Оригинал материала
"Она утонула". – Почему?
По-прежнему бытуют опровергнутые и морскими экспертами, и материалами следствия версии о торпедировании "Курска" американской субмариной или об их непреднамеренном столкновении. Есть высказывания и "круче": находятся такие, кто рассуждает о столкновении "Курска" с НЛО или обвиняет в гибели лодки… китайцев. Есть и такие, кто присылает списки "виноватых". Это, как правило, имена госчиновников, лично насоливших автору или так им воспринимаемых. Несомненно, что значительная часть ответов основана на информационном "винегрете", бестолково почерпнутом из Интернета.
Между тем, о трагедии "Курска" написаны уже десятки книг, в которых содержится и информация из засекреченных после завершения следствия экспертиз и документов. Казалось бы, читайте, анализируйте, делайте на основании этого выводы… Но еще Пушкин заметил: "мы ленивы и нелюбопытны". Принцип многих бойких рассуждателей о гибели "Курска" - самодеятельных знатоков новейшей истории - прост: то, что не "загугливается", того не существует! (А, к сожалению, не все, опубликованное о "Курске", можно найти в Интернете.) Ну, а кроме того, конспирологический миф для многих соблазнительнее и предпочтительнее усилий по трезвому осмыслению уже известного. Так сказка делается "былью"…
Сегодняшний гость нашей программы отнюдь не сказочник. Адвокат Борис Аврамович Кузнецов – один из наиболее осведомленных по делу о гибели "Курска" людей.
В качестве адвоката Кузнецов обратил на себя внимание российской общественности давно, представляя в судах интересы людей, заметных на российской политической и общественной сцене. В частности, бывшего генерала КГБ Олега Калугина, коммерсанта Артема Тарасова, актера Георгия Юматова, вице-премьера Владимира Шумейко, шпиона и писателя Михаила Любимова, актера Валентина Гафта, Галины Старовойтовой и партии "ДемРоссия", обвиненного в государственной измене ученого Игоря Сутягина и многих других. В 2001-2005 годах Кузнецов представлял интересы родственников погибших в 2000 году на атомной подводной лодке "Курск" подводников. При помощи Кузнецова родственники погибших моряков попытались доказать, что некоторые члены экипажа АПЛ оставались живы после аварии не менее двух суток, а спасательные работы начались не через 8 часов после взрыва торпеды, как утверждали представители власти, но значительно позже. Отведенная Кузнецову роль позволила ему в числе немногих обстоятельно ознакомиться с материалами следствия по делу "Курска". Именно поэтому к тому, что он рассказал мне в канун 10-летия гибели "Курска", стоит особенно прислушаться.
- Борис, давайте начнем с результатов следствия. Оно ведь почти год длилось?
Борис Кузнецов: В 2002 году, летом, было закончено следствие по делу "Курска". И следствие пришло к гибели, что причина гибели – это нештатная ситуация с перекисно-водородной торпедой, которая находилась в четвертом торпедном аппарате и которой "Курск" должен был стрелять, опять же условно, по группировке, в которую входил наш авианосец "Адмирал Кузнецов", тяжелая атомный ракетный крейсер "Петр Великий", ну и там еще была группировка кораблей и судов, которые сопровождали флагман Северного флота. Произошла утечка пероксида водорода из резервуара торпеды, которая вытекла из торпедного аппарата, воспламенилась, поскольку это очень сильно воспламеняющееся вещество, огонь обратным ходом подошел в торпедный аппарат, и произошел первый взрыв, где взорвался окислитель, и горючее – керосин. Возник пожар. Температура была, по разным оценкам, от 3 до 5 тысяч градусов. В результате пожара, который продолжался 2 минуты 15 секунд, произошла детонация части боезапаса, и в результате этого погиб корабль, и одномоментно погибла большая часть экипажа. Вот эти факты были установлены, и эти факты, мною, во всяком случае, не в жалобах, ни в книге не опровергаются.
Владимир Тольц: Здесь следует попутно отметить, что по материалам следствия Борис Кузнецов, как и генпрокурор России Владимир Устинов, написал книгу. Причем в ряде выводов оба автора весьма полемизируют друг с другом. Однако продолжим.
- Борис, сразу отмечу: после гибели "Курска" появляется версия о столкновении российской подлодки с американской либо о торпедировании "Курска" американцами… Все это живо до сих пор. Что про это скажете?
