Дмитрий Медведев велел разработать стратегию, которая поможет Дальнему Востоку стать частью Азиатско-Тихоокеанского региона. Для этого он посоветовал местным властям работать с азиатскими инвесторами. Побывавший в Приморье незадолго до президента корреспондент "Власти" Александр Габуев увидел, как такая работа идет сейчас.

"Работа с нашими соседями на Дальнем Востоке — ресурс подъема собственной экономики. Этот шанс нужно использовать",— написал Дмитрий Медведев 2 июля в своем микроблоге Twitter. Эта же мысль стала главной на совещании по развитию российского Дальнего Востока и сотрудничеству с Азиатско-Тихоокеанским регионом (АТР), которое президент провел в Хабаровске. На нем Медведев заявил, что регион должен активнее интегрироваться в АТР. "Сюда перемещается не только центр глобального экономического развития, но и центр политического взаимодействия,— сказал президент.— В 2010 году в среднем по региону ожидается прирост ВВП на уровне 7%. Можете сравнить с Европой". Сравнивать эти результаты с Россией, где в прошлом году ВВП упал почти на 8%, Дмитрий Медведев тактично не стал.

Вообще-то судьба Дальнего Востока волнует российских чиновников не очень часто. Например, в тот же Хабаровск до нынешней поездки президент последний раз приезжал в мае прошлого года на саммит Россия--ЕС, место выбрали специально, чтобы, по словам Медведева, дать европейцам "почувствовать величие России". А, например, в Якутии он пока не был ни разу. Другие федеральные чиновники на Дальний Восток тоже выбираются редко.

Нынешний внезапный всплеск заботы о регионе президент объяснил тем, что его показатели ухудшились из-за кризиса. "Сократился объем производства, у каждого пятого жителя доходы ниже прожиточного минимума. Большинство территорий округа по-прежнему дотационные. Доля инновационной продукции в округе — всего один процент, даже меньше,— сказал Медведев.— За 20 лет население округа сократилось на четверть".

Выход президент увидел в интеграции Дальнего Востока в АТР. Для этого, по его словам, Россия должна учиться у соседей: "Важно использовать опыт по формированию благоприятного инвестиционного климата и созданию особых экономических зон. Нужно предоставлять современные банковские, логистические, консалтинговые и информационные услуги". По итогам совещания Медведев поручил правительству до конца года разработать стратегию по укреплению позиций России в АТР.

Правда, полгода назад, в декабре 2009 года правительство РФ уже утвердило Стратегию социально-экономического развития Дальнего Востока до 2025 года. Однако, как поясняет собеседник "Власти" в аппарате правительства, теперь этот документ Москву не вполне устраивает — об интеграции в АТР в нем говорится слишком мало. "За прошедший год всем стало понятно, что собственными силами мы этот регион не вытянем",— объясняет собеседник "Власти" необходимость новой программы. "Надо использовать соседство с Китаем, Японией и Южной Кореей для получения максимальной выгоды,— соглашается с ним дипломат, работающий на азиатском направлении.— Надо работать с инвесторами и вообще повернуться к Азии лицом, а не тем, чем раньше".

В том, как непросто будет реализовать пожелания Медведева, я убедился лично, побывав в Приморье всего за месяц до президента. Во Владивосток тогда приехала первая в истории делегация инвесторов из Гонконга — как раз таких, на помощь которых он так рассчитывает.

В Россию их позвал вице-премьер и министр финансов РФ Алексей Кудрин. В январе 2009 года в Гонконге проходил Азиатский финансовый форум, на котором Кудрин и предложил своему гонконгскому коллеге Джону Цану встретиться во Владивостоке. Кудрин живо рассказывал, что у России на этот регион большие планы, там огромный потенциал для инвестиций, а местные власти принимают азиатских бизнесменов с распростертыми объятиями. Джон Цан воспринял предложение коллеги всерьез. Аппарат министра начал наводить справки, кому из бизнесменов интересен российский Дальний Восток. Желающих неожиданно набралось немало, и гонконгский совет по развитию и торговле собрал делегацию из 30 человек. Изучив список делегации и покопавшись в интернете, я понял, что под управлением этих людей находится не менее $100 млрд активов.

