Оригинал материала
Утешение на Покрова
Долгожданное воскрешение шатра Покровской башни Псковской крепости должно помочь преображению Пскова
Долгожданное воскрешение шатра Покровской башни Псковской крепости должно помочь преображению Пскова
Все, кто неравнодушен к Пскову, среди скорбей по поводу неуклонной гибели наших памятников, получили некоторое утешение — наконец, после полутора десятилетий печали и надежд возводится шатер над Покровской башней Окольного города. Рад, что мне посчастливилось, в числе других реставраторов, приложить к этому великому делу свои руки, а скорее, знания и опыт.
| | | --- | | 
1Во время героической обороны 1581 года башня была подорвана ее защитниками после того, как она была занята врагами [ 2 ].
По окончании Ливонской войны башню, конечно же, отстроили заново. В XVII в. после городских пожаров на башне восстанавливали шатер и мосты (перекрытия).
В начале XVIII в. при модернизации Псковской крепости под руководством Петра I Покровская башня лишилась шатра и была засыпана землей. В этом виде, постепенно разрушаясь, башня пребывала до конца 1950-х годов.
Тогда башня была раскопана и к 1963 году реставрирована по проекту Всеволода Петровича Смирнова [ 3 ]. С каменной частью башни при реставрации особых проблем, кроме чисто технических, не возникало: вычинка осыпавшейся лицевой кладки, возведение вновь верхнего яруса по следам и ранним фотоснимкам [ 4 ]. Но вот шатер...
Кроме умения работать с памятником и архивными документами, здесь понадобился высочайший вкус Мастера, со-творца древних зодчих. Точно найденный силуэт, идеальное соотношение каменного тела башни и деревянного верха, общей массы и деталей. В итоге — шедевр, возрожденный памятник, в достоверность облика которого веришь: да, все было именно так! Такая махина, такая мощь и суровая благородная красота! Дух захватывает! [ 5 ] Никакое «золотое сечение» не дало бы полученного автором результата. Только талант, чувство пропорции, интуиция Художника позволили создать такое произведение зодчества.
«Псковская губерния» уже публиковала, увы, немногочисленные документы, повествующие об истории башни [ 6 ]. На сей раз они будут нас интересовать как материалы для обоснования принятых проектных решений.
Единственное достоверное изображение шатра Покровской башни сохранилось на рукописном Чертеже Псковской крепости 1694 года. Правда, в современном понимании это изображение чертежом не назовешь. Скорее, это большой рисунок, на котором зафиксирована без какого-либо масштаба вся крепость, ее стены и башни. Вид, естественно, дан со стороны главного фасада города — с реки Великой.
Стены и башни на Чертеже испещрены скорописными комментариями, ради чего, собственно, он и выполнялся. Комментарии свидетельствуют о текущем состоянии объектов. Из них следует, что башня имела тогда лишь мелкие повреждения кладки и обмазки.
Как известно из другого документа, отписке Псковского воеводы Петра Апраксина, шатер на башне был срублен по его приказу годом раньше, в 1693 году. Прежний «от ветреной бури... шатер весь сломило без остатку, …а достальной весь сгнил».
| | | --- | | 
Беглого взгляда достаточно, чтобы понять, что для удобства прочтения Чертежа его автор условно вытянул все объекты по вертикали и увеличил детали.
И если Чертеж является для реставраторов руководством для воспроизведения форм шатра, то Городовая смета 1699 года дает некоторые важные данные о его конструкции: «крыта тесом… на ней шатер рубленой брусовой; на шатре чардачок с обламами дощатыми и с прапором, крыт тесом же».
Чердачком (чардачком) в старину называли сторожевую вышку в завершении шатра башен, обламами – пологие конические или пирамидальные кровли в виде «юбок» вокруг основной крыши или того же чердачка. Кроме обламов, Чертеж фиксирует еще и ограждение круговой площадки вокруг чердачка. Принципиально важным в описании является указание на то, что шатер был «рубленым брусовым». Во всей Псковской крепости всего два шатра названы в Смете рублеными – Покровский и Власьевский.
Это указание позволяет подтвердить историческую обоснованность и правильность конструктивного решения В. П. Смирнова, который возвел шатер в виде режевого сруба.
Скорее всего, шатер, который был разрушен бурей «без остатку» в 1693 году, был стропильным. Стропильный шатер конструкции XVII века не мог существовать без промежуточных опор (ферм тогда у нас не применяли), и пролет размером в 25 м можно было перекрыть, только оперевшись посередине на перекрытие, что и должно было иметь место в Покровской башне при стропильном шатре.
Срубный шатер намного более стоек к ветровым нагрузкам уже хотя бы по своей тяжести. Так что выбор воеводы и мастеров-плотников, заменивших слетевший шатер, понятен. В свою очередь, В. П. Смирнову срубная конструкция шатра позволила не восстанавливать деревянные перекрытия башни, как это планировалось им первоначально. Самонесущий шатер, опирающийся на стены только по периметру его основания, решенный в традиционных деревянных конструкциях XVII века, имеющий документальное обоснование – таково было конструктивное решение В. П. Смирнова.
