Премия имени И.Я. Померанчука

Даже в свете сообщений о присуждении Нобелевской премии не стоит забывать о не столь знаменитых, но все же весьма почетных отечественных наградах. 1 октября в Институте теоретической и экспериментальной физики (ИТЭФ) состоялась церемония награждения премией имени И.Я.Померанчука. Исаак Яковлевич Померанчук (1913-1966) — ведущий теоретик ИТЭФ, первый руководитель теоретического отдела Института. Его достижения в физике элементарных частиц и физике твердого тела отражены в нескольких именных понятиях: «эффект Померанчука», «теорема Померанчука», «полюс Померанчука», или «померон».

Премия его имени присуждается с 1998 г. за выдающиеся достижения в тех областях науки, в которые Померанчук внес вклад (в основном физика частиц). Каждый год премия присуждается одному российскому и одному иностранному ученому.

В этом году церемония была омрачена недавними смертями председателя Комитета Премии Алексея Кайдалова и лауреата премии за прошлый год — Николы Кабиббо. Он не смог приехать в прошлом году, из-за чего вручение прошлогодней премии было перенесено на этот год, и умер 16 августа. Исполняющий обязанности директора ИТЭФ Владимир Шевченко открыл церемонию минутой молчания, после чего ее продолжил новый председатель Комитета Александр Горский.

Итак, о лауреатах. Премию за 2009 г. получили Борис Иоффе и Никола Кабиббо.

Премия-2009 присуждена Борису Лазаревичу Иоффе «за пионерские работы по несохранению Р- и С-четности, выяснение пространственно-временной картины глубоко неупругого рассеяния и важные результаты в непертурбативной квантовой хромодинамике».

Борис Иоффе не просто ученик, но и ближайший сотрудник Померанчука, с которым написал 15 совместных статей. Последняя работа Померанчука, законченная за два дня до его смерти, была сделана с Грибовым и Иоффе. В работе Иоффе, Окуня и Рудика в 1956 г. впервые было установлено, что нарушение Р-четности должно сопровождаться нарушением зарядовой симметрии или симметрии относительно обращения времени. Этот фундаментальный вывод для теории элементарных частиц был получен до открытия несохранения четности и инициировал выдвинутую вскоре гипотезу Ландау о сохранении СР-инвариантности и двухкомпонентной теории нейтрино.

В 1969 г. Иоффе установил, что в процессе глубоконеупругого рассеяния лептонов на адронах взаимодействие происходит в пространственно-временной области вблизи светового конуса и характеризуется линейно растущими с энергией продольными расстояниями. В мировой литературе времена, соответствующие таким продольным расстояниям, называют временами Иоффе. Они лежат в основе современного описания глубоко неупругих процессов — метода операторного разложения на световом конусе — и широко используются при анализе реакций взаимодействия виртуальных фотонов с нуклонами и ядрами.

Б.Л. Иоффе и А.В. Смилга в 1982 г. ввели в КХД понятие магнитной восприимчивости кваркового конденсата и показали, что эта характеристика определяет величину магнитных моментов барионов.

Никола Кабиббо стоял у самых истоков того, что сейчас стало стандартной моделью физики частиц. Он нашел изящную параметризацию слабых взаимодействий кварков (так называемый угол Кабиббо), которых тогда было известно три. Для красоты полной картины был нужен еще четвертый кварк, и через некоторое время он был обнаружен (с-кварк), замкнув два поколения кварков и принеся модели Кабиббо полный триумф. Впоследствии были открыты еще два кварка (третье поколение) и параметризация Кабиббо была расширена введением еще трех параметров на все три поколения. Это сделали М.Кобаяши и Т.Маскава, за что им в 2008 г. была присуждена Нобелевская премия. А Кабиббо Нобелевскую премию не получил, что было встреченонаучной общественностью дружным непониманием.

Премию за 2010 г. получили Валентин Захаров и Андре Мартен.

