Империя на двоих

Сколько стоит бизнес первой московской семьи

Империя на двоих. Юрий Лужков останется в истории не только как успешный мэр Москвы, но и как муж самой богатой женщины страны. Этапы становления и границы бизнес-империи семейного тандема Лужков — Батурина изучал The New Times
Елена Батурина и Юрий Лужков поженились в 1991 году. В том же году Батурина создала компанию «Интеко», выпускавшую на первых порах пластмассовые бытовые товары — ведра, тазы, одноразовую посуду, а сам Лужков в 1992 году указом Бориса Ельцина был назначен мэром Москвы. Так началась одна из самых могущественных финансовых бизнес-структур в России.

Тазики, стулья, нефть… Очевидно, что при деловой хватке Батуриной и широких возможностях ее супруга дело не могло ограничиться пластмассовыми тазиками. В 1995 году был положен первый кирпич в многоэтажное здание будущей империи: «Интеко» создает дочернюю компанию «Интекострой», специализирующуюся на отделке и реконструкции фасадов зданий. Компания участвовала в муниципальных программах восстановления «иcторического облика города». Несколько типов красок, разработанных «Интекостроем», были включены в городской заказ и рекомендованы для использования строительными компаниями. Спустя еще три года, в 1998-м, «Интеко» выиграла конкурс на поставку для стадиона «Лужники» 85 тыс. пластиковых кресел на общую сумму $700 тыс. Общественность начала роптать, Лужкову пришлось оправдываться: «Более выгодных условий не предложил никто».

Как утверждает политик Борис Немцов в своем докладе «Лужков. Итоги-2»,

* * О первом докладе Немцова «Лужков. Итоги» подробнее см. The New Times № 31 от 07.09.2009 г. до 1999 года «Интеко» представляла собой небольшую по масштабам фирму с оборотом около $20 млн, сумевшую утвердиться лишь на рынке бытовых плас­тиковых изделий. Однако в 1999-м в бизнесе «Интеко» случился первый коренной перелом: компания начала собственное неф­техимическое производство на базе Московского нефтеперерабатывающего завода в Капотне, котрольный пакет акций которого принадлежал городу. В результате доходы компании выросли пятикратно.

Как ни парадоксально, следующий рывок в развитии бизнеса тандем совершил после поражения на политическом поле, когда Юрий Лужков проиграл борьбу за президентское кресло, которое в итоге занял Владимир Путин. Александр Осовцов, бывший депутат Государственной думы от «Демократического выбора России» (1993–1995 гг.), утверждает, что «бизнес-империя Лужкова и Батуриной стала набирать обороты и прирастать активами после провала связки Примаков — Лужков на выборах 2000 года. Основой бизнеса сделалось строительство и все сопутствующие ему рынки».

Строить и жить помогает Ставка была беспроигрышная: с начала 2000-х строительный рынок рос впечатляющими темпами, особенно в крупных городах и тем более в Москве. В 2001 году «Интеко» приобрела акции Домостроительного комбината №3 (ДСК-3), который был приватизирован еще в 1994 году без участия «Интеко». По информации журнала Forbes, акции были куплены у вдовы директора ДСК-3 Юрия Свищева, погибшего за два года до этого в результате покушения. Под контролем Батуриной оказалось 20% московского рынка панельного домостроения. Через год на базе этого комбината «Интеко» создала ООО «СК ДСК-3». По оценкам экспертов, с этого момента «Интеко» стала лидирующим игроком на этом рынке, объем которого оценивается в $4 млрд.

* «Компания», 02.10.2004 г. В том же году «Интеко» приобрела «Осколцемент», один из крупнейших цементных заводов в России, затем еще шесть заводов того же профиля. Таким образом, компания Батуриной стала вторым по объему производителем цемента в России. Даже после продажи в 2005 году цементного бизнеса холдингу «Евроцемент» за $800 млн, а ДСК-3 группе ПИК за $300 млн «Интеко» осталась крупнейшим в Москве застройщиком и инвестором.

Впрочем, пресс-служба и юристы компании утверждают, что вопреки расхожим представлениям суммарная доля «Интеко» в городском заказе (а это прежде всего возведение домов для малоимущих) на строительство жилья за 8 лет работы на этом рынке составляет лишь 2%. Что существенно меньше, чем у некоторых других застройщиков: МФС-6 (24,5%), Главмосстроя (20,7%), СУ-155 (13,7%), МСМ-5 (12,2%).