Борис Кузнецов: Значит, я вам скажу, что вообще версий было больше десяти, если мне память не изменяет. Были версии столкновения и с надводным судном, были версии террористического акта. Проверяли на причастность к террористическому акту инженера с дагестанского завода Гаджиева. (Потом, когда ему вручали награду, то, по-моему, главком Куроедов извинился перед родственниками.) Была и версия мины времен Второй мировой войны…
Была и версия столкновения с подводной лодкой. Дело в том, что случаев столкновения советских еще и российских подводных лодок с американскими было достаточное количество. Это связано с тем, что флоты друг друга вели наблюдение. Значит, производился поиск подводных лодок, и производился поиск надводных кораблей, поэтому столкновения имели место. Поэтому версия на тот момент, на первые дни, может быть, даже на первые недели, на первые месяцы, она имела право на существование. Но когда следствие пришло к выводу, что трагедия произошла в результате внутреннего взрыва, то эта версия, как и все остальные, естественно, отпали.
И как бы эта версия умерла, но где-то в 2005-2006 году она вновь появилась и вновь начала муссироваться. При этом по-разному излагались эти версии. Часть военных выступала в печати, французы сняли фильм "Подводная лодка в мутной воде". Но интересное другое, что значительная часть адмиралов, особенно тех, которые непосредственно виновны в гибели корабля и экипажа, они эту версию поддерживали. На самом деле, поддержание такой версии о том, что в районе боевых действий, в районе учений находилась иностранная подводная лодка при большом скоплении противолодочных кораблей, оно свидетельствовать может только о том, что в России противолодочной обороны нет. На самом деле, это не так. И если бы там появилась иностранная подводная лодка, то, конечно же, она была бы обнаружена.
Владимир Тольц: А как вы думаете, чем мотивировано было возрождение убитой материалом следствия версии об американской, так сказать, "диверсии"?
Борис Кузнецов: Это нельзя назвать диверсией в полном смысле этого слова. То есть речь идет, во всяком случае если судить по фильму и вообще по той направленности, антиамериканской, то с моей стороны этот вопрос уже не столько к специалистам, сколько к политикам, поскольку в этот период ухудшились российско-американские отношения. Я полагаю, что эта версия в качестве активного мероприятия ФСБ, она в разных вариантах, по-разному, но, тем не менее, она озвучивалась. Это, с моей точки зрения, исключительно сделано для того, чтобы население России, российский народ на примере "Курска" был негативно настроен в отношении американцев.
Владимир Тольц: Сегодня, 10 лет спустя после гибели в Баренцевом море российской атомной подводной лодки "Курск", я беседую с одним из наиболее сведущих в этой истории людей – с Борисом Кузнецовым, адвокатом, представлявшим интересы родственников погибших на "Курске" моряков.
- Борис, ну, вот мы и перешли к политическим аспектам этой трагедии. На мой взгляд, гибель "Курска" оказалась если не переломной точкой, то некоей вехой, обозначивший начало совершенно нового этапа в недавней российской истории.
Борис Кузнецов: Я считаю, что, начиная с "Курска", страна начала тонуть во лжи. И если, я еще раз говорю, я поддерживаю официальную версию причины гибели "Курска", тем не менее, начиная буквально с первых дней, со стороны власти, со стороны военных населению и родственникам погибших врали. Например, пресс-служба Военно-морского флота озвучивала, что первое сообщение было о том, что у "Курска" произошли технические неисправности, и он лег на дно, что экипаж жив-здоров, и там все нормально. Хотя буквально в первые дни, а именно – на следующий день после гибели "Курска" ситуация была достаточно ясна: большая часть экипажа погибла. Стали врать, что туда подается чуть ли не кофе, что туда подается воздух, что подводникам хватит на длительное время, экипажу всему. Хотя было абсолютно ясно, что большая часть экипажа погибла.
Самое главное, что следствие, когда, в общем, оно было закончено, в самом конце этого следствия нужно было принимать решение о привлечении к уголовной ответственности виновных руководителей учений, руководителей Северного флота, вообще Военно-морского флота. И тогда было принято решение их к уголовной ответственности не привлекать. Это решение было политическое. Я думаю, что здесь, конечно, не обошлось без решения руководства страны, в частности, тогдашнего президента Путина. И под это дело были сфальсифицированы две экспертизы – это экспертиза тогда главного судебно-медицинского эксперта Министерства обороны Виктора Калкутина о том, что подводники в 9-м отсеке жили не более 8 часов, и экспертиза бывшего заместителя главного штурмана ВМФ Сергея Козлова о том, что большинство стуков раздавалось не из подводной лодки.