Премия-2010 присуждена Валентину Ивановичу Захарову, одному из самых известных теоретиков в мире в области физики высоких энергий, «за выдающийся вклад в развитие квантовой теории поля: создание правил сумм КХД и непертурбативного операторного разложения, и вычисление точных β-функций в суперсимметричных теориях поля». Полученные им результаты оказали исключительное влияние на развитие теории фундаментальных взаимодействий.

В работе 1979 г. с Вайнштейном и Шифманом им были сформулированы «ВЗШ правила сумм КХД». Эта работа входит в первые 20 наиболее цитируемых работ по физике высоких энергий за всю историю. С помощью правил сумм КХД были вычислены многие важные характеристики вакуума в теории сильных взаимодействий.

В 80-е годы Захаровым, Вайнштейном, Новиковым и Шифманом были изучены суперсимметричные калибровочные теории и получен ряд важных и неожиданных результатов. Впервые была вычислена точная перенормировка константы взаимодействия, и полученная ими функция теперь носит название «точной ВЗНШ β-функции». Были обнаружены топологические корреляторы в теории поля, что дало начало целому направлению в теоретической и математической физике.

Андре Мартен награжден за работы в области взаимодействий адронов асимптотически высоких энергий (как раз то, чем в последние свои годы занимался И.Я.Померанчук). Конкретно — за предел на рост полных сечений взаимодействия, полученный им вместе с Фруассаром: сечения растут не быстрее, чем квадрат логарифма энергии. Результат получен в 60-х годах. Тогда еще не существовало настоящей теории сильных взаимодействий — квантовой хромодинамики, и результат удивительным образом следовал из простого предположения, что амплитуда взаимодействия частиц описывается аналитической функцией комплексного переменного.

Выступления лауреатов были абсолютно разными как по содержанию, так и по стилю.

Борис Лазаревич Иоффе, как это нередко происходит даже на Нобелевской церемонии, стал рассказывать не про свои лауреатские работы, а про жизнь. Именно — про то, как он попал в большую науку благодаря цепочке маловероятных случайностей. Рассказ касался 40-х и начала 50-х годов, изобиловал живописными деталями, характеризующими то время, и слушался на одном дыхании.

Доклад Валентина Захарова был научным, но все равно не по теме: он рассказывал про недавние работы с соавторами. Они касаются попыток описания кварк-глюонной плазмы с учетом дефектов разных размерностей — монополей, струн, мембран. Подобные дефекты предсказываются в голографическом подходе к квантовой хромодинамике и видны в решеточных компьютерных вычислениях. Драматический прогресс в вычислениях в теории поля в области сильной связи, произошедший в последние голы с помощью дуальных голографических моделей, позволил задавать новые вопросы и формулировать новые гипотезы. В докладе была сформулирована гипотеза о существовании сверхтекучей компоненты в кварк-глюонной плазме.

Андре Мартен был единственным, кто выступил точно по существу дела и обстоятельно изложил суть премированной работы. Свой доклад он начал словами, что у него есть два основных недостатка: не умеет писать статьи на Latex-e и делать презентации в PowerPoint, после чего в старом добром духе сделал презентацию на прозрачках, от руки исписанных фломастером. Доклад был достаточно техническим, но включал интересные реминисценции: например, как в 1963 г., на конференции в Ереване, Померанчук, прощаясь с Мартеном, выдал напутствие: «Аналитичность существует!»

Трудно удержаться от комментария, что в последнее время Мартен стал также широко известен и вне привычного круга физиков -как исследователь устойчивости «четвероногих» столов, которые почти всегда стоят на несколько кривых полах и потому пошатываются. Используя привычную для него математику, он строго показал, что почти на любой кривой поверхности пола всегда можно перевести стол в устойчивое положение, если его просто повернуть на некий угол.

В целом церемония оставила впечатление «камерного» праздника — присутствовало несколько десятков человек, среди них немало ученых с мировой известностью.

Борис Штерн

Автор благодарен Александру Горскому за помощь в подготовке материала.