Уравнение с двумя известными

Избирательная кампания в Польше выходит на финишную прямую

Президентская гонка в пережившей небывалый траур Польше, по сути, выходит на финишную прямую: внеочередные выборы пройдут 20 июня. Хотя в официальном списке Госизбиркома 10 кандидатов, уже сейчас ясно: основная борьба развернется между выдвиженцем либеральной партии «Гражданская платформа», маршалом сейма Брониславом Коморовским и лидером польских консерваторов Ярославом Качиньским — родным братом погибшего Леха Качиньского. The New Times оценивал шансы обоих фаворитов

Согласно опросам, пройди выборы сейчас, Бронислав Коморовский (слева) уже в первом туре получил бы 50% голосов, Ярослав Качиньский (справа) — только 31%

До авиакатастрофы 10 апреля, в которой погибли президент Лех Качиньский, его жена Мария и многие представители польской политической и военной элиты, планировалось, что очередные выборы пройдут в Польше в середине октября этого года. С самого начала у экспертов не было сомнений: основная борьба развернется между либеральной «Гражданской платформой» (ГП), ныне «партией власти», и оппозиционной консервативной партией «Право и справедливость» (ПиС). Все ожидали, что первый список, как и в 2005 году, возглавит премьер Дональд Туск, второй — сам Лех Качиньский, основавший ПиС на пару с братом-близнецом Ярославом. Но жизнь внесла жесткие коррективы в эти расчеты. Туск еще в конце января объявил о неучастии в выборах, после чего либералы определили себе нового кандидата — Коморовского. Тот стал быстро набирать очки, опережая в рейтингах действующего президента. На социологических опросах их соперничество и окончилось... После того как в Польше прошли 9 дней траура по погибшим под Смоленском, при безоговорочной поддержке сопартийцев «продолжить миссию брата» взялся Ярослав Качиньский.

Известный польский эксперт в области политического маркетинга Эрик Мистевич, автор только что вышедшей книги «Анатомия власти», так обрисовал внеочередную президентскую кампанию в Польше: «Почетные комитеты, жены и дети кандидатов, шарики и поездки по стране, официальные сайты в интернете и даже предвыборные дебаты кандидатов — все это сейчас утратило свое значение… Кампания-2010 будет другой, во многом символической, трудной, требующей исключительной чуткости от всех — политиков, предвыборных штабистов, СМИ… Кампания, какой не было нигде в мире». Мистевич во многом оказался прав. Трагедия под Смоленском — не только вынужденный фон выборов-2010. Кто и как ее будет использовать — вот в чем еще один немаловажный вопрос.

Кто кого сломает Сочувствие к Ярославу Качиньскому дало о себе знать уже на этапе сбора подписей в его поддержку. Их итоговое количество оказалось рекордным: 1 млн 650 тыс.! Либералам за тот же отведенный регламентом 10-дневный срок удалось собрать вдвое меньше. Причем кандидат от ГП Коморовский отнесся к данному факту скорее с пониманием: «Нашим оппонентам из ПиС посодействовал всеобщий скорбный настрой». Напрашивается однозначный вывод: на этих выборах никакие политические программы, сколь бы привлекательно они ни выглядели, решающей роли не сыграют. Электорат будет наблюдать за психологической дуэлью двух личностей и терпеливо ждать, кто кого сломает.

Коморовский вступил в предвыборную борьбу, исполняя, согласно Конституции, обязанности президента Польши — вдобавок к нелегкой ноше маршала сейма. Но в этой ситуации были и заведомые плюсы. Коморовскому не требовалось менять свой имидж: начиная с 10 апреля он уже был живым воплощением политика, способного в минуты роковые принять на себя груз ответственности. Его «комитет поддержки» пестрит солидными именами: Лех Валенса, первый посткоммунистический премьер Польши Тадеуш Мазовецкий, нобелевская лауреатка поэтесса Вислава Шимборская, писатель Януш Гловацкий, профессор Станислав Лоренц, всего 160 известных в стране политиков, общественных деятелей, ученых, мастеров культуры, спортсменов. Возглавил комитет профессор Владислав Бартошевский, бывший узник Освенцима и экс-министр иностранных дел, заявивший, что будет поддерживать Коморовского «до последнего дыхания». При этом Бартошевский напомнил полякам не только о диссидентском прошлом кандидата, но и о том, что тот воспитал пятерых детей. Кстати, сторонники Ярослава Качиньского сочли данное напоминание «неучтивым» — ведь их кандидат одинок и бездетен. Не устроило сторонников Качиньского и резкое выступление Анджея Вайды, увидевшего в происходящем в стране признаки гражданской войны. В ответ режиссер разъяснил, что реагировал на высказывание одного из духовных лиц: мол, для Польши было бы лучше, если бы авиакатастрофа произошла 7 апреля, когда в Катынь летел премьер Туск.

