юге страны в 640 км от столицы (а юг — оплот свергнутого президента Бакиева), революция на первый взгляд никак не повлияла. Рынки, магазины и кафе работают в обычном режиме. «У нас богатый опыт после 1990 года, когда в городе были столкновения между киргизами и узбеками», — говорит мэр Оша Мелисбек Мырзакматов. Градоначальник рассказывает, что 9 апреля ему звонил президент Бакиев и искал помощи. «Я ему ответил, что не допущу кровопролития, — рассказывает Мырзакматов. — Президент задумался». Мэр Оша в отличие от большинства других руководителей удержался на своем посту после революции, хотя и числился среди сторонников Курманбека Бакиева. В Киргизии вопрос легитимности правителя, если нет времени провести выборы, решают старым, веками отработанным способом: народным собранием, курултаем. В Оше на курултай собралось около 2000 человек. Решение принимали криком — кого громче поддерживали, тот и победил. В результате мэр остался на своем посту, а губернатора ошское вече отправило в отставку.
8 апреля, Бишкек: мародеры грабят магазины
Может, из-за свершившейся кадровой рокировки или еще из-за чего, но обстановка в офисе губернатора намного напряженнее, чем в мэрии. В стеклянном предбаннике облправительства дежурит около десятка спецназовцев с автоматами и даже одним пулеметом. «Значит так, мужики, в здание никого не пропускаем. Лучше одна большая шишка останется на улице, чем непонятно кто — внутри, — инструктирует офицер подопечных. — А даже если шишку эту вы пропускаете, то всех помощников, телохранителей и прочих сопровождающих отправляйте ждать на крыльцо». Новый губернатор Кушбак Тезенбаев объясняет: днем раньше в городе были замечены группы людей, собиравшихся штурмовать здание правительства. «Были люди с оружием, молодежи раздавались деньги, — рассказывает губернатор. — Но нам с силовиками удалось взять ситуацию под контроль. Мы донесли до них прямо: все попытки Бакиева вернуться к власти будут жестко пресекаться, если кто-то пойдет на штурм — мы откроем огонь на поражение». Ну а плюс к этому от Оша до Джалал-Абада, куда бежал из Бишкека президент Бакиев, рукой подать — 60 км. Бакиев, по словам губернатора, прилетел в Ош в девять часов вечера 7 апреля, а отсюда перебрался в Джалал-Абад. Молодые ребята, стоящие на площади перед губернаторским зданием, подтверждают: на них выходили соратники Бакиева и предлагали поддержать президента: «Обещали кому 1000 сомов ($22), кому 5000 сомов ($110), — говорят они. — Но мы держим нейтралитет. Мы хотим порядка».
Бишкек: «Бакиев не вернется»
В возможность вооруженного конфликта между временным правительством и сторонниками Бакиева в Бишкеке, однако, не сильно верят. Хотя по городу все эти дни циркулируют слухи, будто с юга в столицу направляются автобусы и грузовики со сторонниками свергнутого президента. Корреспондент The New Times этих автобусов не обнаружил.
Но 9 апреля к разгромленному зданию правительства все равно вышло несколько тысяч человек. Одни — защищать достигнутое, другие — помянуть погибших. Люди собирались группами вокруг не смытых поливальными машинами луж крови, садились на корточки, поминая таким образом убитых. «Шансов вернуться к власти у Бакиева нет», — уверен Султан. Он, школьный учитель, пришел на площадь после уроков. Вокруг моментально собираются люди: «Да-да, Бакиев проиграл, но кто будет следующим президентом и станет ли при нем лучше?» Пять лет назад был свергнут предыдущий президент Аскар Акаев: «образованный, вечно поддакивающий, многое сделавший, но засидевшийся» — так о нем отзываются теперь. «Бакиев многое пообещал своим землякам с юга, но ничего для них так и не сделал, — считает Темирбек. — Они его, конечно, не сдадут, но даже южные регионы за него не поднимутся». Как и в Молдавии времен правления Владимира Воронина, наибольшее недовольство у жителей вызывает не фигура президента, а его сына — Максима Бакиева (в Молдавии — Олега Воронина). Руководитель Центрального агентства развития, инноваций и инвестиций (ЦАРИИ) Бакиев-младший, находящийся в эти дни в Вашингтоне, подчинял себе любой мало-мальски прибыльный бизнес в стране. На него возлагают ответственность за многократное повышение энерго- и теплотарифов; подконтрольные ему структуры монополизировали рынок мобильной связи республики, после чего даже не за звонок, а за любую попытку звонка с пользователя начали снимать по 60 тыйынов (в одном киргизском соме — 100 тыйынов, 44 сома — $1). На ограде у здания правительства даже появилась в какой-то момент растяжка «Грязным евреям и таким, как Максим (имеются в виду Максим Бакиев и его советник Евгений Гуревич. — The New Times, см. стр. 17), нет места в Кыргызстане». Ее, впрочем, быстро сняли.
