Дата
Автор
Арсений Штейнер; Искусствовед
Источник
Сохранённая копия
Оригинал материала
Детская болезнь копипаста
Постиндустриальную целину уже не первый год окучивает программа Екатеринбургского филиала ГЦСИ "Уральские заводы: генерация смыслов". Каждое лето в рамках этой программы на фабричных площадках города проходит фестиваль-лаборатория «Арт-Завод». Наработанный формат «Арт-Завода» составил специальную программу биеннале, которая проходит на трех предприятиях: УЗТМ -- знаменитом Уралмаше, заводе «ВИЗ-Сталь» и камвольном комбинате. Они находятся на окраинах города, сопровождая основной проект биеннале, который занял центральную площадку -- пустующее здание типографии "Уральский рабочий".
Чтобы понять название основного проекта "Ударники мобильных образов", нужно знать, что художник, по мысли руководителя кураторской группы Екатерины Деготь, является пролетарием современного мира, а его задача -- ударно копировать эмоции и социальные отношения. И вдумчивый зритель, если потрудится прочесть книгу о выставке, узнает не без удивления, что все представленные работы созданы для разоблачения капитализма. Основной проект биеннале оказался основан на занятной в теории «фишке»: подавляющее большинство экспонатов передано по Интернету в виде цифровых изображений или инструкций, по которым они собраны силами волонтеров, что, как объясняет концепция, и означает производство искусства на интернет-конвейере по законам копипаста и заветам фордизма. Неизвестно, сумели ли кураторы под руководством г-жи Деготь договориться между собой. Даже после штудирования книги выставка не представляет собой цельное высказывание. Она выглядит как куча-мала из хороших работ, вещей поплоше, которые, видимо, должны прозвучать в контексте "мобильного ударничества", да как-то не звучат, и хороших работ, испорченных невнятным экспозиционным решением.
Внятного объяснения тому, что к первой Уральской индустриальной биеннале пришита борьба с капитализмом, нет и, к сожалению, быть не может. Перед ударным трудом ("100 мейлов в день", написано в каталоге) по воплощению решений куратора в жизнь разве сможет жизнь устоять! Возможно, кураторы все-таки честно пытались сделать хорошую выставку, но не смогли. К несчастью для них левый дискурс нередко служит удобным оправданием для разгильдяйства и непрофессионализма, и неработающие во время открытия проекта телеэкраны смотрелись вполне концептуально. Левацкие игры, нашедшие себе комфортную нишу на сытом Западе, не совсем приличны в России, где непрофессионализм, как часто кажется, санкционирован на правительственном уровне. Левый крен зарубежных интеллектуалов понять можно, эти комнатные леваки желают абстрактного добра и не нюхали вдохновленных левыми идеями революции, чисток, коммуналок, топтунов и бесплатной медицины. Но мы не на Западе, здесь быть левым вне пределов панковской субкультуры, по-моему, означает не уважать ни себя, ни историю своей страны.
"Мобильными образами" можно пользоваться и не будучи пролетарием. Это ясно по прекрасно собранному из работ очень разных художников специальному проекту в частично действующем цехе на Уралмаше. В инсталляции Глеба Ершова и Станислава Савицкого "Освобождение труда" большое место занимают цифровые фотографии ежедневных героев труда 90-х годов. Владимир Наседкин пишет засекреченные ландшафты уральских заводов не с натуры, а используя спутниковую съемку с google-карт. Инсталляция Владимира Селезнева и Ивана Снигирева "Метрополис" рисует современное состояние отечественной индустрии. Она собрана из обыкновенного повсеместного хлама, но когда в боксе гаснет свет, гора мусора оборачивается светящимися в темноте силуэтами цехов, труб и неопознанных индустриальных конструкций. Знаток опознает ночной вид Уралмаша. Да, эта конструкция сложена из подножного материала плюс люминесцентная краска, но она невоспроизводима усилиями волонтеров.
В пику этой очень изящной работе Владимира Селезнева и Ивана Снигирева стоит растянутое на пять дней липовое производство группы «Мыло», выбравшей точкой приложения своей креативности обычное хозяйственное мыло. Их пятидневный перфоманс имитирует производственный процесс: в первый день ребята сортируют мыло, на второй варят его, и так далее, а в последний день бросают получившийся мыльный ком на территории завода. Вероятно, это тоже "критический жест", но несвоевременный: упрекать фабричный труд в бессмысленности было принято во времена борьбы с социализмом и плановой экономикой. Тех времен юные перфомеры по возрасту не застали. Все же удача оказалась на их стороне: бульдозер, который должен был раскатать сотни брусков мыла в блин, не выдержал усилий, хрустнул и сломался. В Интернете пока не видно, как ребята использовали этот случай.
Отрадно, что усилиями небольшого коллектива ГЦСИ екатеринбургская биеннале получила интересные специальные проекты и параллельную программу. Знакомая местному населению заводская аура будет содействовать восприятию искусства как значимого феномена постиндустриального мира. А основной проект, последствие детской болезни копипаста, забудется как неловкий курьез.