Однако «Интеко» ведет еще и коммерческую застройку — жилье, офисные центры и т.п. «Себестоимость строительства в Москве — $1 тыс. за метр, средняя цена на рынке — $6 тыс. Таким образом, доход от продажи коммерческой недвижимости — $5 тыс. с метра, в год вводится примерно 4 млн метров. Значит, за год бизнес дает доход $20 млрд, а за последние 10 лет — $200 млрд. Так что это клондайк», — утверждает Немцов. Но независимые эксперты строительного рынка, опрошенные The New Times, полагают расчеты бывшего вице-премьера слишком грубыми и склонны считать, что доходы стройкомплекса Москвы за последние 10 лет исчисляются не сотнями, а десятками миллиардов долларов.

По оценкам Александра Осовцова, к середине 2000-х «Интеко» контролировала 25–30% строительного рынка Москвы и 25% рынка стройматериалов (по цементному рынку доля была еще выше). В августе 2003 года в программе РТР «Вести+» сооб­щалось, что фирма «Интеко» контролирует 20% панельного домостроения в Москве. В мае 2004 года журнал Forbes оценил состояние Батуриной в $1,1 млрд, поставив ее на 35-е место в списке самых богатых россиян.

Московские строители и девелоперы знают золотое правило: постановление мэра на право застройки или продажи земельного участка — гарантия успеха предприятия. Банкир Александр Лебедев, еще один ярый оппонент мэра и бывший конкурент Лужкова на выборах, в своей брошюре «Лицемэр» 2007 года приводит 13 постановлений правительства Москвы, принятых в пользу компании «Интеко». Борис Немцов назвал уже 23 таких постановления. Юристы компании оспорили эти обвинения в суде. В своей кассационной жалобе они отметили, что из 23 перечисленных в этих постановлениях объектов лишь в 13 упомянута «Интеко». Причем в пяти случаях реализация проекта вообще не производилась, а по двум «Интеко» приобретала права инвестора-застройщика на конкурсной основе. Сам Юрий Лужков категорически отрицает, что как мэр принимал какие-либо постановления в пользу бизнеса жены: «Она была бы еще более богатым человеком, если бы не была женой мэра».

Зыбкие связи В то же время бывший депутат Мосгордумы от «Яблока» (2005–2009 годы) Сергей Митрохин утверждает, что неправильно сводить всю бизнес-империю Лужкова к компании Елены Батуриной. «Если говорить об империи московского мэра, то она огромна и представляет собой совокупность всех активов, которые вырастали благодаря различным преференциям, связям со столичной бюрократией», — говорит Митрохин. Лидер «Яблока» приводит в пример структуры, которые получают прямую или опосредованную финансовую поддержку правительства Москвы. Например, Банк Москвы, который на 62% является муниципальной собственностью: по словам Митрохина, в столичном бюджете постоянно присутствует статья «увеличение уставного капитала Банка Москвы. На это пресс-служба банка отвечает, что «увеличение основного капитала и ценности своих акций путем проведения доп­эмиссий — это обычная практика кредитных учреждений».

«Московский консорциум», как с легкой руки журналистов окрестили империю мэра и его жены, мог бы обрести еще большие силу и масштаб благодаря партнерству с известными олигархами. Но не сложилось: черная кошка пробежала сначала между Еленой Батуриной и крупным столичным девелопером Шалвой Чигиринским, затем между Юрием Лужковым и главой корпорации AФК «Система» Владимиром Евтушенковым.

Партнерство Батуриной с Чигиринским продолжалось 10 лет: с 1999 года «Интеко» и Чигиринский вели ряд совместных проектов в области девелопмента и нефтегазового бизнеса — оба имели по 50% акций в нефтяной компании Rossini и девелоперской Salvini. Именно компания «СТ Девелопмент» Чигиринского и Батуриной выиграла конкурс на снос гостиницы «Россия» и последующую застройку площадки, пообещав вложить в проект $800 млн. Притом что конкуренты (ЗАО «Монаб» и строительная фирма Strabag), по последовавшим от них публичным заявлениям, предлагали гораздо более крупные инвестиции ($1,45 млрд и $2 млрд соответственно). Однако летом 2009 года совместный бизнес разладился. В Британском суде был рассмотрен иск Чигиринского к Батуриной, которая, по его словам, пыталась через подставное лицо отобрать принадлежавший ему пакет акций нефтяной компании Sibir Energy, зарегистрированной в Великобритании (18% акций этой компании принадлежали правительству Москвы). Из документов, поданных в суд, следует, что в 2003 году партнером Шалвы Чигиринского в компании Rossini

* Эта компания, зарегистрированная на Виргинских островах, получила 100% акций и прав другой компании — Bennfield, которая владела 51% акций Sibir Energy. была именно Елена Батурина. Об этом свидетельствует договор поручения (Contract of mandate), заключенный между Еленой Батуриной (Elena Baturina), Шалвой Чигиринским (Chalva Tchigirinski) и адвокатами швейцарской Bruppacher Hug & Partner Марком Бруппахером и Дитером Хугом. Документ датирован 19 марта 2003 года, и на каждой странице стоят подписи, похожие на подписи Батуриной и Чигиринского. Однако глава «Интеко» все обвинения опровергла, назвав их ложью, «не только недостоверной, но и противоположной действительности». Она утверждала, что с Шалвой Чигиринским ее связывают только одолженные бизнесмену $131 млн, из которых он должен ей $42 млн. Как бы то ни было, Чигиринский со столичного рынка недвижимости ушел.