«Расплачиваемся мы»
До 7 апреля Асамбек был относительно преуспевающим бизнесменом, владельцем обувного магазина. Относительно — потому что ровно 5 лет назад, после прошлой революции, он уже был на грани банкротства, когда мародеры разорили его бизнес. В ночь с 7 на 8 апреля 2010 года бандиты наведались в магазин Асамбека вновь. На этот раз он успел вывезти часть товара. Грабители просто пробили кирпичную стену и вынесли все, что смогли унести. Асамбек, оглядывая опустевшие полки, качает головой. Пробоину в стене только что заложили, цемент еще не застыл. «Власть меняется, режимы меняются, а расплачиваться за это нам, бизнесменам», — сетует он в разговоре с корреспондентом The New Times. Обувной магазин Асамбека находился на Киевской улице, по соседству с ним мародеры разгромили стоматологическую клинику и ассоциацию бодибилдинга. В Бишкеке активно формируются добровольные бригады. «Только в первый день работы в наши бригады записались 1500 человек, — говорит командир штаба народной дружины «Спартак» Айдарбек Керимков. — Мы не вооружены, не ввязываемся с ними в драки, нам звонят люди — мы выезжаем. Больше всего звонков к нам поступает из центра города, с южных окраин, отдаленных микрорайонов».
Объявление в витрине магазина: так бизнесмены защищаются от мародеров,
которых привлекают блестящие манекены
7 апреля, в день главных погромов, дотла сгорели здания Генпрокуратуры и финансовой полиции. У бывшего офиса прокуроров корреспондент The New Times встретил Аманкелди Курманова, из принадлежащего мэрии муниципального предприятия «Тазылык», которое занимается вывозом мусора и уборкой города. Аманкелди, молодой парень, помогает разборщикам завалов: городу надо как-то начинать жить. Видно, что парень пережил шок — рассказывает, как с крыш соседних зданий на его глазах по людям, собравшимся на площади перед правительством, «работали» снайперы: «Пять лет назад мы надеялись на лучшее, и тогда все обошлось почти без крови, сегодня мы тоже надеемся на лучшее, но в моргах десятки трупов… Что завтра... не знаю…»
Джалал-Абад: где Бакиев?
Свергнутый президент скрывается именно здесь, в столице родной ему области. Когда-то именно на юге республики его поддерживали активнее всего. Сейчас такой поддержкой Бакиев похвастаться не смог бы. «О себе он при власти позаботился, а о нас — нет», — говорит Орозоле, мастер по починке швейных машин. Орозоле — узбек, граница с Узбекистаном всего в нескольких километрах, и население города делится почти пополам — киргизов на пару процентов больше. Говорят, люди свергнутого президента пытались разжечь здесь межнациональные столкновения, но из этого ничего не вышло. Даже удивительно, насколько дружно в разных концах Киргизии, что в столице, в Бишкеке, что здесь, в его вотчине, не любят Бакиева.
Тем не менее дальнейшая его судьба — предмет постоянных обсуждений, причем часто в сочетании со словами «гражданская война». В рейсовом автобусе по дороге из Оша в Джалал-Абад между пассажирами на эту тему разгорелся двуязычный спор (с киргизского переходили на русский, апеллируя к корреспонденту The New Times, и обратно), «гражданская война» звучала, но в итоге сошлись на том, что за Бакиева жители юга уже не поднимутся. «Если бы его кто-то поддерживал, люди вышли бы на улицу, но никаких протестов же не было», — говорит губернатор Джалалабадской области Арсан Шакиров. А на вопрос, где скрывается Бакиев, отвечает, что местонахождение президента его не интересует. Начальник городского ГУВД Сапарбек Арсаналиев заявил The New Times, что его подчиненные ищут Бакиева. Цель? Арсаналиев говорит, что хочет лишь послать к Бакиеву аксакалов на переговоры: полномочий арестовать президента у него нет. Областной прокурор Абдураме Шарипаев сказал вашему корреспонденту, что даже в случае отречения Бакиева закон будет охранять главу государства от уголовного преследования.
Десятки погибших, сотни раненых — итог политики, которую выгнали из парламента на улицу
Как бы то ни было, Курманбек Бакиев после подавления беспорядков — главная проблема временного правительства Киргизии. На момент подписания номера в печать свергнутый народом президент пока так и не признал своего поражения и не сложил полномочий.
