25 января арбитражный суд признал незаконной аккредитацию Российского союза правообладателей (РСП) Никиты Михалкова на сбор 1% со стоимости оборудования и чистых носителей, а 26-го на форуме в Давосе Дмитрий Медведев предложил пересмотреть нынешние принципы регулирования в сфере интеллектуальной собственности. Возможно, это звенья одной цепи и нас ждет радикальное изменение основных принципов авторского права в ходе мировой информационной революции.

АНАТОЛИЙ СЕМЕНОВ, председатель правления некоммерческого партнерства "Стратегия кино"

Неожиданный поворот

То, что происходило вечером 25 января на восьмом этаже красивого нового здания Московского арбитражного суда, в зале N 8023, никоим образом не предвещало чего-то необычного или интригующего. Судья Ольга Каменская деловито начала заседание и терпеливо выслушивала представителей, давая каждой стороне более чем достаточно времени для изложения своей позиции.

Юрист Российского общества по смежным правам (РОСП) Азамат Шапиев зачитал текст искового заявления, из которого следовало, что государство в лице Министерства культуры и Росохранкультуры нарушило собственные многочисленные заявления, сделанные в письмах на имя РОСПа, о том, что аккредитацию в сфере чистых носителей проводить невозможно до того, как выйдет постановление правительства РФ о перечне оборудования и материальных носителей, а также о размере и порядке осуществления сбора. Косвенно его позиция подтверждалась тем, что Росохранкультура выдала свидетельство об аккредитации РСП только после выхода самого постановления правительства.

Представительница Росохранкультуры возразила, что закон не запрещал Росохранкультуре проводить аккредитацию, а претензии к принятию решения не в пользу РОСПа следует обратить к аккредитационной комиссии, которая не подчиняется Росохранкультуре, так же как и претензии к задержке выхода постановления о перечне, размере и порядке осуществления сбора правительства РФ. Коллегу поддержали представительницы РСП, подвергшие сомнению процессуальную обоснованность искового заявления истца и его многочисленных пояснений, не доведенных до всех сторон дела, а также некоторые его метания по изменению исковых требований. Было также заявлено ходатайство о прекращении рассмотрения дела в связи с его неподведомственностью арбитражным судам, поскольку спор идет в интересах физических и юридических лиц, что обязывает рассматривать такое дело в суде общей юрисдикции.

В целом все заседание прошло в некоем едином стиле: юристы РОСПа продолжали настаивать на непоследовательности позиции министерства и Росохранкультуры, ответчик уверенно возражал, но лишь немногим был очевиден правовой вакуум, который скрывался за убедительными репликами. В результате возникло ощущение, что по очкам должны выиграть Росохранкультура и РСП. Однако вернувшаяся из совещательной комнаты судья Каменская огласила сенсацию, озадачившую всех присутствующих в зале заседания: признать приказ Росохранкультуры об аккредитации РСП незаконным и обязать ее повторно провести конкурс.

Всем известный выгодоприобретатель

Заметим, что выигрыш РОСПа у Росохранкультуры и РСП — это уже второй удар по кажущейся незыблемой системе коллективного управления авторскими и смежными правами после аналогичного выигрыша брата-близнеца РОСПа — Российского общества по управлению правами исполнителей (РОУПИ) у той же Росохранкультуры, в результате которого была признана незаконной аккредитация его конкурента — Всероссийской организации интеллектуальной собственности (ВОИС) на сбор вознаграждения в пользу исполнителей и изготовителей фонограмм (ст. 1326 ГК РФ).

После заседания 25 января некоторые его участники отметили, что Каменская в своей формулировке избежала неточности, допущенной в предыдущем решении по отмене аккредитации ВОИС, что позволяет сделать вывод о наличии определенного влияния этого дела на вынесенное решение.

При этом никто не выразил сомнений, что в случае отмены аккредитации ни РОСП, ни РСП не смогут осуществлять сбор по ст. 1245 ГК РФ до проведения повторной аккредитации, выразив уверенность в планах по обжалованию этого решения в апелляции.

И разумеется, тут же появились версии, что все происходящее на руку Российскому авторскому обществу (РАО), которое претендует на те сферы, где ранее были аккредитованы ВОИС и РСП.

Надо сказать, что РАО и так фактически полностью контролирует денежные потоки ВОИС и РСП по той причине, что у них практически нет своей организационной структуры на местах и фактически сбор средств по всем видам аккредитованной деятельности осуществляется теми же доверенными лицами РАО. Более того, именно РАО предназначается 40% собранных РСП денег с чистых носителей согласно ст. 1245 Гражданского Кодекса РФ.