А стуки продолжались до 11 утра 14-го числа, то есть это двое суток. И эти стуки не просто были слышны экипажем, допустим, "Петра Великого", эти стуки буквально транслировали на палубу, чтобы экипаж был более внимателен, когда искали какие-то признаки гибели "Курска": нефтяные пятна, какие-то фрагменты корабля, всплывающие, личные вещи, например. И была также проведена экспертиза фоноскопическая по тем стукам, которые производились, и фоноскописты однозначно пришли к выводу о том, что стуки производились человеком, что это не механические стуки, из подводной лодки, поскольку прослушивали не только сами стуки, но и фон, который сопровождал эти стуки. А фон – это было шипение воздуха и журчание воды. Тогда как любое судно, любой корабль, если он даже стоит на якоре или в дрейфе находится, или даже у пирса, всегда работают какие-то вспомогательные механизмы, и дополнительные шумы слышны. И определили эксперты, что это стуки человека по межотсечной переборке подводной лодки. Каким образом эта экспертиза осталась в уголовном деле, почему ее не выбросили – для меня это остается загадкой. Это, видимо, просчет следователя. Но тем не менее, такая экспертиза есть.
Владимир Тольц: Борис, вы один из немногих, по сути дела, кто знаком с материалами этого дела. Вы представляли интересы вдов и родственников погибших на "Курске" моряков. Что с этим делом?
Борис Кузнецов: Я должен сказать, что я представлял не всех родственников, а только 55 семей со мной заключили договор на оказание правовой помощи и представительство их интересов, людей, которые были признаны потерпевшими по этому делу. После прекращения уголовного дела мною была подана жалоба на постановление с просьбой о возобновлении расследования и о привлечении к уголовной ответственности целого ряда должностных лиц. В этой жалобе мне было отказано, я ее обжаловал в суде. Суд был, с моей точки зрения, неправедный, и мои доводы по сути опровергнуты так и не были. Затем я обращался в Европейский суд по правам человека, и решение по этому делу еще не принято. До меня, правда, дошли слухи, что моя жалоба не рассматривалась, и дело в Европейском суде прекращено. Но эти слухи пока что не проверены.
Владимир Тольц: Борис, вот уже продолжительное время вы находитесь за пределами России. Причем оказались вы там вынужденно, вопреки собственным планам и желаниям. Я догадываюсь, что ваше бегство (иначе эту вынужденную эмиграцию обозначить трудно) может быть связано с вашей ролью и позицией в деле о гибели лодки "Курск". Но, пожалуйста, расскажите об этом сами!
Борис Кузнецов: Когда я подал жалобу, до подачи жалобы меня, в общем, уговаривали, чтобы я ее не подавал, больше того, меня пытались купить. В частности, бывший главный военный прокурор Савенков, бывший главком ВМФ Куроедов, которые даже домой ко мне приезжали. Это была, что называется, не прямая покупка, а предлагали мне обслуживание Военно-морского флота, в том числе, ведение дел за рубежом, говорили, насколько это дело экономически выгодно. Я, в принципе, с такими предложениями согласился, но сказал, что я могу подписать договор с ВМФ только после того, как я закончу дело "Курска".
Потом началось преследование. Меня выселили из офиса, несмотря на то, что договор с Управлением делами президента у меня заканчивался там через несколько лет. Закрыли питерский канал… я не помню уже его название, Лушников там был такой, Андрей. Потом, когда я написал книгу, которая называется "Она утонула. Правда о "Курске", которую скрыл генпрокурор Устинов", была попытка возбуждения уголовного дела по вот этой книжке, которая была издана. Была попытка задержать тираж. И совсем недавно я встречался с очень высокопоставленным сотрудником администрации президента, который буквально бывает у президента через день, и он мне с уверенностью сказал, что понятно, что все это из-за "Курска". И, в общем, он даже не знал, что уголовное дело возбудили в отношении меня не по "Курску", а по делу Чахмахчяна.
