Константин Федотов построил высокотехнологичный бизнес, опирающийся на университетские ресурсы 

Серое здание, зажатое между корпусами Иркутского государственного технического университета, не сразу бросается в глаза. Охранник университетского технопарка, куда корреспондент Forbes забредает по ошибке, о компании «Технологии обогащения минерального сырья» (ТОМС), годовая выручка которой составляет 250 млн рублей, никогда не слышал. Зато основателя и совладельца компании, университетского профессора Константина Федотова он знает отлично: «На кафедре его ищите».

Профессор Федотов, предпочитающий костюму джинсы, целыми днями курсирует между кафедрой и рабочим кабинетом. Компания специализируется на научных разработках в области обогащения полезных ископаемых. Как и на кафедре, в офисе ТОМС немало студентов. «Чем хорош бизнес при университете: лаборатория, библиотека, кадры — все есть», — говорит Федотов. Вуз получает 10% от прибыли ТОМС. Несмотря на университетскую бюрократию («билеты в командировки надо заказывать за 20 дней»), Федотов считает сотрудничество взаимовыгодным.

В 1991 году, когда он начинал бизнес, сотрудничал с вузом, скорее, по стечению обстоятельств: Федотов преподавал теорию горного обогащения, планировал писать докторскую и хотел, не бросая науку, обеспечивать семью. А начальство к развитию частной инициативы отнеслось благосклонно.

С деньгами на старт помог знакомый, иркутский предприниматель и депутат Госдумы Юрий Тен, ныне покойный. Однако Тен — даром что горный инженер по образованию — быстро потерял интерес к проекту. В 1993 году партнером Федотова стал предприниматель Анатолий Потемкин. (Небольшой опыт в горном деле у него тоже был — он пару лет отработал на «Норильском никеле».)

На $1,5 млн (треть предоставлена Потемкиным, остальное — банковские кредиты) компаньоны закупили в Канаде подержанное оборудование для обогащения руды и цветных металлов. Попробовали даже сами добывать золото, но конкурировать с отрядами старателей не получилось. «Добыча — очень тяжелый и неблагодарный труд, мы приняли решение больше ею не заниматься», — говорит Федотов.

Переключились на исследования, взяв в помощь нескольких студентов Федотова. Зарабатывали понемногу на обогащении проб для небольших золотодобывающих предприятий, параллельно занимаясь более сложными разработками. В 1996 году Федотов с Потемкиным запатентовали комплекс переработки золотосодержащих руд, своего рода горно-обогатительный комбинат в миниатюре. Комплексы, состоящие из установленных по ходу технологического процесса и связанных между собой транспортными средствами дробильного и измельчительного модуля и модуля центробежного обогащения, уже существовали. Но ТОМС дополнил комплекс приспособлениями, позволяющими увеличить степень извлечения золота. Заказчиков Федотов нашел опять же благодаря научной работе — связался с якутскими золотодобытчиками, работавшими на месторождениях, о которых писал кандидатскую. Комплекс привезли на нескольких КамАЗах и собрали за пять месяцев. Золота на месторождении Малтан удалось извлечь больше, чем планировали владельцы. «После этого о нас заговорили», — вспоминает Федотов.

Виктор Полинкин, бывший замдиректора «Лензолота», говорит, что долго присматривался к ТОМС, прежде чем пригласить компанию к участию в тендере на строительство обогатительной фабрики на ГОК «Западный» вблизи знаменитого месторождения Сухой Лог в 2001 году. Решающим аргументом для бывалого золотодобытчика стало предложение Федотова использовать для измельчения руды вместо традиционных шаровых мельниц немецкие роллер-прессы. Один пресс заменил четыре мельницы, повысилась энергоэффективность, себестоимость снизилась на порядок. Правда, контракт на строительство карьера достался тогда основным конкурентам Федотова, институту «Иргиредмет». «Они горное дело лучше знают, а Федотов больше технический специалист», — объясняет Полинкин.

На крупном месторождении Васильковское в Казахстане, разработкой которого занимается компания «Казцинк», подконтрольная швейцарской Glenсorе, ТОМС занимался проектированием золотоискательной фабрики на 8 млн т руды в год. «Нас сначала испытали на маленьких работах. Поняли, что у нас головы на месте и продвинутое оборудование. И мы злы до работы», — объясняет логику заказчиков Федотов.

Расширяя бизнес, ТОМС несколько лет назад стал работать не только с золотом. Это позволило увеличить выручку компании в разы. Среди крупных проектов строительство в Волгоградской области Гремячинского ГОК по добыче калийных удобрений для «Еврохима», комбината апатитово-нефелиновых руд в Мурманской области для «Северо-Западной фосфорной компании» (холдинг «Акрон»).

Кадров хватает — Федотову помогает тесная связь с университетом. Профессор берет на работу перспективных студентов и хорошо мотивирует их. Например, 27-летний Юрий Куликов, руководитель группы разработки технологического регламента, начал работать в ТОМС еще на третьем курсе. Недавно он получил от компании беспроцентный кредит на покупку квартиры сроком на 20 лет. Сейчас Куликов трудится над диссертацией, посвященной проблеме обогащения. «Трудно время найти, приходится работать в выходные», — жалуется он. Но научную работу точно допишет. Стимул есть: защитившийся аспирант, если тема его работы окажется полезной для бизнеса, может получить $20 000–30 000 премии. Недавно Федотов принял решение увеличить эту сумму до $50 000. За несколько лет такие премии получили восемь сотрудников.

В этом году у компании появился собственный офис в центре Иркутска, там будет оборудована и новая научная лаборатория. Но Федотову комфортнее в стенах alma mater. Он продолжает читать лекции и успевает подписывать студенческие зачетки. Профессором он считается довольно демократичным, а вот работать с ним вчерашним студентам тяжело: «Если сотрудник не приходит ко мне раз в две недели с идеями, я считаю его кандидатом на увольнение», — говорит Федотов.

Наука обогащения за счет науки