Радушие российских властей и желание работать с инвесторами из Азии гости оценили сразу по прибытию. Началось с того, что министр Кудрин, собственно и заваривший эту кашу, во Владивосток не приехал. Бизнесмены во главе с министром Цаном всеми силами старались скрыть свой шок.

Однако еще больший шок испытали российские чиновники, увидев своих гостей: обещанные им миллиардеры прибыли не на частных самолетах, а на обычном автобусе из соседнего Китая как какая-нибудь группа туристов. Выглядели они тоже под стать туристам: все без охраны, в самых простых часах, одеты подчеркнуто скромно и на российских олигархов совсем не похожи.

В январе 2009 года министр финансов РФ Алексей Кудрин предложил своему гонконгскому коллеге Джону Цану встретиться во Владивостоке, но на встречу почему-то не явился
Фото: AP

Например, в группе был наследник огромной промышленной империи, созданной британской семьей Свайеров в конце XVIII века. Сейчас группа John Swire&Sons владеет двумя авиакомпаниями, является дистрибутором Coca Cola в Азии, на нее трудятся 120 тыс. человек по всему миру. Но в похожем на Гарри Поттера худощавом молодом человеке, скромно раздававшем визитки с надписью "Сэм Свайер, генеральный менеджер по Китаю авиакомпании Cathay Pacific", наследника семьи опознать было сложно. В Гонконге вообще так принято: все миллиардеры и так знают, сколько у кого денег, поэтому даже самый богатый житель города входящий в десятку Forbes Ли Цзячэн с активами в $21,3 млрд не старается подчеркнуть свой статус дорогими аксессуарами и носит дешевенькие часы Seiko.

Принимавшие гостей российские чиновники, сочтя гостей людьми простыми и не заслуживающими чрезмерного внимания, на встречах то и дело поглядывали на свои дорогие наручные часы. Лишь губернатор Сергей Дарькин, уделивший гонконгцам целый вечер, вынес им пару бутылок французского вина урожая 1980-х годов, купленного, кстати, все в том же Гонконге. Правда, на всех гостей этого вина не хватило.

Каждая встреча с бизнесменами начиналась с рассказа чиновников о том, что регион очень привлекателен для инвестиций. В подтверждение они начинали сыпать цифрами бюджетных ассигнований из Москвы: только в 2010-2013 годах в рамках целевых программ в регион будет направлено 367 млрд рублей. "Такие бюджетные вливания являются гарантией развития и инвестиционной привлекательности",— объясняли гостям. А затем включали какой-нибудь ролик, снятый для комиссий из Москвы. Разумеется, ролики были на русском. Гонконгские бизнесмены сначала озирались по сторонам в поисках перевода, затем, отчаявшись, принимались с каменным видом смотреть в экран.

Большинство роликов, которые показывают в чиновничьих кабинетах, посвящены тому, что во Владивостоке в 2012 году пройдет саммит ключевой организации всего АТР — Азиатско-Тихоокеанского форума экономического сотрудничества (АТЭС). Идею провести этот форум именно во Владивостоке еще в 2007 году выдвинул Владимир Путин. Власти пообещали построить объекты для саммита на острове Русский, соединив его с материком красивым мостом. На экране больших мониторов в чиновничьих кабинетах стройка выглядит завораживающе. Сначала появляется пейзаж острова Русский. Затем, как по волшебству, над берегами начинают расти исполинские колонны, еще через несколько секунд между ними вырастает мост, а потом весь остров обрастает красивыми зданиями из стекла и бетона. "И все это будет построено всего за два года!"-- с восторгом объявляют чиновники.