Владимир Тольц: Стоп! Тут необходимы хотя бы минимальные пояснения. Бывший член Совета Федерации от Калмыкии, сопредседатель Ассоциации российско-армянского делового сотрудничества Левон Чахмахчян, являвшийся в 2000-2006 годах председателем Российской партии самоуправления трудящихся (РПСТ), был взят под стражу и арестован в феврале 2007 года по подозрению в получении взятки и причастности к мошенничеству в особо крупном размере. Тогда же, в ходе одного из судебных заседаний [адвокат Чахмахчана] Кузнецов сфотографировал из дела секретную справку ФСБ о том, что телефонные переговоры его подзащитного стали прослушиваться за день до выдачи на это судебной санкции. Кузнецов обратился с жалобой на нарушение неприкосновенности Чахмахчяна, еще бывшего во время прослушивания сенатором, в Конституционный суд. К своей жалобе он приложил копию секретной справки. Однако суд отказал в принятии к рассмотрению жалобы Кузнецова. ФСБ и прокуратура посчитали действия адвоката разглашением государственной тайны. Летом 2007-го Борис Кузнецов, не дожидаясь возбуждения против себя уголовного дела (это произошло через год), эмигрировал и попросил политическое убежище в США. Он продолжает рассказ о своих перипетиях так…
Борис Кузнецов: Так получилось, что одновременно с делом "Курска" я вел несколько дел, которые либо расследовались Федеральной службой безопасности, либо из этих дел "торчали уши" ФСБ. Это дело Сутягина – по этому делу был выявлен внедренный в число присяжных бывший сотрудник Службы внешней разведки. Это дело Мананы Асламазян, где очевидно совершенно, что из дела по контрабанде и неуплаты налогов "торчали уши" ФСБ. Это дело об убийстве Кивилиди, где, с моей точки зрения, тоже причастна ФСБ. Это дело Анны Политковской. Все это вместе и привело к тому, что я оказался, вопреки своему желанию, за рубежом.
Владимир Тольц: Ну, вот теперь вы уже несколько лет вне России. И при этом продолжаете заниматься делом лодки "Курск". Насколько я знаю, вы готовите новое издание своей книги об этой трагедии. Что нового вы намерены в ней сообщить читателю?
Борис Кузнецов: Вы знаете, меня, правда, буквально с первых дней еще, в 2002 году обвиняли, что я вроде как делаю пиар на гибели людей. На самом деле, речь идет только об одном: сказать всю правду и обличить тех людей, которые ее скрывают и которые на самом деле виновны в гибели корабля и экипажа. Как-то Попов, бывший командующий Северным флотом, сказал: "Я хотел бы взглянуть в глаза человеку, который погубил корабль и экипаж". Ну, с моей точки зрения, и об этом я пишу в книге, ему нужно подойти к зеркалу, и он увидит этого человека. Вообще, на самом деле, я описываю все события, которые произошли после выхода книги, в 2005 году. И большая часть посвящена опровержению версии причастности американских подводных лодок, американских ВМС к гибели "Курска".
И самое-то главное, что чисто технологически ни торпедная атака со стороны американских подводных лодок, ни (сейчас уже появилась и такая версия) якобы наземные ракеты класса "поверхность" пытались случайно выстрелить, там по неосторожности попали в "Курск", то есть это ракеты, которые стреляли с земли, с ракетных баз, находящихся на берегу, - это технологически быть не может. Поэтому вот это детально разбирается. И большая часть печатного пространства уделена фильму, который выпустили французы, также он вышел в 2005-2007 годах "Подводная лодка в мутной воде". Там впрямую американцы обвиняются в гибели "Курска". И мотивом того, что американцы потопили "Курск" и чуть не возникла опасность Третьей мировой войны, было то, что "Курск" стрелял ракетой, торпедой "Шквал", и что там была китайская делегация, и вроде как Москва собиралась продать эту ракету китайцам.
Владимир Тольц: С момента гибели в Баренцевом море 118 человек – экипажа атомной подводной лодки "Курск" – прошло 10 лет. Все мы помним о них. В конце концов, как и для адвоката Бориса Кузнецова, эта память и желание разобраться в причинах и обстоятельствах трагедии – дело чести для каждого соотечественника погибших моряков.
-
Владимир Тольц
На РС с 1983 года, с 1995 года редактировал и вел программы «Разница во времени» и «Документы прошлого». С 2014 - постоянный автор РС в Праге.
tolz.dates@gmail.com