Не жалея друзей

Саркози избавился от лидеров неудачных политических проектов

Интересно не столько то, кто пришел в правительство, возглавленное тем же Франсуа Фийоном, сколько то, кто ушел. Ушли не очень согласные, подмочившие репутацию, но также, и это главное, лидеры неудачных политических проектов. Пусть даже...

Интересно не столько то, кто пришел в правительство, возглавленное тем же Франсуа Фийоном, сколько то, кто ушел. Ушли не очень согласные, подмочившие репутацию, но также, и это главное, лидеры неудачных политических проектов. Пусть даже запущенных и продвинутых самим президентом. Пусть даже его личные друзья.

Саркози распрощался с Бернаром Кушнером, который, будучи социалистом и, следовательно, белой вороной в старом кабинете, не всегда разделял взгляды президента на права человека и моральные аспекты внешней политики. Говорят, что после победы на выборах Саркози предложил МИД «чужому» с оглядкой на относительный электоральный успех своей соперницы, социалистки Сеголен Руаяль. Формально, учитывая возраст Кушнера, он получил очень почетную пенсию.

Событием стал уход Эрика Бессона вместе с его министерством национальной идентичности. Этот портфель растворился в сфере компетенции МВД. Во-первых, Бессона считали единомышленником и другом Саркози. Во-вторых, эвфемизмом «национальная идентичность» камуфлировалось отношение к иммигрантам, которое уже обрело имя «доктрины Саркози», или «саркозизма». Выигрышное, с популистской точки зрения, ужесточение требований к приезжим на самом деле принесло меньше политических дивидендов, чем имиджевого вреда. Французы более терпимы к иммигрантам, чем думал квартирант Елисейского дворца. Последней каплей стала история с румынскими цыганами, в которой Парижу пришлось, скрипнув зубами, склониться на окрик Брюсселя. Уволив Бессона, президент будет искать новый, приемлемый для французов баланс между «гнать взашей» и «уважать права» иммигрантов. Правда, источники в Елисейском дворце утверждают, что изменения политики не будет и это лишь рутинная замена министра.

Министр труда Эрик Верт стал неудобной фигурой и тяжелым бременем для команды Саркози в связи с коррупционным скандалом и скандальной пенсионной реформой. Демонстрации протеста против принятого недавно закона о повышении пенсионного возраста с 60 до 62 лет до сих пор сотрясают страну. Но французская пресса считает, что на самом деле это плата Верта за его причастность к «делу Бетанкур». Налоговый скандал, в центре которого оказались он и наследница французской косметической легенды L’Oreal Лилиан Бетанкур, приобрел широкий размах, оппозиция требовала отставки министра и обвиняла правительство Саркози в коррупции, в то время как сам президент настаивал на невиновности Верта. В итоге глава государства уступил оппозиции.

Новое правительство стало более однородным с партийной точки зрения, главная роль в нем отведена «старой гвардии». Франсуа Фийон вошел в узкий круг французских премьеров-«долгожителей». Вторая и третья роли (министра обороны и министра иностранных дел) достались Алену Жюппе и Мишель Альо-Мари, которые вдобавок получили мандаты госминистров — фактически вице-премьеров. Они считаются политическими «тяжеловесами» и пользуются авторитетом в политических кругах.

Жюппе был верным помощником Жака Ширака, рядом с которым начинал политическую карьеру в мэрии Парижа. 19 ноября новый министр обороны Франции примет участие в саммите НАТО в Лиссабоне, где будет сопровождать президента, и, в частности, в саммите НАТО—Россия.

МИД Франции впервые возглавила женщина. Альо-Мари в прошлые годы руководила министерством обороны и министерством внутренних дел. Ей не привыкать к ролям, которые традиционно считались мужскими.