Логичный вопрос: зачем РАО кто-то еще? Не проще ли аккредитоваться по всем направлениям? Уже сегодня потенциал генерации денежных потоков всех видов отчислений смело приближается к четверти миллиарда долларов с устойчивой тенденцией к росту. А в Государственной думе уже лежит законопроект, подготовленный депутатами "Единой России" во главе с председателем комитета по культуре, предусматривающий расширение ст. 1245 ГК РФ, именем которой собирает деньги РСП, на оборот организаций связи (т. е. интернет, сотовая связь и т. п.) в размере 2%, что может легко удвоить эти цифры.

Но рискну предположить, что РАО в данном случае ни при чем и решения были обусловлены текущими процессами по полному пересмотру ранее принятых решений и всей системы в целом.

Глобальные перемены

Уже 26 января искреннее удивление представителей почившего уже было на лаврах РСП Михалкова сменилось еще большим удивлением, когда в Давосе Дмитрий Медведев предложил вынести на заседание "большой двадцатки" вопрос о защите прав интеллектуальной собственности в интернете, а новые решения сформулировать в виде международных конвенций, пояснив это так: "Очевидно, что прежние принципы регулирования в сфере интеллектуальной собственности не работают, особенно в сети интернет, это грозит коллапсом всей системе авторских прав, поэтому уже на ближайшей "двадцатке" нужно поставить этот вопрос на повестку дня и предложить мировому сообществу новые решения, которые должны быть затем сформулированы в виде международных конвенций".

Вспомним также слова Медведева на встрече с членами Общественной палаты 20 января: "Развитие электронных СМИ очень сильно расширило пределы всякой культуры, включая и классическую культуру, и поставило целый ряд проблем, о которых мы неоднократно говорили. К сожалению, не все эти вопросы можно решить внутри российского законодательного поля. Действующие конвенции по авторскому праву, созданные в конце XIX — середине ХХ века, не работают в электронном мире, не работают в пространстве интернета; к сожалению, их не подладить под современное общество. Надо принимать новые решения".

К звеньям этой же цепи следует отнести и запланированную на ближайшее время встречу Владимира Путина с вышедшими из состава михалковского Союза кинематографистов режиссерами, которые недавно обращали внимание Росохранкультуры на недопустимость нарушения конституционных принципов равенства и свободы творчества путем аккредитации РСП, неприкрыто управляемого в интересах определенной части кинематографического сообщества.

Однако наибольшее влияние на ситуацию оказывают не кошельки интересантов, а некоторые базовые принципы государственной политики и общественного устройства, изменение которых происходит сейчас у нас на глазах.

Суды дважды признали незаконной созданную в рамках предыдущей государственной культурной политики систему назначения "любимых" организаций по модели "государство-меценат и его вассалы". А значит, полностью дискредитировали отечественную суверенную систему "аккредитации" чиновниками обществ по коллективному управлению в стиле псевдоконкурсов по госзакупкам "под конкретную фирму".

Ситуация зашла в тот же тупик, от которого пытались уйти в 1993 году. Целенаправленная аккредитация аффилированной тройки РАО--ВОИС--РСП, монополизировавшей все сферы публичного использования объектов авторских и смежных прав, фактически воссоздала полностью отчужденную от реальных интересов самих правообладателей систему Всесоюзного агентства по авторским правам (ВААП), от которого, собственно, изначально и пытались уйти, создавая РАО ему на замену.

В связи с этим стоит вспомнить памятное решение Конституционного суда РФ, который признал не соответствующими Конституции существенные ограничения конституционных прав авторов в результате наделения ВААПа функциями законного представителя авторов, которые фактически оказались лишены возможности самостоятельно осуществлять свои права, а у ВААПа появилась возможность диктовать условия своему клиенту — автору. Особенно важно помнить об этом в связи с проводимой в Европе реформой системы коллективного управления авторскими и смежными правами, поскольку совсем недавно Европейский суд справедливости также признал недопустимым огульное обложение сборами всех носителей информации без рассмотрения вопроса о фактическом их использовании для копирования охраняемого контента и именно в личных целях.

Теперь уже всем стало ясно, что ключевой вопрос не в создании механизма выбора отечественными чиновниками некой организации как таковой, а в разработке в тесном сотрудничестве с ведущими мировыми инновационными компаниями открытой технологии и стандартов, в рамках которых смогут работать любые организации в этой сфере. Если именно о такой платформе для создания новой международной конвенционной основы по авторскому праву и говорил Дмитрий Медведев в Давосе и именно эти принципы будут восприняты Советом по кодификации гражданского законодательства, готовящим поправки в четвертую часть Гражданского кодекса, тогда нашей стране действительно будет чем гордиться в международном масштабе.

Жертва интеллектуальной революции