Ушли в Twitter
В роковые минуты авторитарный режим обычно перекрывает населению информационный кислород: вырубает телеканалы, глушит радио и мобильную связь. И тогда граждане, как за кислородную маску, хватаются за неподцензурные коммуникативные сети — это новейшая примета времени. Так было во время прошлогодних волнений в Иране. То же самое началось 6 апреля в Киргизии. Как оказалось, свой блог в Твиттере ведет даже Роза Отунбаева, возглавившая временное правительство Киргизии. The Nеw Times все эти дни следил за киргизским Твиттером
Айбек Баратов, Бишкек
http://twitter.com/aibekbaratov
Я на всякий пожарный начну расчехлять свою двуствольную «вертикалку». Хер пойми чего ждать от этой толпы. Надеюсь, применять не придется. Только бы мародерство не началось в огромных масштабах... ТОЛПА РИНУЛАСЬ в сторону БД!!! («Белого дома»: Дома правительства. — The New Times) Сейчас что-то будет! Несколько человек убили, выносят с площади. Стреляют в людей!!!
Евгений, Бишкек
http://twitter.com/llis456
Охрана президента Киргизии открыла стрельбу в аэропорту Манас.
Султан Омурзаков
http://twitter.com/SOmurzakov
Отец работает в аэропорту, сегодня остался, не выпустили, говорит всю площадку очистили, на старте стоит президентский Ту-154. В Кыргызстане сняли блокировки со всех сайтов! Но в 4 часа пополудни Мегаком отключил сотовую связь. Полностью!
Жомарт Амирханов,
Казахстан, Семей
http://twitter.com/zhomart
В Бишкеке разгромлен Музей изобразительных искусств имени Гапара Айтиева. Музей-то на фига трогать?!
[email protected], Киргизия
http://twitter.com/sam_des
Не выходите на улицу! Залпы явно автоматные! Кучка парней выехала из Иссык-Куля в Бишкек в полночь. Судя по крикам — грабить.
Мария Раснер
http://twitter.com/masharasner
Народ несет холодильники, стиральные машины, картины, микроволновки, колеса. Грузят на машины. Номера заклеены или их нет ваще. Под окнами проходят молодчики — с лыжами, палками, сноубордом... По всей видимости, пал близлежащий спортивный магазин. CNN, Евроньюс начинают новости с КР.
Анна, Киргизия
http://twitter.com/Lelik_krolik
Добровольцы-дружинники собираются около Октябрьского РОВД. Отличительный знак дружинников — белая повязка на правой руке.
Марат, Киргизия
http://twitter.com/maka_kg
Тут бесчинство полное! Идет бой за УВД Бишкека! Мля, ситуация выходит из под контроля! Ау, где армия?!? Писец, толпа снесла ОМОН, пару лет назад помню «черепашки» удачно отбились, но в этот раз... Штаты упорно держатся за Бакиева. Путин поддержал Отунбаеву, интересный георасклад.
Есть слухи, что АзияУниверсалБанк объявил себя банкротом. Это х...о, там депозиты Соцфонда были! Что удивляет, на юге власть сдалась мирно, поэтому утверждения, что юг за Бакиева — это чушь!!! Договоры о продаже «Северэлектро» и «Кыргызтелекома» аннулируются. Отлично! Нурбек прав! Революция должна быть внутри нас!
IndinVitaly:
Однозначно одно — Бакиевы несут ответственность за все жертвы последних дней!!! Ощущение = как будто какой-то фильм про вампиров, ждешь рассвета и безопасности! Я так понял что революция приходит почти неожиданно — как первый снег в ноябре. Где же новая власть? Может, пора уже проявить себя и остановить беспредел? Казалось бы, режим Бакиева — просто крепость, а развалился как спичечный домик! Одного снайпера (как выяснили, американец) убили. Затоптали толпой.
AzatKulbaev:
С Алматы сообщают. На Кордае у таможни огромное количество машин, выезжающих из Кыргызстана. Таксисты-мародеры, не хуже московских во время теракта: от БГУ до Ахунбаева-Советской 200 сомов, оттуда до МосСовета 400. Идиот Бакиев, неужели он не знал, что Отунбаева диссертацию писала по теме «военный коммунизм», где изложена ленинская революционная методика.
Перизат, Киргизия
http://twitter.com/ova_adan
Не хватило сил задержать мародеров, присоединяйтесь: октябрьское РОВД — «белая повязка». Дружина защитников Бишкека забрала 3 холодильника, 1 сканер, однако мародеры скрылись.
Роза Отунбаева
7 апреля возглавила временное правительство страны. В Киргизии ее называют
«госпожа чистые руки». Она родилась в 1950 году в Оше, на юге Киргизии. Окончила философский факультет и аспирантуру МГУ. В 1986 году стала заместителем председателя Совета министров Киргизской ССР, затем — министром иностранных дел. В 1989–1991 гг. работала в МИД СССР. После распада Советского Союза стала главой МИД независимой Киргизии в администрации президента Аскара Акаева. Занимала ту же должность в середине 1990-х, а также некоторое время после победы «тюльпановой революции» в 2005 году. В 1992–1994 гг. — посол Киргизии в США и Канаде, в 1997-м — в Великобритании и Северной Ирландии. Владеет помимо киргизского и русского английским, французским и немецким языками.