Хорошими делами прославиться нельзя

Фильмы 32-го ММКФ вне основного конкурса

«Реверс» (Борыс Ланкош, Польша, 2009, «Перспективы»). Действие происходит в 1952 году, незадолго до смерти Сталина. Редактор из варшавского издательства Сабинка (Агата Бузек) трудится во славу социалистической поэзии и очень хочет выйти замуж, в первую очередь для того, чтобы успокоить своих мать и бабушку. В конце концов подходящий кандидат находится -- это статный красавец в долгополом плаще, строгий и страстный, который... оказывается подставным агентом органов. Так что мелодрама стремительно превращается в криминальный фарс, который выруливает на скользкую от специфических химикатов тропинку, проторенную некогда «Уикендом у Берни», «Приключениями трупа» и «Механической сюитой». Фильм является одним из главных на сегодня польских фестивальных хитов и нравится очень и очень многим, хотя после знакомства с ним нельзя не признать, что кино это далеко не самое обаятельное в мире. Издевка над социалистическим прошлым заставляет вспомнить не самые лучшие картины Душана Макавеева (происходящие с главной героиней «мистерии организма» -- Сабинка вынуждена ежедневно перепрятывать в собственном желудке золотую монету, скрываемую от властей, -- относительно смешны лишь первые пару раз), криминальный сюжет кажется надуманным, а в плане стилизации под черно-белые «нуары» полувековой давности «Реверс» явно проигрывает очень похожему на него болгарскому «Дзифту», получившему на ММКФ приз за режиссуру два года назад. И выходит, что самым обаятельным героем фильма оказывается второстепенный бухгалтер (один из кандидатов на руку и сердце Сабинки), который, перебрав в гостях с наливкой, с хохотом выпрыгивает из-под стола, чтобы напугать гипотетическую тещу. Тем не менее фильм смотреть стоит -- в мировом киноконтексте он уже занял определенное место. Восхищаться необязательно, ознакомиться -- надо. («Октябрь», 22 июня, 21.00.)

«Гадкий я» (Пьер Коффин и Крис Рено, США, 2010, «Гала-премьеры»). Первым в истории ММКФ трехмерным мультфильмом оказалась абсолютно очаровательная комедия про злодея всепланетного масштаба Грю -- наследника всех безумных ученых и джеймсбондовских противников мирового кино, мизантропического миляги, на удивление неплохо для героя мультфильмов одевающегося, страдающего от психоаналитических комплексов, связанных с деспотичной мамашей, и поразительно (хотя и вряд ли сознательно) похожего внешне на Бориса Березовского. Для того чтобы сохранить статус-кво в злодейском мире, Грю собирается украсть ни много ни мало Луну, но на его пути к этой цели встает негодяй новой формации -- молодой да ранний Вектор (что-то вроде Билла Гейтса, помноженного на основателя «Фейсбука» Марка Цукерберга). Чтобы обойти Вектора, Грю вынужден усыновить троих девочек-сироток, которые и не подозревают, в чьи лапы им пришлось попасть, поэтому относятся к нему как к доброму папочке, -- и гранитный камушек в груди мегаломаньяка крошится, как кусок рафинада. Изобретательно, остроумно и на редкость симпатично, хотя, конечно, более далекого от привычного фестивального формата произведения придумать трудно. Хотя чисто кинематографических отсылок в картине предостаточно. (В широком прокате с 8 июля.)

«Ливан» (Шмуэль Маоз, Израиль--Франция--Германия, 2009, «8 1/2 фильмов»). В первый день первой ливанской войны, 6 июня 1982 года, а дата эта, к слову, с точки зрения нумерологии идеально раскладывается (6+6+(8--2) 6) на библейское «число зверя», танкист-срочник израильской армии, в прошлом заядлый кинолюбитель Шмуэль Маоз впервые убил человека -- «не по собственному желанию, не по приказу, а просто для самозащиты, повинуясь инстинкту». Почти тридцать лет спустя он снял об этом свой полнометражный дебют, который получил три приза в Венеции (в том числе «Золотого льва») и четыре награды израильской киноакадемии. Четверо двадцатилетних новобранцев -- и то, что кто-то из них командир, а кто-то подчиненный, совершенно неважно -- оказываются запертыми в железной коробке, которую называют то «телегой», то «носорогом», откуда связь с внешним миром осуществляется только через глазок ночного видения. И в танке этом совсем-совсем не глухо. Парадоксальным образом этот фильм -- и формально, и по духу -- перекликается с «Подводной лодкой» (1981) Вольфганга Петерсена, вошедшей в фестивальную ретроспективу «Война», еще одной сознательно клаустрофобической историей, где солдаты пытаются сохранить человеческий облик в совершенно неприспособленных для того условиях. Маоз не прошел мимо неизбежных соблазнов вроде чрезмерной символичности иных сцен (да и как избежать их, когда в перекрестье прицела попадают то развалины туристического агентства с висящими на стене плакатами, изображающими башни-близнецы, то маленькая арабская девочка), но в конце концов все-таки находит единственно верную интонацию, сходную с отчаянной танкистской песней времен совсем другой войны: «Вы меня простите -- это я им говорю: в следующей атаке обязательно сгорю». Любо, братцы, любо. («Октябрь», 22 июня, 19.45, и 26 июня, 18.00.)

Станислав Ф. РОСТОЦКИЙ