— А что там будет после саммита?-- осторожно спрашивает один из бизнесменов.

— После саммита все здания будут переданы Дальневосточному федеральному университету, который станет главным инновационным центром всего региона! — с готовностью отвечает чиновник.— На эти цели бюджет в ближайшие 30 лет может потратить до $100 млрд!

Эта цифра заставляет гонконгцев вздрогнуть и удивленно переглянуться. Один из них недоуменно шепчет мне на ухо: "Да за такие деньги можно открыть пять университетов мирового класса. Наверное, Россия очень богатая страна".

Меж тем чиновник уже рассказывает, что в университете сначала будут обучаться 12 тыс. студентов, а к середине века — все 40 тыс. Причем значительная часть будет иностранцами.

— Молодые люди из Японии, Китая и Южной Кореи смогут выбрать качественное российское образование, которое откроет перед ними перспективы в жизни,— заявляет он.

Почему молодые японцы и южнокорейцы поедут учиться во Владивосток, инвесторы уже не спрашивают. На следующий день, пообщавшись с местными, я узнаю, что сейчас на Дальнем Востоке наблюдается ровно противоположная тенденция — многие амбициозные молодые люди уезжают учиться к соседям. Активнее всего едут Китай, где власти вкладывают огромные средства в переоборудование вузов, покупают новые книги и поднимают зарплаты преподавателям.

— Платить за обучение в Китае надо намного меньше, знания дают лучше, а шансов найти работу больше,— потихоньку рассказывает мне один из сопровождающих группу, отправивший сына в Китай и сам мечтающий перебраться туда к пенсии.— Тут остаются либо настоящие патриоты, либо лузеры.

Когда я пересказываю презентацию чиновников приятелю, преподающему китайский в Дальневосточном госуниверситете, он начинает мечтать вслух о том, как было бы здорово, если бы хоть $100 млн перепало уже построенному университету.

— И книги можно было бы покупать каждый год, и соцопросы проводить, и на конференции ездить, и не жить на 10 тыс. рублей в месяц,— говорит он.— Но все это неинновационно.

Сравнить реальный Русский с тем, который существует в чиновничьих видеороликах, я смог, отправившись туда с гонконгцами. Вдоль разбитой дороги, ведущей на стройплощадку, виднеются остатки полуразвалившихся пятиэтажек и жалкие хибары, слепленные из подручных материалов. Там до сих пор живут люди: Русский был военной территорией, и прописанные на острове члены семей моряков в 1990-е не могли продать свое жилье и уехать оттуда.

Сама стройплощадка представляет собой нагромождение бетонных блоков. Из некоторых уже составлены скелеты будущих зданий, другие навалены неподалеку. Посреди грязи воткнуты стенды, на которых изображено будущее великолепие.

Мы посещали остров в будний день, около полудня. Однако на стройке с ленцой возились с десяток рабочих среднеазиатской наружности.

— Обходимся своими трудовыми ресурсами! Все свои — киргизы, таджики, русские, есть даже один мексиканец. А китайцев у нас нет! — громко говорит один из сопровождающих, но тут же добавляет уже потише.— Но как сроки начнем заваливать, без китайцев — никуда.

Китайцы на стройке, похоже, могут появиться уже скоро — об этом говорит состояние многих объектов. Чудо-моста, который свяжет Русский с большой землей, пока нет. На фоне моря чернеют лишь недостроенные гигантские столбы. Гонконгские бизнесмены хмуро посматривают по сторонам и качают головами.

— Думаешь, успеют? — тихо спрашивает меня один.

— Конечно, успеем,— вступает в разговор сопровождающий. Но потом добавляет уже по-русски.— Вообще-то для стройки нужны такие конструкции, которые делают всего пара заводов в мире. Но там заказов уже на пару лет вперед, так что обходимся своими технологиями.

— А не рухнет мост, на отечественных-то технологиях?

— Не должен вроде.

Дальневосточная хитрость