Выксунский район: пепелища и огнеборцы

Ситуация с лесными пожарами в России остается крайне тревожной. В Выксунском районе Нижегородской области сгорело 11 сел. Только по официальным данным погиб 21 человек. Число пропавших без вести пока неизвестно. Подробности - в репортаже специального корреспондента РС.

Шарнавка, Верхняя Верея, Семилово, Красный Бакин, Тамболес, Борковка, поселок Рожновский, Мирный – этих населенных пунктов в Нижегородской области больше нет. Они в одночасье сгорели несколько дней назад, когда пожар, охвативший леса Нижегородской области, перекинулся на дома. Огонь пощадил единичные дома. Спасшиеся жители – более тысячи человек - живут у родственников, в оздоровительном лагере, а также в школе города Выкса.

Пострадавшая семья из Борковки до сих пор не оправилась от шока:

- Тут разом все. У нас как были ворота. И тут искры сыпались, и там. Все почернело, потемнело, как ночью все сделалось. Когда верховой огонь несся, от него еще посветлее как-то становилось.

- Все растрескалось. Кирпич от огня... Тут тоже все построено было. Вон, посмотрите на вареные помидоры – на грядке лежат.

- Кот приполз через три дня, опалил усы и лапы. Не ходит почти, в гараже лежит…

Стены у гаража шатаются, показывает житель погорелова дома Иннокентий Васильевич: "Соседи вон двери срывают с гаража – в металлолом сдать. Больше-то ничего не возьмешь…"

Семья сейчас разместилась у родственников. За компенсацией в 10 тысяч рублей, которую выдают в офисе партии "Единая Россия", не ходили – не до этого. Семья была прописана в другом месте, переживает Иннокентий Васильевич.

Деревня Верхняя Верея, уже давно почему-то прозванная "Гибловкой", сгорела до тла 29 июля. Жители видели, что горит лес, но надеялись, что пожарные справятся. Верховой пожар подступал все ближе и, по рассказам очевидцев, ветер внезапно оторвал огненный шар и погнал его к деревне. Эвакуировались все, кто мог, в том числе пожарные.

Сегодня многие возвращаются на пепелище в надежде найти какую-то утварь. Среди них житель Верхней Вереи Геннадий Бойнов.

- Вам говорили заранее уезжать, или все внезапно случилось?

- Внезапно. Мы все ждали, горел лес - может, затушат. А вдруг - как бухнет здесь. Давай с женой бежать. До пригорка, бегом. Она еще бежала медленно, задыхалась, а я ее подгонял. Кое-как успели.

- А сейчас где живете?

- Живем пока на лесозаводе. Как-нибудь… Все погорело. Мотоцикл... Да все погорело. Телевизор. Холодильник вынес туда, сгорел. Может, что и построят.

- Обещают к холодам построить новые дома. Вы верите?

- Обещают. Верю вроде. Путин сказал. Если только ему вредители на местах не помешают.

Геннадий Бойнов говорит, что тоже собирает металлом. Гаечные ключи собирается отчистить и использовать в новом хозяйстве. Но главное - попрощаться со своим домом. Местные власти пообещали построить жилье к ноябрю. Рядом уже начала работать специальная техника, разбирать обгоревшие кирпичи.

В то же время в Верхней Верее ведутся следственные действия. Прокуратура ищет останки погибших. Через три дома от Геннадия Бойнова были найдены фрагменты костей. Они уместились в маленький конверт формата А4. На вопрос, много ли еще подобных находок, инспекторы отвечают уклончиво: "Да, бывает".

Официально во всем Выксунском районе на пожарах погиб 21 человек. Сколько всего пропавших без вести на пожарах, местные власти не говорят, огранившись признанием их наличия Местные жители считают, что в каждой деревне сгорело по нескольку десятков человек. Говорит житель села Ризадеево Андрей Горелов:

- Борковки нет - у меня там столько друзей сгорело. Я до половины дозвониться не могу. Их считают сейчас без вести пропавшими. Они не без вести пропавшие, они действительно там сгорели. Приезжает мой свояк, говорит: там фундамент расслоился, там нет даже уголька, потому что там пепел. Какие там могут быть обнаружены кости или еще что-то? Как допустили такое? Неужели никто не ответит?

К селу Ризадеево вплотную подходит лес. На окраине деревья вырублены. Местные жители пытались обезапасить себя от источника опасности. За "незаконную рубку" пришлось даже объясняться в прокуратуре. До того, как было введено чрезвычайное положение. Огонь локализован, уверяет главное управление МЧС по Нижегородской области.

Около восьми часов вечера Андрей Горелов с друзьями садится в "Ниву". Вместе едем в лес. Километра через четыре траву сменяет пепел. Кое-где языки пламени - не больше метра. "Это еще не пожар", - уверяет Андрей Горелов, черпая песок из выкопанной ямки. "Если сильно дымно станет, в яму голову можно сунуть", - говорит.

