Оригинал материала
«Главная опасность — дефицит бюджета»
Главный экономист Всемирного банка по России — The New Times
Всемирный банк изменил прогноз основных макроэкономических показателей российской экономики на 2010 год. В только что опубликованном докладе банка говорится, что рост ВВП составит 4,5% — в марте банк прогнозировал рост 5–5,5%, а дефицит бюджета — 4,6% ВВП, тогда как в марте — 3%. Почему так? — об этом The New Times рассказал главный экономист Всемирного банка по России
Нефтедоллары не спасут
Но прогноз Минэкономразвития — 3,4%, то есть меньше, чем показываете вы. Ведомство Эльвиры Набиуллиной знает о перспективах нашей экономики что-то такое, чего не знаете вы?
Не думаю. Просто разные команды аналитиков дают разные прогнозы, основываясь на разных методиках. Наш прогноз основан на последних данных по росту российского ВВП в апреле и по некоторым индикаторам мая. А они демонстрируют лучшую динамику, чем в I квартале. Хотя если сравнивать эти цифры с апрелем-маем прошлого года, то надо учитывать эффект «низкой базы»: именно тогда ваша экономика провалилась в наибольшей степени. Значит, теперь ей легче чисто арифметически продемонстрировать подъем. Второе: реальный уровень доходов населения растет с начала года — он уже превысил докризисный. Соответственно, будет расти спрос и потребление. Уровень безработицы в России не такой большой, как ожидалось ранее. Наконец, ваша страна не имеет такой высокой внешней задолженности, как страны Западной Европы. Все эти факторы говорят о том, что у России есть возможность расти более высокими темпами, чем прогнозирует Минэкономразвития. Как будут использованы эти возможности — другой вопрос.
Всемирный банк повысил свой прогноз средней цены на нефть — до $78 за баррель в этом году и до $74 в следующем. Если прогноз сбудется, значит, снизится и дефицит бюджета?
Не факт. Увеличение бюджетных доходов из-за повышения цен на нефть, по-видимому, будет частично нивелировано дополнительными социальными расходами и индексациями пенсий. Напомню, что, согласно нашему мартовскому прогнозу, дефицит бюджета России по итогам года должен был составить 3% ВВП. А в следующем году ваш бюджет и вовсе должен был быть сбалансированным. Теперь нам ситуация видится более тревожной: дефицит бюджета РФ в 2010 году составит 4,6% ВВП, а в 2011-м — 3,8% ВВП. Для российской экономики остаются весьма чувствительными риски, связанные с высокой волатильностью цен на нефть и мировой конъюнктурой. Ведь если нефтяные цены понизятся, то ваш бюджетный дефицит увеличится. Правительству имеет смысл при формировании бюджета на 2011 год закладывать консервативный прогноз цены на нефть, чтобы обеспечивать бюджету «подушку безопасности» на случай неблагоприятных сюрпризов мировой конъюнктуры.
Президент Медведев на недавнем Петербургском экономическом форуме заявил, что сырьевая зависимость российской экономики после кризиса уменьшилась. Вы согласны с такой оценкой?
Я бы сказал, что диверсификация российской экономики остается главным вызовом для вашего правительства на ближайшую перспективу. Думаю, что президент это понимает и смысл его высказывания — показать, что диверсификация экономики — одна из основных задач модернизации.
„
Диверсификация российской экономики остается главным вызовом для вашего правительства на ближайшую перспективу
”
Свой прогноз российской инфляции на этот год ВБ оставил прежним — 7–8%. Минэкономразвития рассчитывает, что рост цен будет еще более медленным и уложится в 6–6,5%. Если получится, то это будет рекордно низкий результат за 20 лет реформ. Он достижим?
В своем прогнозе мы исходили из того, что прирост денежной массы в России происходит относительно медленными темпами и сохраняются ограничения в кредитовании юридических и физических лиц. Меньше денег в экономике — меньше возможностей для роста цен! Вместе с тем существуют риски повышения инфляции, связанные с возможным ослаблением бюджетной политики, в частности, в результате запланированной индексации пенсий.
С оглядкой на Европу
Может ли сказаться на российской экономике долговой кризис, который сейчас, с «подачи» Греции, разворачивается в Европе?
Скажем так: кризис долга в некоторых странах Западной Европы увеличивает риски, связанные с развитием российской экономики. Например, может сократиться приток иностранных инвестиций из этих стран или снизиться их спрос на вашу экспортную продукцию. Однако мы не ожидаем того, что долговой кризис в Старом Свете приведет к дефолтам греческой или какой-либо другой экономики. В то же время Россия имеет достаточно ограниченные связи со странами юга Европы, оказавшимися под ударом, — с точки зрения финансовых связей и оборотов внешней торговли. Поэтому мы думаем, что влияние европейского долгового кризиса на Россию будет ограничено.
Что нужно сделать, чтобы в Россию пришли иностранные инвестиции?
