Раймон Кено "Последние дни"; Салман Рушди "Шаг за черту"

Раймон Кено

Последние дни

М.: Астрель; Аст, 2010

Один из первых романов французского классика Раймона Кено. Он был закончен в 1936 году, за 13 лет до знаменитой "Зази в метро". К моменту написания "Последних дней" Кено уже давно примкнул к сюрреалистам, но здесь это практически незаметно. Автора в самом ясном из его романов выдают разве что стилевые трели вроде "он ушел в задумчивости и в котелке".

Действие романа происходит в начале 1920-х годов, примерно тогда, когда сам Кено изучал в Сорбонне философию и математику. Действующие лица — группа веселых студентов, не отличающихся особой любовью к учебе, и группа старичков, доживающих свои последние дни. Все они — завсегдатаи кафе, официант которого, Альфред, открыл математический способ предсказывать будущее. Философ-самоучка, он любит порассуждать о том, что посетители кафе похожи на осенние листья, которых рано или поздно унесет ветром, или о том, что открытия Эйнштейна никому не нужны, потому что через 10 лет новое поколение также будет ходить в кафе пить кофе со сливками и относительность ничего не изменит.

Но ценен роман, конечно, не давно надоевшей парижской кафешной философией. Как многие современные ему модернисты, Кено пытался ухватить саму суть эпохи. Не шум улицы, как Деблин в Берлине, а шорох проходящей жизни. Где каждое бессмысленное повседневное брожение (что ели на обед, что читали, где гуляли) подкрепляется списком мировых новостей (подвиги горнорабочих, взрывы домашних печей, приход к власти Муссолини). Где в фокусе оказываются подсчет дневных трат (кофе-обед-табак-метро-ужин-газета), рассказы о пьянках и абортах. Кено хотел, наверное, посмеяться над пошлостью повседневности, но 70 лет спустя его роман воспринимается как замечательный документ давно ушедшего времени, манящий, словно старая фотография.

Салман Рушди

Шаг за черту

СПБ.: Амфора, 2010

Почти всякий британский писатель обязательно сотрудничает с газетами и журналами, и Рушди совсем не исключение. "Шаг за черту" — сборник его статей 1992-2002 годов, второй для Рушди, но первое издание его эссеистики на русском языке. Это отнюдь не второстепенная книга, хотя бы потому, что у газеты Guardian, куда обыкновенно писал Рушди, читателей не меньше, чем у самого лауреата "Букера Букеров". Не второстепенны эти эссе и для творчества Рушди, хотя его статьи совсем не похожи на романы. Например, потому, что ни в одном романе ему не удается быть настолько восхитительно кратким и емким.

Записки Рушди в книге разделены на три блока. Первый, "Эссе",— зарисовки на любимые темы Рушди: писательство, рок-музыка, Индия, футбол. Затем идут "Записки чумных лет" — того периода, когда автор оказался в заложниках фетвы аятоллы Хомейни и долгие годы прятался от исламских фанатиков. Третья часть — "Записки обозревателя" — продолжает и первую, и вторую: уже в чуть менее легкомысленном тоне писатель отзывается на политическую реальность своего времени. В наше время все есть культура, пишет он, и политика, и религия, и спорт, и садоводство. Поэтому реальность он старается оценивать как литературу, по Набокову объясняет трудности понимания культур ошибками перевода и вслед за Сьюзен Зонтаг осуждает превращение любой новости в мгновенную метафору, "в высшей степени эмоциональную, часто политически искаженную, неизбежно поверхностную". Но лучшее из его эссе — открывающая книгу статья "Из Канзаса", посвященная "Волшебнику страны Оз", вывод из которой вполне рифмуется со всем творчеством Рушди: хорошие люди чаще всего бывают ужасными волшебниками.

Выбор Лизы Биргер