Андрей Горелов отработал в лесничестве восемь лет. Сейчас он из лесников ушел, но когда началась беда, прежний опыт пригодился:

- Ночные дежурства мы устраиваем уже месяца два с половиной, с тех пор как 2 мая у нас начались пожары. Мне обидно, что Заторский - это наш лесничий главный - ничего не сделал, чтобы остановить пожар. Вы спросите: когда он запретил заготовку леса и направил людей на тушение пожаров? Когда уже сгорело Семилово, когда деревни начали гореть, только тогда. Нельзя так, просто нельзя. До последнего работают, работают, заготавливают, вывозят лес. А ведь у Заторского госконтракты на тушение пожара, он же должен это все тушить. Он должен все свои средства направлять на тушение пожаров, а не на заготовку леса. Раньше, когда я работал мастером в лесничестве, у нас бывало и по восемь пожаров в день. Но до такого не доводили никогда. Очаги вовремя окапывали, следили, бывало, целый день дежурили, постоянно поливали... И листовки среди населения разбрасывали, всякое бывало. Сейчас же ничего этого нет. В Ризадеевском лесничестве было человек тридцать. А сейчас, после реформы, осталось два...

Руководитель Выксунского лесхоза Константин Заторский от комментариев отказался, сославшись на то, что занят на тушении пожаров.

Одна из очевидцев пожара вспоминает, что пожарная техника появилась в городе только после визита премьер-министра Владимира Путина, на следующий день после того, как сгорели деревни:

- Мы видели, как уже прямо к дороге, в районе полутора километров от Тамболеса придвигается стена огня. Она двигалась так быстро... Мы фотографируем, и прямо на глазах огонь идет на тебя. Мы разговариваем с людьми. Предприниматель поставил лесопилку, помогает, деревья валит, песок подвозит... Мы подсыпаем песком, чтобы никуда не перекинулся. И вдруг смотрим - со стороны Верхней Вереи темнота наступает. Там расстояние 6 км. Через 3-4 минуты мы там были. Там уже абсолютная ночь. Все летит... пепел. Огонь километров 5 вверх. И все стеной на деревню идет. Бабулечка, бедняга, идет, ковыляет с палочкой. Им два дня назад предлагали эвакуироваться. Никто не хочет уходить от своих домов. От домов отрывают прямо. Просто ужас. Начинаем заезжать в город, у нас в городе та же самая чернота, что была в Гибловке. Ощущение было, что горит весь город. Паника страшнейшая. Машины просто в пробках. Куда все ехали, совершенно непонятно - кто-то в деревни, надеясь что-то еще спасти, кто-то ехал оттуда. Гаишники бедные орали благим матом: "Все назад!".

Ну, а на следующий день стало известно, что к нам едет Путин. В общем, все ждали Путина, поплакали. Ну, Путин сказал - и всё зашевелилось. Техника пришла, Шойгу самолеты дал, вертолеты дал, людей дали. Хотя губернатор Валерий Шанцев заявляет: да, нам дали технику, но нам ее не хватает. Не потушили до конца даже сейчас. Очаги постоянно есть.

Как сообщило 5 августа ГУ МЧС по Нижегородской области, в Выксунском районе сгорело 57 тысяч гектаров леса из 139. Как утверждают лесники, выгорело больше половины леса. За прошедшие сутки количество очагов природных пожаров не увеличилось, а один населенный пункт удалось отстоять у огня, уточняет МЧС 6 августа. С пожарами борются все – местные пожарные, их коллеги из ближайших регионов, а также из Башкирии, пожарные парашютисты из Иркутской области, военные – всего несколько сотен человек.

В МЧС признают 4 действующих пожара, остальные, по сообщениям ведомства 6 августа, локализованы. Локализованными называют низовые пожары, которые продолжают тлеть. Местные жители, добровольцы, которые сами вызвались охранять локализованные пожары, называют огонь высотой в два метра "зажигалками" – мол, это еще не пожар.

В Выксунском районе организовано настоящее ополчение – в опасных местах через каждые сто метров дежурят люди с лопатами, садовыми опрыскивателями и бензопилами. Пилами валят деревья, которые при пожаре могут упасть на линии электропередач.

Металлопрокатный завод Выксы ежедневно отправляет на тушение пожаров десятки рабочих. Но многие добровольцы взяли отпуск за свой счет. Среди них те, кто называет себя "жителями крайней улицы Выксы" - не дай бог, снова подует ветер и снова начнут гореть дома. Рассказывает доброволец, житель окраинного района Выксы по имени Павел:

- Мы приезжаем сюда, в лес, утром. Прошлую ночь дежурили здесь ребята. Съездим за пожаркой - если пожар. А здесь каждый день новые очаги - то там, то здесь. Сидим, чтобы вот это не разгорелось (показывает на огонь). Потихоньку бегаем, тушим там, здесь...

Заметив высокий огонь, Павел и его товарищи побежали к Ризадеево. Бегом, потому что рация у пожарных сломалась, а расстояние не очень большое - километра четыре. Едва пожарные приехали и полили из брандсбойта огонь, как он стал вспыхивать вновь. Но это уже ерунда - потушили без пожарных, пульверизаторами. На вопрос, верят ли добровольцы властям, которые заявляют, что контролируют ситуацию, огнеборцы заявляют: "Власти – нет. Мы – да. Лесничие говорят, что полностью пожар затушит только дождь, МЧСники грустно шутят, что "здесь ничего не кончится до осени".