Надо учитывать, что посткризисный мир — это мир более дорогого капитала и более высокого уровня конкуренции между странами за его привлечение. Значит, чтобы обеспечить приток инвестиций, вашему правительству надо более активно работать над проведением структурных реформ, направленных на улучшение инвестиционного климата, усиление финансового сектора, улучшение качества инфраструктуры и институтов, повышение качества рабочей силы.
Вы назвали ряд рисков, которые существуют для нашей экономики. Какой из них вы считаете наиболее опасным?
Бюджетный дефицит. Вам нужно готовиться к его серьезному сокращению — прежде всего за счет урезания непроизводительных расходов и повышения эффективности всей бюджетной сферы.
Желько Богетич родился в 1960 году в Югославии. Гражданин Черногории. Более 18 лет проработал на различных должностях во Всемирном банке и Международном валютном фонде. В том числе в течение 10 лет занимался странами с переходной экономикой, такими как Болгария, Узбекистан, Беларусь и Таджикистан. Владеет не только родным сербскохорватским, но и английским, французским, русским и испанским языками. Получил степень доктора философии в области экономики в Университете штата Коннектикут (США).
«Мы втянулись в зависимость от нефти», — считает министр финансов Алексей Кудрин.
Ниже — его ответы на вопросы журналистов, данные во время брифинга, на котором побывал и The New Times
О мировых финансах
Сегодня, по всем оценкам, человечество обладает финансовыми ресурсами на $3 трлн меньше, чем до кризиса. Фондовые рынки потеряли четверть своей капитализации — $15 трлн. Общий объем дефицита бюджетов ведущих 20 стран мира вырос на 7,5%. По еврозоне суверенный долг превысит 100% ВВП к 2015 году. Если дефициты бюджетов сводить к нулю, это грозит сокращением мирового ВВП на 8–8,5%. Россия должна сверять свои шаги в финансовой политике по международной системе координат.
О ВВП
Сегодня ВВП России на 21% ниже, чем тот, на который правительство рассчитывало до кризиса, принимая свои среднесрочные программы, охватывающие 2010 год. А в следующем году этот разрыв с докризисными прогнозами вырастет до 24%. Даже если продолжится экономический рост теми темпами, которые мы прогнозируем, в этом году доходы бюджета будут на четверть ниже, чем было в 2008-м. Причем мы потеряем и нефтегазовые и ненефтегазовые доходы.
О прогнозах
Мы не должны исходить из сверхоптимистичных планов — только из консервативных прогнозов, и мы должны в дальнейшем учитывать циклический характер развития экономики. До сих пор мы исходили из идеи ее сплошного роста, а кризис нам напомнил о том, что экономика развивается по иным, циклическим правилам. А значит, нам надо и впредь создавать запас прочности в успешные времена, когда имеется профицит и расширение налоговой базы.
О дефиците бюджета
В этом году дефицит составит, по прогнозам правительства, 5,4% ВВП. Это серьезный вызов для нас. Мы планируем ликвидировать бюджетный дефицит к 2015 году. Для этого каждый последующий год мы рассчитываем его сокращать где-то на 1% ВВП. В связи с этим нам придется наращивать заимствования. Российский внешний долг, который сейчас составляет 8% ВВП (самый низкий показатель среди стран «двадцатки»), увеличится до 14% ВВП.
О сокращении расходов
Мы не должны поддаваться эйфории: мол, в начале года планировали дефицит 6,8%, а сейчас уже— 5,4%. Надо отдавать себе отчет, что это происходит не за счет усилий правительства, а за счет повышения цены на нефть (по сравнению с той, что мы прогнозировали в начале года) и в конечном счете за счет усиления нашей зависимости от нефтяной конъюнктуры. Правильнее измерять себя по ненефтегазовому дефициту (очищенному от нефтяных доходов и заимствований). В 2000 году он составлял 1,7%, в 2003‑м — 3,2%, в 2008-м — 6,5%, в 2009‑м —13,5%. В этом году он достигнет 13,7%. Эта динамика свидетельствует о том, что мы втянулись в зависимость от нефти и должны ее сокращать.
О пенсионных проблемах
Дефицит бюджета Пенсионного фонда РФ составляет 1 трлн рублей, и он будет покрываться за счет средств бюджета (что составляет 2% ВВП). На это накладываются усиливающиеся демографические проблемы. Сегодня у нас 128 работающих на 100 пенсионеров (для сравнения: в Европе, где тоже неблагоприятная демографическая ситуация, 150–160 на 100). К 2020 году будет уже 112 работающих на 100 пенсионеров, а к 2030 — 100 на 100. Это серьезный вызов: никакая пенсионная система такой нагрузки не выдержит. Значит, должна быть реформа социальных обязательств. Возраст выхода на пенсию нам неизбежно придется увеличивать, тем более что он у нас ниже, чем в большинстве других стран. Если возраст не поднимать, мы столкнемся с тем, что пенсия будет очень низкой.
Материал подготовил Дмитрий Докучаев