Это решение позволило автору оставить без новодельных включений огромный подлинный, прекрасно сохранившийся интерьер башни, который в таком виде производит колоссальное впечатление.
Нынешняя реставрация призвана максимально точно воспроизвести шатер работы В. П. Смирнова, прежде всего, по силуэту, по внешнему облику сооружения. В конструкциях и деталях нами также взята установка на соблюдение основных конструктивных особенностей смирновского решения с небольшими техническими доработками, призванными сделать шатер более долговечным, более удобным для обслуживания и посещения смотровой площадки.
Сохранилось несколько рабочих чертежей прежнего шатра, но использовать их оказалось невозможно: все они относятся к стропильному варианту конструкции с восстановлением перекрытий башни. Детальная проработка завершения шатра, видимо, в чертежах не существовала, а выполнялась мастерами по несохранившимся рисункам.
Кроме того, в ходе строительства автором проекта явно вносились изменения в форму и пропорции элементов, не отраженные на изначальных чертежах. При осуществлении в натуре сыграл свою роль и элемент случайности, что добавило сооружению дополнительную «живинку», очень созвучную древности подлинной башни.
| | | --- | | 
Учитывая всё вышесказанное, нами было принято решение начать работу с графических построений шатра по фотографиям. В архиве института оказалось немало снимков 1960-90-х годов. Очень помогла в работе аэрофотосъемка Б. С. Скобельцына, любезно предоставленная его дочерью Н. Б. Грошевой. Кстати говоря, основным построительным снимком был как раз такой кадр.
Для точности построения пришлось рассчитывать местоположение самолета относительно башни в момент съемки (он пролетал в 150 метрах от неё над Великой в уровне чердачка шатра), наклон объектива, и с учетом этого устранять перспективные искажения. По другим снимкам были посажены ребра шатра. Насколько безошибочны были расчеты, покажет результат – восстановленный шатер.
Основа шатра – двенадцатигранная усеченная пирамида, срубленная «в реж», то есть когда смежные венцы одной грани не сидят плотно друг на друге, как в обычном срубе, а реже, с зазорами, отсюда и название.
Рубка «в реж» позволяла экономить материал там, где не нужна плотность стен. До нашего времени на русском Севере сохранились церкви с рублеными «в реж» подклетами, шатрами и даже главами.
Пирамида неправильная в плане, по форме повторяет овальные очертания башни. Венцы соединяются между собою в узлах березовыми вставными шипами – нагелями. Сверху пирамиды в настоящее время поднимается уже срубленный плотно вертикальный двенадцатерик. Он завершается в уровне основания чердачка и обходной площадки вокруг него.
Внутри верхней части сруба в двух уровнях – балки, на которых будет основан чердачок и лестничная площадка под ним. В основании шатра в настоящее время устраивается облам – полица. Ее уклон для лучшего стока делается несколько более крутым, чем был прежде.
В отличие от старой полицы, новая имеет под собою бревенчатую основу, что должно добавить ей жесткости и привести в соответствие с Чертежом 1694 г. На Чертеже под полицей показана причелина, то есть горизонтальная поставленная на ребро доска, которая как раз и прикрывала торцы торчащих бревен – кобылок.
Сейчас идет покрытие скатов шатра тесом, хотя эту работу при оптимальном графике строительства лучше было бы отложить хотя бы на год, до осадки и просушки сруба. Но по условиям контракта все работы должны быть завершены в нынешнем году, поэтому приходится сочинять способы, так монтировать покрытие к срубу, чтобы оно не мешало его дальнейшей осадке.
Идет работа – шатер растет. Насколько он будет долговечен, зависит от многих факторов – от того, насколько удастся просушить колоссальное сооружение, от тщательности работы и в большой степени – от правильной, грамотной эксплуатации башни. Ведь именно отсутствие мало-мальского ухода и адекватного использования и привело прежний шатер в аварийное состояние всего за 30 лет.
Андрей ЛЕБЕДЕВ, архитектор-реставратор
1 См.: И. Голубева. Закрыть Пролом // «ПГ», № 19 (490) от 19-25 мая 2010 г.
2 См.: А. Михайлов. По обе стороны Баториева пролома. Часть четвертая. Битва под Псковом // «ПГ», № 50 (471) от 30-31 декабря 2009 г.; А. Михайлов. По обе стороны Баториева пролома. Часть пятая. Эпилог // «ПГ», № 2 (473) от 20-26 января 2010 г.
3 См.: Человек эпохи Возрождения. Интервью с Н. С. Рахманиной. Беседовала Е. Ширяева // «ПГ», № 33 (402) от 20-26 августа 2008 г.
4 См.: В. Никитин. Первый новый камень // «ПГ», № 23 (494) от 16-22 июня 2010 г.
5 См.: В. Курбатов. Вид сверху // «ПГ», № 26 (497) 07-13 июля 2010 г.
6 См.: И. Голубева. Закрыть Пролом // «ПГ», № 19 (490) от 19-25 мая 2010 г.