Оригинал материала
Загнанная в уголь
Российская экономика может замедлить рост независимо от последствий аварии на "Распадской"
Авария на шахте «Распадская» в Кемеровской области, безусловно, окажет негативное влияние на состояние компании-владельца и металлургическую отрасль как главного потребителя этого угля (см. "Время новостей" от 12 мая). Но круги на воде могут затронуть и более широкие области экономики. Впрочем, опрошенные "Временем новостей" эксперты пока не торопятся делать далеко идущие выводы, полагая, что серьезных макроэкономических последствий удастся избежать, в том числе и административными методами. Правда, некоторые эксперты прогнозируют замедление темпов роста российской экономики в конце года, но по объективным причинам, не связанным с катастрофой на шахте.Напомним, «Распадская» -- крупнейшая угольная шахта в России. По официальным данным, годовое производство составляет около 8 млн тонн угля, и это примерно 10% от всего российского производства. Шахта составляет основной актив ОАО «Распадская», второго по величине производителя угля в России. ОАО, в свою очередь, контролируется в равных долях (по 40%, через офшорную компанию Corber Enterprises) менеджментом компании (совладельцы -- гендиректор Геннадий Козовой и председатель совета директоров Александр Вагин) и Evraz Group (одновременно является одним из ключевых потребителей «Распадской»), 20% акций находится в свободном обращении. Продукция шахты поставляется на основные металлургические предприятия России -- Магнитогорский и Новолипецкий металлургические комбинаты.
Основные потребители пока отмечают, что способны компенсировать недостачу собственными запасами, а также обратившись к другим производителям. Губернатор Кемеровской области Аман Тулеев был достаточно пессимистичен в своих оценках последствий аварии, говоря не только об ущербе для компании, но и для экономики в целом: «Мы посчитали: ущерб от разрушения зданий на поверхности составляет 700 млн руб., внутри шахты -- около 5 млрд руб. И эти цифры не окончательные».
Уже составлен план работ по восстановлению и график ввода в работу: «Примерно уйдет четыре месяца на первую часть шахты, еще четыре -- на вторую», -- сообщил губернатор. Что касается более глобальных и отдаленных последствий, то, по оценкам г-на Тулеева, шахта «Распадская» давала каждую пятую тонну коксующегося угля для всей металлургической промышленности страны: «Поэтому эта авария -- трагедия и для российской экономики в целом. На ней (шахте. -- Ред.) завязана практически вся металлургическая промышленность. Нужно думать, как теперь переделать всю эту работу по добыче угля», -- предупредил глава Кемеровской области.
Гендиректор компании Геннадий Козовой сообщил, что полное восстановление шахты может занять несколько лет. Но первое влияние на рынок будет заметно уже в этом году -- предложение, очевидно, сократится, что неизбежно вызовет рост цен. Вопрос лишь в том, как далеко зайдет этот рост и докатятся ли отголоски угольно-металлургических проблем до потребителей. Пока большинство экспертов сходятся во мнении, что конечные потребители все-таки не ощутят серьезных последствий.
«Проблемы у достаточно известного игрока на рынке вызовут затруднения по всей цепочке передела, частично отголоски дойдут и до потребителей. Конечные продавцы могут воспользоваться этим событием как поводом к повышению цен на самые элементарные товары, но вряд ли можно ожидать значительного роста цен -- скажется подавленный спрос в целом», -- полагает Елена Матросова, директор Центра макроэкономического прогнозирования компании «БДО Юникон». При этом, по мнению эксперта, в целом промышленное производство и ВВП если и ощутят на себе последствия аварии, это будет незаметно на фоне проседания всех основных показателей, ожидаемого в четвертом квартале. Это проседание, в свою очередь, будет связано с более высокой базой четвертого квартала прошлого года.
Главный экономист ФК «Уралсиб» Владимир Тихомиров полагает, что последствия от аварии будут умеренными как для угольной отрасли, так и для экономики в целом: «На мой взгляд, это не окажет серьезного влияния на основные макроэкономические показатели».
«Существует несколько вариантов развития событий вокруг «Распадской». При благоприятном варианте ущерб составит не очень большую сумму, и шахта в недалеком будущем сможет вновь «давать стране угля». При плохом варианте эту шахту придется затопить и закрыть. Но это чистой воды техногенная катастрофа, которая не повлияет на экономику, так как произойдет замещение недобытого угля с «Распадской» другими угольными мощностями. Поэтому витка инфляции это не спровоцирует»,-- считает финансовый директор фонда «Народная инициатива» Владимир Васин.
Юрий Васильев, генеральный директор консалтинговой группы «Аюдар», полагает, что с последствиями аварии, возможно, придется справляться и административными методами: «Это может привести к некоторому удорожанию цены на уголь. Но, с другой стороны, я думаю, что правительство, возможно, примет меры по недопущению роста цен на потребительские товары для населения -- например, может быть пересмотрена таможенная политика по импорту угля, чтобы снизить нагрузку на одну из основных отраслей -- металлургию».
«Уголь как таковой не играет существенной роли в ценообразовании, то есть удельный вес фактора стоимости на уголь в конечной стоимости товаров отображается весьма незначительно», -- согласен генеральный директор страховой группы «Межрегионгарант» Евгений Потапов. Эксперт полагает, что возможно незначительное повышение стоимости на уголь, но скорее всего оно не будет продолжительным, так как существуют определенные избыточные и незадействованные мощности по добыче угля, которые будут активизированы.