Политолог Алексей Кузьмин: отношения между Россией и Белоруссией и в дальнейшем будут ухудшаться
В своем блоге в ЖЖ президент России Дмитрий Медведев обрушился с жесткой критикой на президента Белоруссии, который, по мысли Медведева, строит свою предвыборную кампанию на антироссийской риторике и давно позволяет себе жестко критиковать российских руководителей.
Прокомментировать эту информацию для «Полит.ру» согласился профессор Российского государственного гуманитарного университета (РГГУ), заместитель директора института гуманитарно-политических исследований, председатель экспертного совета фонда «Национальные перспективы» Алексей Кузьмин.
Что означает подобная критика Лукашенко?
Поскольку Россия не имеет своего кандидата на белорусских выборах, и договариваться практически ни с кем из тех, кто мог бы иметь хоть какие-нибудь шансы, тем более, что сейчас эти шансы создавать, в принципе, невозможно, это значит только одно - это естественная реакция на большую пресс-конференцию, которую давал Александр Григорьевич на прошлой неделе.
Александр Григорьевич на прошлой неделе российским СМИ внятно объяснил, как его не любят, как его обижают и так далее, и так далее. Просто-напросто это - стандартная по нынешним временам реактивная политика. То есть это не значит, что Россия пытается что-нибудь сделать, это значит, что когда что-то происходит, на это надо как-нибудь реагировать.
Это одна из многих ссор Минска и Москвы, которые ничего не значат?
Я бы сказал так: они, конечно, значат, потому что отношения между Россией и Белоруссией сильно испортились. Накопление этих ссор приводит к тому, что ситуация становится все хуже и хуже. Но поскольку, с одной стороны, вести активную политику с Белоруссией мы давно уже не собираемся, а пассивная, реактивная, нынешняя политика по отношению к Лукашенко абсолютно бессмысленна, то все остается как есть.
Подобные заявления Медведева могут навредить Лукашенко?
Они наоборот, скорее, могут подтвердить его правоту. Александр Лукашенко для внутреннего белорусского употребления объяснял, что он с Россией хочет дружить, а она с ним и Белоруссией дружить не хотят. По понятным причинам такой жесткий персональный «наезд» Медведева никак иначе рассматриваться не может, как подтверждение правоты Лукашенко. Тем более, что и вся предвыборная кампания Лукашенко в достаточной мере строится так же, как, кстати, и предыдущая его кампания, на том, что мы – великая, независимая страна. Российская карта для Александра Григорьевича была отыграна еще перед прошлыми его выборами.
Отношения между Россией и Белоруссией будут ухудшаться?
Потихонечку, безусловно, - да. С чего им улучшаться? Все очень просто. Экономического смысла для России российско-белорусские отношения имеют достаточно мало. Нам белорусский рынок не очень интересен, но закрывать белорусский рынок мы, видимо, не будем, это слишком дорогая игра. Это значит, что придется разрушать Таможенный союз, разрушать ЕврАзЭС - это очень большие имиджевые потери. Экономические потери маленькие, а имиджевые большие.
Наши отношения с Белоруссией всегда состояли из огромного количества риторики о том, как мы друг друга любим, и регулярных жестких столкновений. Сегодня этой риторики, поскольку она ни той, ни другой стороне особо не нужна, стало поменьше. То есть, что есть в настоящих отношениях, то есть и в риторике, тем более что если учесть, что Украина все-таки будет качать для Белоруссии венесуэльскую нефть из Одессы, то понятно, что наши отношения с Белоруссией по этому поводу скорее портятся, чем улучшаются.
А у Кремля есть какие-то «способы борьбы» с Лукашенко?
А какие? Можно, было бы, конечно, объявить блокаду Белоруссии, но объявить блокаду Белоруссии нам сегодня не очень возможно. Хотя трубопровод, идущий по Белоруссии, вроде как принадлежит нам, но при этом этот трубопровод для нас критически важен, потому что большая часть нашего трубопроводного нефтяного экспорта идет через Белоруссию. До тех пор, пока мы не закончим строительство Северо-Европейского газопровода, белорусская ветка, притом, что она не критична, будет нам нужна.
Как всякая страна, живущая, в основном, от транзитных поставок нефти и газа, мы довольно сильно зависим от стран-транзитеров. Не в такой мере, как мы зависели от украинцев два года назад, но все равно зависим. С другой стороны, политически Белоруссия в российском общественном сознании, в общем, существует далеко на периферии. Поэтому, рассчитывая на то, что это очередное столкновение будет как-то сказываться на всем и вся, особых оснований нет. Пожалуй, так. Скучно очень, но вот так.