С Владимиром Евтушенковым Юрий Лужков не судится, но отношения между бывшими друзьями и коллегами, по слухам, циркулирующим в столичном бизнес-сообществе, сильно охладели. АФК «Система» выросла из АО «Московский городской комитет по науке и технике» (МГКНТ), которое, в свою очередь, происходило от Главного управления по науке и технике Мосгорисполкома. И ту и другую структуру возглавлял Евтушенков. Оформившись в корпорацию в 1993 году, «Система» приобрела активы в области телекоммуникаций, электроники, туризма, торговли, нефтепереработки, строительства и недвижимости. По мнению аналитиков рынка связи, корпорация поднялась до своих высот, в частности, благодаря приватизации Московской городской телефонной сети. Однако, по одной из версий, с середины 2000-х годов Лужков стал недоволен отдачей «Системы» в московский бюджет. По другой версии, Евтушенков, войдя в сотню самых богатых людей планеты (по оценке Forbes, его состояние в 2009 году оценивалось в $7,5 млрд, 93-е место в списке), решил играть по своим правилам и предпочел договариваться с силовиками из Кремля, а не с московским мэром.

Впрочем, «московский консорциум» вполне продержится и без олигархов — у него есть достойная смена в лице старших сыновей Юрия Михайловича: Михаила (1959 г.р.) и Александра (1973 г.р.). Михаил Лужков входит в совет директоров московского металлургического завода «Серп и Молот», с 2003 года является заместителем генерального директора ООО «Межрегионгаз» (развитие рынка газа в Москве), с 2004 года — председатель совета директоров корпорации «Газ­энергострой». Две последние фирмы — «дочки» «Газпрома». Младший сын Александр начинал менеджером в «Интеко», затем работал вице-президентом группы «Плаза» Умара Джабраилова. Он также был членом совета директоров Русского земельного банка. Сейчас — гендиректор ЗАО «ТД Москва-Река», входящего в состав «Интеко».

Одной Москвы мало В своем докладе Борис Немцов написал о том, что «нигде, кроме Москвы, бизнес Батуриной не развивался успешно». Именно эту фразу постановил в феврале 2010 года опровергнуть Арбитражный суд Москвы. Юристы «Интеко» приводят несколько примеров успешной экспансии своей компании в регионы: к примеру, только в 2009 году она заняла первое место по объему возведенного жилья в Ростове-на-Дону, достроила и открыла отель в Петербурге и т.д. Однако во многих случаях бизнес московского тандема в регионах столкнулся с ожесточенным сопротивлением местных элит, не желавших поступаться теми или иными «сладкими кусками». Александр Осовцов приводит в качестве примера уход «Интеко» из Калмыкии и Белгородской области.

Тем не менее, считает Сергей Митрохин, капитализацию империи Лужкова — Батуриной можно оценивать в десятки миллиардов долларов. По словам Александра Осовцова, капитализация одной лишь «Интеко» составляет от $5 млрд. Согласно рейтингу Forbes, состояние Батуриной в докризисном 2008 году составляло $4,2 млрд, а по итогам 2009-го оно сократилось до $2,9 млрд, что не помешало ей стать третьей по размеру капитала женщиной в мире.

Впрочем, все может измениться в одночасье, судя по ветрам, дующим из-за стен Кремля. Не исключено, что бизнес-империя станет разменной картой в политической игре, и тогда возможны разные варианты. Например, Кремль может согласиться не трогать мэра до истечения срока его полномочий в 2011 году, но за это потребует «сдать» контроль за рядом активов империи Лужкова — Батуриной.

В столичных бизнес-кругах называют разные цифры «отступных», в которые может обойтись «спокойствие» семьи Лужковых — от $2 млрд до $7 млрд. «Если при отказе от должности мэра и при «сдаче» активов «Интеко» Батурина с Лужковым получат $5 млрд, можно будет сказать, что им крупно повезло, — заключает Осовцов. — Но это вопрос не оценки активов, а политической договоренности с верховной властью в стране».

В подготовке материала принимали участие Владимир Прибыловский, Дмитрий Крылов