Так или иначе, этот эпизод свидетельствует: трагедия под Смоленском остается в центре общественного внимания и служит поводом для политических спекуляций, в том числе на тему отношений с Москвой. Особенно в этом преуспели сторонники Качиньского. Они беспрестанно требуют от властей самостоятельно расследовать причины авиакатастрофы, подвергая сомнению непредвзятость российской стороны. С их подачи в общество вбрасываются версии в духе «теории заговора», включая умышленную и хорошо спланированную катастрофу. Похоже, консерваторы переборщили. Семьи погибших в авиакатастрофе 10 апреля, не выдержав информационного прессинга, опубликовали открытое письмо к политикам и журналистам с просьбой «не использовать смоленскую трагедию для реализации собственных политических целей, не присваивать себе нашу все еще свежую боль от потери самых близких людей».

Смена имиджа Вскоре после 10 апреля кандидат от ПиС Ярослав Качиньский на целый месяц исчез, на публике его нигде не было видно. Если и давал комментарии, то через посредников или в интернете. С чего бы? До трагедии под Смоленском рейтинг Качиньского был еще ниже, чем у брата, — предвыборный штаб ПиС не мог этого не учитывать. Кандидату надо было срочно менять имидж. Из конфликтного и несговорчивого он должен был превратиться в компромиссного и готового на сотрудничество политика. Ясно, что здесь требовалась передышка, пауза, тайм-аут.

Прежде всего надо было избавиться от ярлыка «русофоба». Консерваторы увидели: намерения либералов улучшать отношения с Москвой после авиакатастрофы неожиданно получили позитивное развитие — стало быть, они востребованы электоратом. Нужен был ответный ход. Момент представился 9 мая: Ярослав Качиньский выступил, опять же в интернете, с обращением к россиянам, в котором поблагодарил их за сочувствие и поддержку: «Поляки оценили это». Однако его слова о том, что «брат должен был быть в этот день (9 мая) на параде в Москве», показались неискренними. Ведь известно же, что Лех Качиньский так и не успел принять окончательного решения об участии в праздновании 65-летия Победы. Политтехнологи допустили промашку.

22 мая Ярослав Качиньский впервые после авиакатастрофы появился на встрече со своими сторонниками на Театральной площади в Варшаве — по сути, это был официальный старт его президентской кампании. Польша в тот момент отчаянно боролась со стихией: разрушительное наводнение отодвинуло на задний план подготовку к выборам, Туск и Коморовский отправились в поездку по наиболее пострадавшим регионам. Возникла даже угроза переноса выборов на осень в случае введения чрезвычайного положения. Штаб ПиС не растерялся и сделал наводнение главной стартовой темой кампании своего кандидата: было объявлено о благотворительном концерте и сборе средств в пользу пострадавших. При этом на Театральной площади бойко шла раздача газет и листовок со статьями, изобличающими сторонников Коморовского и высмеивающими стремление к польско-российскому примирению.

Первая поездка Качиньского по стране началась с посещения жителей села, один из которых, сняв шапку, демонстративно произнес, как молитву: «От воды, огня и Платформы («Гражданской платформы») спаси нас, Боже!..» Провозглашенную ранее кандидатами готовность вести кампанию в духе взаимного уважения, видимо, смыло вместе с весенним паводком.

Что дальше? Посмертная идеализация Леха Качиньского помогла его брату Ярославу, но не изменила уровень раздражения, которое тот вызывает у сограждан, пишет, анализируя ход предвыборной кампании, «Газета выборча»: 63% опрошенных поляков не скрывают по отношению к кандидату ПиС негативных эмоций. Согласно последнему социологическому опросу, пройди выборы сейчас, первый тур выиграл бы Бронислав Коморовский: за него проголосовали бы 50% избирателей, за Качиньского — только 31%. Результаты же второго тура — а он, если возникнет необходимость, пройдет 4 июля — были бы для лидера ПиС еще более плачевными: 66% к 34% в пользу маршала сейма.

Президент Польши избирается на пять лет и имеет право занимать высший государственный пост два срока подряд. Для победы уже в первом туре кандидату следует набрать более 50% голосов. Так выглядит список кандидатов на пост президента в порядке убывания рейтинга:

Бронислав Коморовский,

57 лет, по образованию историк, в прошлом деятель «Солидарности», был интернирован во время военного положения 1981 года, депутат сейма нескольких созывов, министр обороны в правительстве Ежи Бузека, нынешнего председателя Европарламента.

Ярослав Качиньский, 60 лет, депутат сейма, входил в руководство «Солидарности», был сенатором, возглавлял правительство. В ноябре 2007 года в результате поражения ПиС на выборах уступил пост премьера Дональду Туску.

Гжегож Наперальский, 36 лет, самый молодой участник президентской гонки, кандидат от Союза демократических левых сил, чей первоначальный кандидат экс-министр обороны и вице-спикер сейма Ежи Шмайдзиньский погиб в авиакатастрофе 10 апреля. По данным опросов, Наперальский набирает 6% голосов.

Анджей Олеховский, 62 года, экс-министр финансов и экс-глава МИД. Кандидат от Демократической партии, недавно возобновившей свою деятельность. У Олеховского 4% поддержки избирателей.

Вальдемар Павляк, 50 лет, вице-премьер, кандидат от Крестьянской партии — 2% сторонников. Остальные пять кандидатов не преодолели бы однопроцентного порога.